Статьи из парижского журнала "Военная Быль" (1952-1974). Издавался Обще-Кадетским Объединением под редакцией А.А. Геринга
Friday December 15th 2017

Номера журнала

Краткая история черноморских «дредноутов». – П. Варнек



В годы, последовавшие за русско-японской войной, все средства, которые Россия могла выделить Морскому министерству, шли на воссоздание Балтийского флота, почти все корабли которого трагически закончили свое существование в водах Цусимского пролива. Берега Балтийского моря, протяжением в 2.400 клм., и столица империи остались без защиты. Иное положение было на юге. Черноморский флот бесспорно владел морем, и его пять броненосцев, хотя и устаревшего типа, носившие имена святых, в несколько раз превосходили силу находившегося в полном упадке флота «Блистательной Порты». Но ключ к этому морю находился в турецких руках и, по опыту прежних войн не исключалась возможность появления на этом исконно русском море флотов других наций.

Сознавая эту угрозу, уже в 1909 году Морское министерство в своей судостроительной программе предусматривало постройку для Черноморского флота трех линейных кораблей, но эта часть программы была отклонена правительством по финансовым соображениям.

В 1911 году было получено неожиданное известие, что новое прогрессивное младотурецкое правительство заказало в Англии два линейных корабля типа «Дредноут» и даже внесло заводу Виккерса задаток за один из них, названный «Решадие», с тем, что постройка будет окончена к августу 1914 года. В связи с начавшейся вскоре итало-турецкой войной заказ на постройку второго был отменен.

По получении этого тревожного известия, правительство и Государственная Дума согласились на открытие кредитов для постройки в Черном море трех линейных кораблей, девяти эскадренных миноносцев и шести подводных лодок, но построить эти корабли оказалось не так просто.

Действительно, Николаевские судостроительные заводы с 1906 года не строили больших кораблей, а тут им предлагалось в сжатые сроки построить гиганты в 23.000 тонн с невиданными до той поры турбинами. Для начала нужно было построить достаточной длины и прочности стапеля, увеличить уже существующие и создать новые мастерские. Как бы ни торопились русские инженеры и рабочие, наши «дредноуты» не могли быть готовы ранее 1915 года, то есть опаздывали, по отношению к «Решадие», по крайней мере на год.

В октябре 1911 года Русское Судостроительное Акционерное Общество (Руссуд) получило заказ на постройку линейных кораблей «Императрица Мария» и «Император Александр III», а Общество Николаевских Заводов и Верфей (Наваль) — линейного корабля «Екатерина II».

Для ускорения расчетов и для некоторых рабочих чертежей, Руссуд обратился за помощью к английской судостроительной компании Броун в Клайдбанке, тогда как Наваль — к строившему турецкому кораблю Виккерсу. 30 октября на еще необорудованных заводах состоялась торжественная закладка кораблей.

В основу плана черноморских кораблей были взяты уже строившиеся для Балтийского флота «дредноуты», но с довольно большими изменениями. Ход черноморских кораблей был уменьшен на три узла в сравнении с балтийскими, и полученная таким образом экономия в весе машин была употреблена для утолщения брони и увеличения калибра противоминной артиллерии с 120 на 130 мм.

Элементы кораблей типа «Императрица Мария» были таковы: проэктное водоизмещение

— 22 600 тонн, полное — 23 700 т., длина — 167,8 м., ширина — 27,3 м., осадка — 8,4 м. Турбины системы Парсонса, работающие на 4 винта, развивали 22 600 лош. сил, при максимальной скорости в 21 узел. 20 котлов типа Ярроу со смешанным отоплением. Полный запас топлива

— 2 300 тонн угля и 720 — нефти. Два совершенно независимых один от другого руля. Традиционного штурвала не было, и рулевой управлял кораблем, отклоняя маленькие рукоятки, приводившие в движение рулевые электро-моторы. (Видимо, эта система и привела в восторг английских журналистов, которые осматривали советский крейсер, пришедший на коронацию Королевы). Сплошной бронированный пояс шел от самого носа до кормы — 305 мм. в средней части, утоньчаясь на 204 мм. и доходя до 102 мм. в оконечностях. Башни и две боевые рубки были защищены 305 мм. броней, и корабли имели две броневых палубы в 38 и 75 мм. толщиной. Отличная броня была изготовлена Мариупольским металлургическим заводом.

