Статьи из парижского журнала "Военная Быль" (1952-1974). Издавался Обще-Кадетским Объединением под редакцией А.А. Геринга
Saturday October 1st 2022

Номера журнала

Письма в Редакцию (№ 79)



К ВОПРОСУ ОБ ЭВАКУАЦИИ УРАЛЬСКИХ КАЗАКОВ ИЗ ФОРТА АЛЕКСАНДРОВСК

После оставления Гурьева 5 января н/с 1920 г., совершив тяжелый поход, уцелевшие части уральских казаков, видимо в конце пути, заня­ли Форт Александровск, на северо-восточном берегу Каспийского моря. В этом районе море было свободно ото льдов.

Как только командующему базировавшейся на Петровск белой флотилии контр-адмиралу Сергееву стало известно о появлении там ураль­цев, на Форт Александровск были направлены канонерские лодки «ОПЫТ» и «МИЛЮТИН», которые, видимо благополучно, совершили один рейс, вывезя раненых и беженцев («Военная Быль» № 78 стр. 48). Но, в Терской области, к концу марта 1920 года, у добровольцев, прижа­тых к морю, создалось катастрофическое поло­жение. Командующий войсками, генерал Драценко отдал приказ о демобилизации, которым воспользовались астраханские рыбаки, состав­лявшие большой процент команд флотилии. На скорую руку они были заменены нежелавшими оставаться на красной стороне солдатами, но бо­еспособность флотилии от этого сильно понизи­лась.

29 марта 1920 г. н/с, красные заняли Пет­ровск, единственный порт, находившийся под контролем Добровольческой армии. Флотилии, в составе около сорока вооруженных и коммер­ческих судов, погрузивших войска и беженцев, не было иного выхода, как идти в принадлежав­ший Азербейджанской республике порт Баку или, даже, в Персию.

В дозоре у устья Волги еще оставался отряд кораблей в составе крейсера (вооруженный тан­кер) «ДИМИТРИЙ ДОНСКОЙ», канонерских лодок «КНЯЗЬ ГОРЧАКОВ» и «КНЯЗЬ ПОЖАРСКИЙ» и матки гидросамолетов. 1 апреля, на виду у вышедшей из Волги красной флотилии, «КНЯЗЬ ПОЖАРСКИЙ» коснулся колесом мины и, оставшись без движения, по снятии команды, был потоп­лен несколькими снарядами «ДИМИТРИЯ ДОНСКОГО». «КНЯЗЬ ГОРЧАКОВ» про­пал без вести. В виду неравенства сил, «ДИМИТРИЙ ДОНСКОЙ» принужден был отойти на юг. Путь красной флотилии в откры­тое море оказался свободным и, на следующий день, эскадренные миноносцы «КАРЛ ЛИБКНЕХТ» (бывший «Финн») и «ДЕЯТЕЛЬНЫЙ» и сторожевые катера прошли в Петровск.

3 апреля, канонерские лодки «ОПЫТ» и «МИЛЮТИН» отделились от находившейся у Баку, флотилии и были посланы для эвакуации Форта Александровска. Около 17 часов следу­ющего дня, уже в виду Форта, они встретили «КАРЛА ЛИБКНЕХТА», шедшего в сопровож­дении сторожевого катера, под флагом команду­ющего красной флотилией Раскольникова, по тому же назначению. Силы были неравны. Два 100мм орудия эскадренного миноносца были значительно более дальнобойными, чем три 75мм, которые могли ему протипоставить ста­ренькие пароходы белых. Двойная же скорость хода позволяла миноносцу маневрировать на выгодных для него дистанциях. Но, как свиде­тельствует запись в вахтенном журнале «ЛИБ­КНЕХТА», белые корабли приняли бой, кото­рый продолжался около двух часов. В конеч­ном результате, «МИЛЮТИН» получил попада­ние в корму, белые корабли стали отходить и скрылись в темноте. «ЛИБКНЕХТ» их не пре­следовал.

5 апреля, то есть на следующий день после описанного боя, утром, «ЛИБКНЕХТ», которому на подмогу шли другие корабли красных, зашел в Форт Александровск и предъявил уральцам ультиматум о немедленной сдаче. Предложение это вначале не имело успеха, но высаженный на берег матрос парламентер указал уральцам на их безвыходное положение, после чего ка­заки согласились сложить оружие. Высаженный десант взял в плен генералов Юденича и Тетруева, 77 офицеров и более тысячи казаков. Среди сданного оружия и трофеев, было обнаружено 90 пудов серебра. («Каспийская Краснозна­менная». А. Маковский, Воениздат 1961 г.).

«ОПЫТ» и «МИЛЮТИН» вернулись в Баку, где застали следующую картину: Азербейджанское правительство отказалось дать приют бе­лой флотилии и потребовало передачи ему ко­раблей. Ввиду безвыходного положения, адми­рал Сергеев приказал спустить флаги и жела­ющим офицерам и команде пробираться, через Грузию, в Крым. Однако, большинство офице­ров не подчинилось этому приказу, считая что флотилия должна попытаться укрыться в, за­нятом англичанами, персидском порту Энзели. Среди команды начались волнения и уже 4 ап­реля вспомогательный крейсер «АВСТРАЛИЯ» и посыльное судно «ЧАСОВОЙ» самовольно ушли в, занятый красными, Красноводск. Ко­мандир «ЧАСОВОГО» мичман В. Селезнев был убит за отказ служить в красном флоте.

