Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Sunday April 23rd 2017

Номера журнала

Шторм 14 ноября 1854 года. – А. Макарович



Из цикла: Крымская кампания по английским официальным источникам.

Почему-то было распространено мнение, что погибший 14 ноября 1854 года у берегов Кры­ма английский корабль «Принц» (почему-то всегда говорили «Черный Принц»), потонул с огромным количеством золота, которое он при­вез для английской армии. Поэтому, найдя описание его гибели и того, что находилось у него на борту, мне захотелось поделиться с читателями этими сведениями.

Вряд ли несколько ящиков «звонкой мо­неты» представляют то количество золота, ко­торое ему приписывает легенда. Гораздо боль­шей утратой для армии была потеря всего зимнего обмундирования, без которого так стра­дали солдаты, и медикаментов. Интересно от­метить роль во всем этом деле капитана Дакреса (или Дэкреса), которую он сыграл в ги­бели не только «Принца», но и многих дру­гих кораблей, не разрешив им войти в га­вань Балаклавы, а оставив их в открытом море.

Во время сражения у Балаклавы 25 октя­бря 1854 года был момент, когда казалось, что русские вот-вот возьмут город. Лорд Раглан отдал распоряжение капитану Татэму, коман­диру «Симуна», который был в тот момент ко­мендантом гавани: «Русские будут здесь че­рез полчаса. Мы будем защищать главную гавань. Разведите пары!». Капитан Татэм по­нял, что это приказание означает приготовить порт к эвакуации, и отдал распоряжение всем кораблям быть к этому готовыми. Сражение закончилось благополучно для союзников, рус­ские в город не ворвались, но… приготовле­ния все же продолжались. «Всю ночь кораб­ли снимались с якоря и буксиры выводили их вон, как-только те отдавали швартовы». Интендантство погрузило деньги, все артилле­рийское снабжение и хозяйственные части. Ко­рабли стали на якоря вне залива. Капитан Дакрэс, командир «Санспареля» был назначен комендантом гавани.

27 октября лорд Раглан отдал распоряже­ние, отменяющее все приготовления к эва­куации, но капитан Кристи, капитан над пор­том, получил приказание сэра Р. Эйрей поста­вить все транспорта на якорь вне порта и точно исполнил это гибельное предписание. Почему с 25 октября до 14 ноября кораблям не было дано разрешения возвратиться в порт — является тайной капитана Дакрэса, который один только мог давать разрешения на вход в порт Балаклаву.

***

Ночь на 13 ноября была холодная. 13-го полил дождь, который залил весь лагерь и затруднял приготовление пищи. Лагерь стал похож на затоптанное вспаханное поле, ни­чего кроме грязи и слякоти. В течение это­го дня дул свежий юго-западный ветер, но ничто не указывало на изменение погоды к худшему. Ночь была сравнительно хорошая, со совсем спокойными интервалами. Однако к рассвету 14-го поднялся шторм, к половине седьмого утра превратившийся в настоящий ураган, ураган, какого не запомнят жители этой страны. Гром, молния, ливень сопро­вождали его. Почти все палатки в лагере бы­ли сорваны, и все бывшее внутри унесено. Офи­церы и солдаты, едва одетые, бегали вокруг и собирали остатки вещей и одежды. Ветер усиливался с каждой минутой и все лагерные вещи летали в воздухе. Брезенты палаток («tentes dabri») были снесены и летали сотня­ми, только несколько тяжелых английских па­латок, значительно тяжелее французских, сне­сенные, упали там, где их застал налетевший шквал. Горы интендантских запасов, прови­зии и прочего исчезли совершенно. Огром­ные бочки катились, как крикетные шары, и исчезали Бог ведает куда. Многие крыши с депо Главной Квартиры были снесены, и дома устояли только благодаря тому, что все это бы­ли полуподвальные помещения, противостояв­шие бешенству урагана без особых повреждений. Госпитальные же палатки были сорваны, и страдания несчастных раненых и больных увеличивались тем, что они промокли насквозь. По возможности скоро они были перенесены в конюшни Главной Квартиры лорда Раглана, и медицинский персонал старался оказывать им посильную помощь. Еще до наступления тем­ноты их палатки были восстановлены и они были водворены под их кров.

Французские госпиталя помещались в четы­рех больших деревянных бараках. Они были снесены, и до четырехсот человек больных и раненых получили еще тяжкие увечья. Ло­шади французской кавалерии вырвались на свободу, и некоторые из них никогда не были пойманы.