Главная артиллерия состояла из 12 — 305 мм. орудий в 52 калибра длиной Обуховского завода, с весом снаряда в 470 кг и дальностью полета в 26 000 м. Они были расположены в четырех башнях, находившихся в диаметральной плоскости корабля, что позволяло всем орудиям стрелять по одной цели, даже на острых курсовых углах. До такого расположения башен в то время ни англичане, ни немцы еще не додумались. Противоминная артиллерия состояла из 20 — 130 мм. орудий Обуховского завода, стоявших за 204 мм. поясом в парных казематах, разделенных броневыми переборками. Корабли имели по четыре подводных минных аппарата, и уже во время войны на крышах башен были установлены 4 — 76 мм. зенитных орудия.

Таким образом, корабли эти представляли собою броневые коробки, на которых возвышались лишь две дымовые трубы, четыре орудийные башни и две боевые рубки с тонкими мачтами. Чтобы не ослаблять броню, иллюминаторов было очень мало и, несмотря на искусственную вентиляцию, жизнь в некоторых помещениях в жаркое время года была довольно тяжела. В это время года многие предпочитали спать на верхней палубе, но к утру, в особенности на юте, они рисковали быть покрыты слоем мелкого шлака, выгоняемого ветрогонками из труб. Команда корабля состояла из 1 220 человек, из них 32 офицера. Стоимость каждого корабля определялась в 30 миллионов рублей.

Первым при большом стечении народа и пушечном салюте кораблей 1 ноября 1913 г. (ст. стиля) был торжественно спущен лин. кор. «Императрица Мария», на котором работы велись усиленным темпом. 15 апреля 1914 г. состоялся спуск «Императора Александра III» и 6 июня 1914 г. — «Екатерины II».

В это время стратегическое положение на Черном море значительно усложнилось. В январе 1914 года Турция перекупила у Бразилии заканчивавшийся постройкой в Англии дредноут «Рио де Жанейро», названный ею «Султан Осман I». Ответом России явилось решение построить в Черном море четвертый однотипный линейный корабль, получивший название «Император Николай I», но ввиду загруженности Николаевских заводов его закладка на заводе Руссуда состоялась только 28 января 1915 года.

В августе 1914 года оба турецких корабля находились уже в стадии заводских испытаний, но после объявления войны Германией оба были реквизированы английским правительством. Однако вместо них неожиданно появился в Босфоре германский крейсер — «дредноут» «Гебен», фиктивно проданный Турции. Его прекрасно обученная команда и офицеры остались на борту, надев лишь турецкие фески. Корабль получил название «Султан Явуз Селим». Имея новую артиллерию, он был почти равен в силах всей бригаде наших старых линейных кораблей, которая лишь благодаря хорошо организованной системе централизованной стрельбы всех кораблей по одной цели могла с ним успешно бороться. Его огромное преимущество в скорости позволяло избегать встреч с нашими кораблями и оставаться неуловимым. Положение могло измениться лишь после вступления в строй хотя бы одного из наших «дредноутов», встреча с которым могла стать роковой для «Селима». Но преимущество в ходе и тут давало ему возможность избегнуть неприятной встречи.

Ввиду неизбежности войны с Турцией решено было все силы завода Руссуд сосредоточить на постройке «Императрицы Марии», на которой работы велись день и ночь, и оставить заканчивание «Императора Александра III» на вторую очередь. Со своей стороны Наваль делал все возможное для ускорения постройки «Екатерины II».

Через год и восемь месяцев после спуска на воду и три года и девять месяцев после официальной закладки, 6 июля 1915 года «Императрица Мария» подняла Андреевский флаг и была зачислена в действующий флот. Это был рекорд русского судостроения для больших кораблей.

Но подъем флага еще не означал, что корабль готов к бою. По обстоятельствам военного времени были произведены лишь испытания на месте, у стенки завода, и это не исключало возможность каких-нибудь «механических сюрпризов» во время похода. Орудия корабля не сделали еще ни одного выстрела, и команда требовала обучения и приспособления к новому кораблю. Кораблю же предстояло совершить первый самостоятельный переход в Севастополь открытым морем, где каждую минуту мог появиться «Гебен» или немецкие подводные лодки. Для обеспечения безопасности перехода, подводный заградитель «Краб» поставил 10 июля минное заграждение в самом Босфоре. Три другие подводные лодки заняли позиции у пролива, дабы не допустить выхода в море неприятельских кораблей. Крейсер «Память Меркурия» один гидро-крейсер и восемь миноносцев составили непосредственное прикрытие «Императрицы Марии», бригада линейных кораблей, следуя южнее конвоя, прикрывала его с Босфорского направления.

