Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Saturday September 23rd 2017

Номера журнала

Первый Кадетский Корпус Его роль в создании русского драматического театра. – Алексей Геринг



В этом году исполняется 236 лет с того знаменательного дня, когда был основан наш родной Первый кадетский корпус, в стенах которого мне довелось провести семь счастливых лет моего детства и юности. Основанный в 1732 году Императрицей Анной Иоанновной, он дал нашему Отечеству много верных и выдающихся слуг на всех поприщах государственной деятельности. Недаром Императрица Екатерина Великая назвала тогдашний наш корпус — «Рассадником великих людей». Сегодня мне хочется осветить одну из страниц разнообразной деятельности корпуса — это его роль в создании русского театра. Предлагаемый труд – доклад, прочитанный мною на торжественном собрании памяти Императрицы Елизаветы Петровны, устроенном Обществом любителей Русской военной старины 26 ноября 1961 года.

На берегу Невы, на Васильевском острове, между теперешними Николаевским и Дворцовым мостами, «счастья баловень безродный» Александр Данилович Меньшиков построил себе роскошный дворец. В этом дворце Царица Анна, продолжая и развивая мысль Великого Петра о создании нашего собственного русского офицерского кадра, повелела «учредить корпус кадетов, состоящий из двухсот человек Шляхетских детей, от тринадцати до восемнадцати лет», директором коего был назначен Фельдмаршал Миних.

В царствование Дочери Петра, Императрицы Елизаветы Петровны, мое родное гнездо, Императорский Шляхетный, впоследствии — Первый кадетский, корпус, продолжал свое мирное существование, начатое пятнадцать лет назад.

При вступлении своем на престол Государства Российского Императрица обратила внимание на то, что корпус, рассадник военного просвещения в России, не имеет своей церкви. Нужно заметить, что прежняя домовая церковь во имя Воскресения христова, помещавшаяся в деревянном подворье Меньшиковского дворца, так называемом «Посольском Доме», сгорела еще до учреждения корпуса.

По повелению Елизаветы Петровны в покоях Меньшикова была сооружена и освящена новая домовая церковь во имя Рождества Св. Иоанна Предтечи. Эта наша прекрасная домовая церковь просуществовала до самой революции, и многие поколения кадет возносили там молитвы перед священными предметами, подаренными в церковь Императрицей Елизаветой. На торжестве освящения нового храма духовенство было облачено в новые ризы, вышитые собственноручно Царицей, и с тех пор раз в год, в день корпусного праздника, 17 февраля, кадеты видели эти парадные облачения с необыкновенной красоты золотым шитьем на оплечьях.

С трудом в этот же день удерживал на руках наш отец диакон Анатолий Покровский огромное Евангелие, обе крышки которого были из чистого золота. По преданию, Евангелие это было отнято войсками Петра Великого после Полтавской битвы у мятежных казаков обоза гетмана Мазепы. Огромный запрестольный крест литого серебра был так тяжел, что при крестных ходах нести его поручалось самому здоровенному кадету, иной раз даже и не принадлежавшему к православной религии. Все эти священные предметы были подарком корпусу Царицы Елизаветы и как бы связывали это учебное заведение с воплощенной мечтой Ее Великого Отца.

И нужно сказать, что в это время, практически, Российское Государство имело только одно высшее учебное заведение, заменявшее ему университеты, лицеи и академии, — этот самый Императорский Шляхетный, впоследствии — Первый кадетский, корпус.

Волею судьбы этому очагу просвещения пришлось стать родоначальником и еще одной отрасли великой нашей культуры — колыбелью Российского театра.

В сороковых годах XVIII века в Санкт-Петербурге, в Рыцарской Академии, как тогда назывались старшие классы Императорского Шляхетного кадетского корпуса, воспитывался юноша кадет — Александр Петрович Сумароков. Отличаясь от товарищей остротою ума, пылким воображением, свежею памятью и исключительною живостью и веселостью, он любил декламировать вслух своих любимых французских авторов и, понемногу, пришел к мысли, что можно и должно писать и русские трагедии. В совершенстве постигнув тайны Александрийского стиха, он стал писать русские драматические пьесы и, главным образом, трагедии, зачастую беря темы из нашей Отечественной истории.

Так родилась русская трагедия, а за нею и русский театр, и первыми слушателями стихов Сумарокова, а затем и исполнителями его трагедий, были кадеты, — товарищи Александра Петровича.

Их увлечение его творчеством повлекло за собою проявление интереса и любви к нарождавшейся русской литературе вообще и практически вылилось в основание нашими однокашниками первого в России «Общества Любителей Российской Словесности». Под покровительством просвещенного вельможи, директора корпуса князя Бориса Григорьевича Юсупова, это общество устраивало частные собрания, на которых члены его, одушевленные примером Сумарокова и своей склонностью к поэзии, читали свои первые поэтические и драматические опыты, разыгрывали в чтении целые сцены из сумароковских трагедий.