Нужно сказать, что поведение солдат двух армий представляло собою величайший конт­раст. Французы бежали толпами через рав­нину во всех направлениях, стараясь найти укрытие за старыми стенами или насыпями. Англичане, более замкнутые и твердые, стояли впереди сравненных с землей палаток под бесновавшимся над ними ветром и дождем или же собирались в группы впереди их прежнего лагеря.

«Будь прокляты русские, если бы они по­явились в этот день! Свирепее, чем шторм, и сильнее, чем вся его ярость, британские солда­ты встретили бы их и побили бы их много­численные батальоны…» (в подлиннике статьи «кишащие» А. М.). В течение всего этого ужасного дня раздавался крик: «Позвольте нам добраться до города. Гораздо будет луч­ше, если мы бросимся на неприятельские ба­тареи, чем стоять здесь и поражаться этим ужа­сным штормом».

К четырем часам дня шторм стал ослабе­вать и люди начали восстанавливать свои па­латки, которые из-за грязи и слякоти были со­вершенно непригодны для жилья. Конюшни лорда Раглана, из которых только что были вынесены раненые и больные, снова напол­нились людьми, и многие офицеры и солдаты нашли в них убежище на ночь.

На море ураган свирепствовал еще более и был разрушительнее, чем на земле. Капитан Дакрэс, комендант порта, разрешил войти об­ратно в порт только около тридцати кораблям, все же остальные были предоставлены в игруш­ку урагану. Когда 11 ноября прибыл корабль «Принц» груженный зимним обмундировани­ем, медикаментами для войск и несколькими ящиками звонкой монеты для интендентстства, капитан его не мог получить разрешения на вход в гавань и должен был стать на якорь в море. Там же, вне гавани, были корабли Ее Величества: «Rétribution», «Niger», «Vesu­vius» и «Vulcan», четыре паровых транспорта, десять парусных (включая «Принца»), три гру­зовых корабля и один мальтийский бриг. Бе­рега вокруг «представляют собою скалы гроз­ного вида, доходящие до семисот футов высо­ты». Корабли были сорваны с якорей и бро­шены на эти скалы. «Принц» пошел ко дну со всем своим грузом, стоимость которого до­ходила до полумиллиона фунтов. Из дру­гих транспортов шесть или потонули, или раз­бились в щепки. То же было и с двумя грузо­выми пароходами. Третий, «Пултова», достиг гавани без мачт, в полузатопленном состоянии. Из кораблей Ее Величества два остались без мачт. «Ritribution» с герцогом Кэмбриджским на борту был сильно поврежден, но спасен бла­годаря огромной энергии и усилиям команды. «Vulcan» вышел из шторма без повреждений. Корпуса, рангоут и такелаж судов, находивших­ся в гавани, были повреждены, но они постра­дали мало по сравнению с находившимися в море.

Ураган пронесся вдоль всего берега. Возле Качи пять британских кораблей, стоимостью бо­лее 15 тысяч фунтов каждый, девять фран­цузских и турецкие корабли погибли. Многие были повреждены, включая Ее Величества па­роход «Samson», который потерял всю почту. У Евпатории 16 кораблей были выброшены на берег. Доблестнейший корабль французского флота «Генрих IV» разбился. Казаки приеха­ли, ожидая возможности поживиться, но капи­тан вытащил несколько орудий с корабля на берег, и они вынуждены были удалиться. Рус­ские войска также атаковали город, поддержи­ваемые четырнадцатью орудиями, но после ча­совой канонады отступили.

Убытки, причиненные этим ужасным штор­мом, оцениваются свыше двух миллионов фун­тов, и лишения войск увеличились благодаря потере зимнего обмундирования и запасов, на­ходившихся на борту «Принца». Кроме серь­езных повреждений кораблей, около трехсот человек погибло в районе Балаклавы У Качи и Евпатории большинство команд разбитых ко­раблей было спасено. В самой Балаклаве бы­ли причинены значительные повреждения. Крыши домов были сорваны, и черепицы ле­тали по воздуху, как осенние листья. Веран­ды были снесены ветром, и панели засыпаны разбитым стеклом. На почте была вырвана одна целая оконная рама и унесена на расстоя­ние приблизительно двухсот ярдов и, как ни странно, она была найдена неповрежденной.

А. Макарович

Перевод с английского: Englands Battles by Sea and Land. vol. IV. By Williame Cooke Stafford, Esq.

© ВОЕННАЯ БЫЛЬ

Добавить отзыв