Из Николаева, по извилистому каналу реки Буг, корабль шел на буксире ледоколов, которые сопровождали его до Одессы. 12 июля «Императрица Мария» со своим конвоем покинула Одессу и на следующий день благополучно пришла в Севастополь, где и начались ходовые испытания, учебные стрельбы и общая тренировка команды, на которые ушло два месяца.

«Екатерина II», которая приказом от 27 июня 1915 г. была переименована в «Императрицу

Екатерину Великую», пришла в Севастополь 28 октября 1915 года.

В связи со вступлением в строй двух «дредноутов» Черноморский флот был разделен на три маневренные группы: 1-я — «Императрица Мария» и крейсер «Кагул», 2-я — «Императрица Екатерина» и крейсер «Память Меркурия» и 3-я, как бы резервная, — «Святой Евстафий», «Иоанн Златоуст» и «Пантелеймон», три наиболее сильные из старых линейных кораблей. Такое разделение флота позволяло вести постоянную блокаду турецких берегов, со сменой групп в море.

22 июня 1916 г. «Императрица Мария» встретила в море быстроходный германо-турецкий крейсер «Бреслау» («Мидилли»). Один из трех залпов носовой башни, сделанный с дистанции в 20 000 м., упал в десяти метрах от форштевня крейсера, изрешетив осколками всю его носовую часть и ранив семь человек команды. Пользуясь своим большим ходом, крейсеру удалось уйти.

При первом же своем боевом походе, 8 января 1912 г. «Императрица Екатерина», еще не прошедшая курса боевых стрельб (что отозвалось на ее стрельбе), встретила «Гебена» и открыла по нему огонь с дистанции в 23 000 м. Крейсер стал уходить полным ходом и несмотря на то, что наш корабль развил свой «парадный» ход — 21 узел, вышел из сферы огня. Здесь пришлось пожалеть, что черноморские «дредноуты» не обладали скоростью своих балтийских собратьев.

Это обстоятельство вызвало решение изменить корпус еще находившегося на стапеле «Императора Николая I», удлинив его на 20 м., что позволило установить на нем добавочное кочегарное отделение и довести скорость до 25 узлов, при новом водоизмещении в 27 300 тонн. В этом виде он и был спущен на воду 18 октября 1916 г., но никогда не был закончен и после окончания гражданской войны был сдан на слом.

20 октября 1916 года на Севастопольском рейде от неизвестной причины произошел взрыв погреба носовой башни «Императрицы Марин», за которым последовало еще 20 малых взрывов. Корабль погрузился носом, вода через носовые казематы прорвалась в батарейную палубу, и, потеряв остойчивость, корабль перевернулся. При катастрофе погиб инженер-механик мичман, разводивший пары, и 215 человек команды.

Еще осенью 1915 года старший офицер корабля капитан 2 ранга Городысский подал по начальству рапорт, в котором доказывал, что первая пара 130 мм. орудий расположена слишком близко к форштевню, и при более или менее значительном диференте на нос вода через амбразуры этих орудий проникнет в батарейную палубу и корабль может потерять остойчивость. Сравнительно короткие волны русских морей не могли поднять кораблей этого типа и при носовой волне волны имели тенденцию заливать их носовую часть. Особое совещание при Морском министерстве, рассмотрев этот вопрос, приняло ошибочное решение, посчитав опасения Городысского неосновательными. После гибели «Императрицы Марии» вопрос был пересмотрен и на достраивающемся «Императоре Александре III» было решено не ставить два носовых 130 мм. орудия и наглухо заделать казематы.

«Императрица Екатерина» обладала этим недостатком в меньшей степени, так как ее носовые орудия находились дальше от форштевня.

В начале 1917 года «Императрица Мария» была поднята вверх килем и в 1919 году введена в этом положении в док для заделки всех отверстий, на предмет обратного переворачивания. Ее 130 мм. орудия были сняты и пошли на вооружение импровизированных канонерских лодок белого флота и бронепоездов, вывалившиеся же из своих гнезд при переворачивании башни долго еще оставались на дне Севастопольской бухты. Гражданская война не позволила закончить работ, и в 1926-27 гг. «Императрица Мария» была разобрана на железо.