В числе основателей Общества были будущие знаменитости, — кадеты: граф Петр Иванович Панин, фельдмаршал Михаил Фаддеевич Каменский I, создатель русской легкой строевой конницы князь Прозоровский, поэт Херасков, знаменитый в будущем своими «Записками», воспитатель Великого Князя Павла Петровича Семен Порошин, первый директор Московского Университета Иван Иванович Мелиссино и величайший из великих Российский фельдмаршал граф Петр Александрович Румянцев. Державший при нашем корпусе выпускные экзамены Александр Васильевич Суворов читал на этих собраниях свои переводы европейских классиков.

И вот, в 1749 году в стенах будущего Первого кадетского корпуса свершилось великое событие: в присутствии окончившего тогда уже корпус Александра Петровича Сумарокова, кадеты прекрасно сыграли, в костюмах и гриме, его знаменитую трагедию из времен древнего периода Русской истории «Хорев».

Мне привелось в 1907 году, на 175-летнем юбилее нашего корпуса, на другой день после Высочайшего парада, на котором Государь Император принял на себя, по примеру своего прадеда, шефство над Первым кадетским корпусом, видеть эту самую трагедию «Хорев», разыгранную в Сборном зале корпуса старшими кадетами. Ставил спектакль артист Императорских театров Юрьев, а все исполнители были кадеты 6 и 7 класса, и я до сих пор помню огромное впечатление, оставшееся у нас, малышей первого класса.

Увидев совершенно неожиданно полное воплощение своей мечты, прекрасно поставленную и разыгранную свою Русскую трагедию, Сумароков, вне себя от радости, полетел к своему начальнику, графу Алексею Григорьевичу Разумовскому, у которого он исправлял должность адъютанта, и поделился с ним вестью о своем счастье. Граф незамедлительно доложил об этом событии Императрице Елизавете.

Дочь Великого Петра, обрадованная новостью видеть представление на Русском языке и Русской трагедии, повелела кадетам представить «Хорев» в своем дворце и это, можно сказать, открытие Придворного Российского театра и Русской драмы произошло 8 января 1750 года. День незабвенный в летописях России в истории Первого кадетского корпуса.

Для представления Императрица приказала выдать из Царской кладовой бархат, парчу, золотые ткани, драгоценные каменья и собственными руками убирала к представлению кадета, игравшего женскую роль Оснельды.

Нужно только себе представить, что в то время никто и не полагал, чтобы можно было давать спектакли не на французском и итальянском языках, а на русском, да еще и из мира собственной Отечественной истории.

Представим же себе чувства Русского зрителя в момент, когда занавес поднялся над представлением Русской трагедии и на Русском языке. Общее восхищение в театре к концу спектакля вылилось в бесконечные овации автору и актерам-кадетам; Сумароков был введен в ложу Императрицы и удостоен Ее благодарности и выражением Особого Благоволения.

На другой день весь Петербург только и говорил, что о необыкновенной новости, — о постановке «Хорева», о Сумарокове, об этом огромном событии, оказавшемся днем рождения нашего национального Русского театра, колыбелью которого явился наш Шляхетный кадетский корпус.

После этого кадеты часто давали представления во дворце и, например, в 1750 году, была ими сыграна трагедия Шекспира «Гамлет», в переводе Сумарокова, который первый ознакомил Россиян с великим английским поэтом и его театром.

Три года спустя, по повелению Императрицы, прекрасно прозревшей будущую роль театра в общем строении национальной культуры, в Петербург была привезена из Ярославля первая частная театральная труппа Федора Волкова, и восхищенная их спектаклями Царица приказала поместить пять лучших актеров-мальчиков (в их числе и будущую гордость нашего театра — великого актера Дмитревского) в кадетский корпус, в первую роту, для «необходимого театральным артистам обучения словесности, иностранным языкам и гимнастике». Поместились эти мальчики вместе с кадетами и, сверх обычного курса наук, корпусные офицеры обучали их еще и правилам декламации.

Продолжавшиеся успехи кадетской труппы еще более утвердили Дщерь Петрову в ее намерении основать регулярные Русские спектакли, и 30 августа 1756 года был дан Ею Именной Указ Сенату об учреждении Российского Театра.

Сумароков, назначенный директором, был причислен к Шляхетному корпусу и, с помощью своих сотрудников кадет Мелиссино, Остервальда и Свистунова, готовил актеров для молодого Российского театра. Все трое, когда дошла до них очередь к производству в офицеры, были оставлены при корпусе и в свободное от службы время, по повелению Императрицы, занимались образованием для Русской сцены актеров. Таким образом, в старом Меньшиковском дворце, в стенах Первого кадетского корпуса, положил свое начало и устраивался театр Российский.

Но, как пишет летописец, «в 1761 году декабря 25-го не стало кроткой Елисаветы, виновницы Русской сцены, покровительницы искусств и, особенно, театра, в царствование которой изобретена в России роговая музыка, основаны в Шляхетном корпусе Общество Любителей Российской Словесности и постоянный театр России!»

Алексей Геринг


© ВОЕННАЯ БЫЛЬ

Добавить отзыв