Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Monday April 24th 2017

Номера журнала

День Ангела на фронте. – С. Ш.



После почти двухлетнего тесного сотрудничества на фронте, офицеры и саперы 4-ой роты 49-го саперного батальона составляли тесную, сплоченную семью. В самом деле, в инженерных войсках командный состав и состав сапер оставались очень постоянными. В делах бывали, конечно, и потери, но, за редкими исключениями, единичные. Помимо того, саперные роты были почти беспрестанно разбросаны в одиночку по пехотным дивизиям и поэтому чувствовали себя самостоятельными, как будто независимыми, отдельными внешне, но зато сколь сомкнутыми внутренне. Это сознавалось всеми, от командира роты до рядового сапера.

Сидевшая в окопах пехота встречала нас по-дружески и радостно. Она очень ценила то, что мы всегда приносили или техническую помощь или какое нибудь улучшение в ее до крайности незатейливом оборудовании, едва позволявшем ей укрыться и существовать.

49-й саперный батальон был сформирован в самом начале 1915 года. Из нескольких кадровых саперных батальонов были откомандированы по взводу сапер с одним младшим офицером, из тыла же эти новые батальоны пополнялись молодыми саперами и, почему-то, старыми, тучными штаб-офицерами и такими же военными чиновниками. Это не вредило строевой части батальонов; откомандированные из кадровых батальонов взводы с их унтер-офицерами, подпрапорщиками и молодыми офицерами вносили в новые батальоны нужный боевой дух.

В 4-ую роту 49-го саперного батальона вошел взвод 3-го Кавказского саперного батальона с подпоручиком Сергеем Широковым (кадет выпуска І912 года Императора Александра Второго кадетского корпуса и юнкер Инженерного Училища выпуска августа 1914 года). Доблестные традиции 3-го Кавказского корпуса (генерала Ирмана) были принесены и в 4-ую роту 49-го саперного батальона.

В июле месяце 1916 года 4-ая рота — на отдыхе, в тылу. Подпоручик Сергей Широков, теперь — командующий ротой, уже несколько дней чувствует, что в роте происходит что-то таинственное, что готовится что-то необыкновенное.

Наступает 5-ое июля, день памяти Святого Сергия Радонежского, день Ангела Сергея Широкова. Утром, сияющий денщик Филипп Голубский и не менее сияющий вестовой Иван Семенихин торжественно приносят чай… со свежими, теплыми еще белыми булочками. Как они умудрились их испечь или достать, Бог весть!

За ними входят подпрапорщик Доброгурский, каптенармус и один сапер. Тоже — торжественные, сияющие, но как будто несколько смущенные… Подают на подносе бутылку самогонки (откуда ее добыли?) и маленькую рюмочку-стаканчик. Каптенармус, старший унтер-офицер, сконфужено извиняется и объясняет, что, желая сделать сюрприз ко дню Ангела, погнал самогонку… в походной кухне и не спрося разрешения командира роты…

Но самое главное заключалось в рюмочке-стаканчике: артист-сапер (фамилии его не помню), потратив несколько дней таинственной работы, с помощью сломанной иголки художественно выгравировал на стаканчике наивный рисуночек: лавровые ветви, окружающие имя «Сергей» и дату «5 июля 1916 года».

Стаканчику этому теперь пятьдесят лет. Он не покидает меня, куда бы ни закинула меня судьба: через Сибирь — в Индокитай, в Индию, в Тунис, во Францию, и вот — в Сенегал.

А на сердце — неистлевающая память о пятом июля 1916 года, дне Ангела на фронте.

С. Ш.


© ВОЕННАЯ БЫЛЬ

Добавить отзыв