Большое количество специалистов из команды были переведены на «Император Александр III», который таким образом сразу получил значительную часть опытной команды. Из-за несвоевременной доставки на Руссуд разных частей и приборов другими заводами постройка этого корабля затянулась, и февральская революция застала его в Николаеве. 29 апреля 1917 года он был переименован в «Волю». Одновременно «Императрица Екатерина» была названа «Свободной Россией» и «Николай I» — «Демократией». Наконец, 28 июня 1917 года «Воля» подняла Андреевский флаг и через несколько дней пришла в Севастополь.

Несмотря на революционные события и постепенное падение дисциплины летом 1917 года Черноморский флот продолжал вести блокадные операции у вражеских берегов. 25 июня 1917 г. «Свободная Россия» и миноносцы встретили «Бреслау», который, попав под огонь «дредноута», не без труда прорвался в Босфор. Последняя большая операция флота имела место в первых числах ноября. Для поимки неуловимого «Бреслау» все три маневренные группы кораблей были высланы в район Босфора, но из-за нежелания команды «Свободной России» воевать корабль преждевременно вернулся в Севастополь, и операция была сорвана.

После октябрьской революции флот окончательно развалился. Гонения на офицеров и расстрелы их лишили его большей части командного состава, часть команд ушла на фронты гражданской войны, иные, по демобилизации флота, разъехались по домам. Все старые корабли были поставлены в Севастополе «на хранение». В связи с часто менявшимися в Крыму политическими событиями и настроением команд, отдельные корабли подымали то украинские, то красные, то Андреевские флаги. Приближение немцев к Севастополю и предъявленное 29 апреля 1918 г. требование их командования — разоружить флот, вызвало реакцию среди команд.

Принявший командование флотом контр-адмирал М. П. Саблин приказал всем кораблям поднять Андреевские флаги и тем, кто был на это способен, — идти в Новороссийск. Оба линейных корабля, эскадренные миноносцы и некоторое количество вспомогательных судов, частично под обстрелом немецких полевых батарей, приказание исполнили. Но эта мера явилась лишь отсрочкой, и 18 июня 1918 г. произошла известная Новороссийская трагедия. После ряда митингов, голосований и разноречивых приказаний, полученных из Москвы, линейный корабль «Воля», шесть миноносцев, вспомогательный крейсер «Император Траян» и посыльное судно «Креста» вернулись в Севастополь. «Свободная Россия», десять миноносцев, посыльное судно «Летчик» и шесть транспортов были потоплены, чтобы не попасть в немецкие руки.

«Свободную Россию» потопил минами эскадренный миноносец «Керчь». Корабль затонул только через час и 25 минут после попадания четырех мин и взрыва, вызвавшего детонацию погребов. Только тогда корабль перевернулся. Это доказало, насколько прочно и хорошо были построены корабли этого типа. Он затонул у мыса Дооб, на глубине в 44 метра. В 1930 году советская водолазная партия приступила к выгрузке снарядов с потонувшего корабля, но в погребе произошел большой силы взрыв, еще больше разрушивший корпус корабля, и работы были остановлены.

После возвращения «Воли» в Севастополь, по распоряжению немецкого командования ее экипаж был сокращен до одной караульной команды. В сентябре немцы решили ее использовать — назначили свою команду и подняли немецкий флаг. По не совсем понятным побуждениям ее перекрестили в «Волгу». В октябре корабль вышел один раз в море на пробу машин, но далее этого дело не пошло, так как 1 ноября Турция заключила перемирие, а 11-го произошла капитуляция Германии.

23 ноября 1918 г. и в последовавшие дни в Севастополь пришли корабли Антанты. Ко всеобщему удивлению и негодованию русских, «союзники» начали хозяйничать в Севастополе, как в неприятельском порту. Поднятые сорганизовавшимися во время «междуцарствия» группами морских офицеров на некоторых кораблях Андреевские флаги английский адмирал приказал спустить, и все корабли, бывшие более или менее в порядке, союзники разобрали по рукам. С «Воли» была снята образовавшаяся на нем ячейка русской команды, поднят английский флаг, и вскоре он с помощью английского «дредноута» был уведен в Мраморное море, где простоял в Измиде без всякого дела несколько месяцев. Лишь 17 октября 1919 г., после повторных настояний генерала Деникина, корабль с английской командой пришел в Севастополь и, без всяких передач и церемоний, был оставлен ею на бочке. Он снова поднял Андреевский флаг и в честь основателя Добровольческой армии был назван «Генерал Алексеев».

П. Варнек


© ВОЕННАЯ БЫЛЬ

Добавить отзыв