Этот порт и железная дорога на Ташкент уже 6 февраля были захвачены красными ча­стями, что исключало возможность похода уральцев на юг, вдоль восточного берега Кас­пийского моря.

Все эти обстоятельства и положение белой флотилии не дало возможности выделить до­статочно сил для принесения помощи уральцам.

10 апреля, почти все вооруженные корабли, под командой капитана 2 ранга Бушена, ушли в Энзели, где они были интернированы англи­чанами. Но это не спасло флотилию, и 18 мая 1920 года сильная красная флотилия высадила в Энзели дессант, которому англичане почти не оказали сопротивления. В результате этой опе­рации, красные захватили 10 вооруженных ко­раблей и 7 коммерческих, не считая малых ка­теров. Безоружному личному составу удалось бежать внутрь страны, где они были посажены англичанами в лагерь и, впоследствии, часть его была перевезена во Владивосток, где еще продолжалось белое движение.

П. А. ВАРНЕК

В дополнение к статье С. Андоленко о непри­ятельских знаменах, взятых Русской армией в войну 1914-17 гг., могу добавить следующее: Бу­дучи в бою под Суходолами, младшим офице­ром 4-й роты лейб-гвардии Егерского полка, ко­торая была левофланговой, на стыке с 7-й ротой Самогитских гренадер, я совершенно точно вспоминаю, что в числе трофеев, попавших в руки этого полка, было знамя, принадлежавшее одному из полков 24-й Австро-венгерской диви­зии. Об этом же упоминает в своих воспомина­ниях и генерал Головин. («Русский Инвалид» 1937 г. №№ 107 и 108).

Командир 1-го батальона лейб-гвардии Егер­ского полка, полковник Бурман, в своих воспо­минаниях, пишет: «соседняя с нами рота 7-го гренадерского Самогитского полка захватила знамя. Ее командир, буквально со слезами на глазах, в восторге обнимал командира левофлан­говой нашей 4-ой роты капитана князя Кугушева, своего боевого соседа, и все повторял: спаси­бо оодные! Спасибо дорогие гвардейцы за по­мощь!»

капитан В. Каменский

В связи с опубликованием в № 76 «ВОЕН­НОЙ БЫЛИ» писем Суворова с указанием Ре­дакции, что печатаются они впервые и сообще­нием С. П. Андоленко о том, что в майском но­мере 1900 г. «Варшавского Военного Журнала» помещены были переводы №№1 и 30, считаю своим долгом сообщить нижеследующее.

В № 3252 «ВОЗРОЖДЕНИЯ» от 29 апреля 1934 г. помещена была статья Ив. Лукаша оза­главленная: «Кинбурнские письма Суворова, публикуемые впервые». В статье этой Лукаш пишет что упомянутые письма переданы были «ВОЗРОЖДЕНИЮ» генералом Ознобишиным для опубликования. Факсимиле двух из них №№ 22 и 28 он печатает, другие же кратко ана­лизирует, приводя из них лишь выдержки.

Все это дело, конечно, совершенно несравни­мо с той огромной исторической ценностью, ко­торую представляет № 76 «ВОЕННОЙ БЫЛИ». Вместе с тем, в статье есть строки посвященные истории находки этих писем — «незадолго до войны, в бытность молодым офицером, на фран­цузских маневрах, Д. И. Ознобишин познако­мился с офицером французского Генерального Штаба, капитаном Магоном. Кап. Магон указал ему, что в семейном архиве графов Гунельштейнов, в Париже, хранятся подлинные соб­ственноручные письма Генералиссимуса А. В. Суворова, писанные предку их, Принцу Нассау-Зиген. Д. И. Ознобишину удалось тогда же убе­дить графа Гунельштейна уступить ему Суво­ровские письма, особо ценные для русских».

Полагая что сведения эти могут интересовать читателей «ВОЕННОЙ БЫЛИ», сообщаю их Вам.

В. Хитрово

ЕЩЕ О ПИСЬМАХ СУВОРОВА К ПРИНЦУ НАССАУ

К сообщенным нами данных о происхожде­нии писем, следует добавить следующее: В 1898 г., до покупки их генералом Ознобишиным, пи­сьма эти принадлежали графу А. Гунельштейну, жившему в Париже. Часть их, с его разре­шения была опубликована во французском военно-историческом журнале «La Sabretache» стр. 339-349, издания 1898 г.

На страницах журнала помещено было то­лько 14 писем из 39, а именно письма №№ 1,2, 3, 6, 8, 9, 11, 13, 19, 23, 27, 28, 30 и 36, разумеется только на французском языке. Тексту писем была предпослана статья, дающая характери­стику упоминаемых в них лиц, извлеченную из записок графа Ланжерона, хранящихся по сей день в архивах французского министерства ино­странных дел в Париже. Текст снабжен ком­ментариями принадлежащими перу неизвест­ного лица, видно совершенно незнакомого с личностью русского полководца. Так например, враждебность Суворова к «богадельням» и «го­спиталям» его времени, наивно объясняется «бесчеловечностью» фельдмаршала, будто бы слепо преследовавшего всех больных солдат.

С. Андоленко


Голосовать
ЕдиницаДвойкаТройкаЧетверкаПятерка (Не оценивали)
Loading ... Loading ...





Похожие статьи:

Добавить отзыв