Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Thursday May 25th 2017

Номера журнала

Практические стрельбы Русской артиллерии на полигоне близ Поноона. – Н. Г-В.



(в дни первой мировой войны)

20 февраля 1916 года, по распоряжению Полевого Генерал-Инспектора артиллерии Великого Князя Сергея Михайловича, были командированы в Англию два штаб-офицера артиллерийских училищ (командир 1-й батареи Михайловского артиллерийского училища подполковник Новогребельский и командир 1-й батареи Константиновского артиллерийского училища подполковник Герцо-Виноградский) и от мортирных дивизионов десять обер-офицеров и 42 солдата.

Командировка имела целью, не ожидая прибытия заказанных в Англии для русской артиллерии 45-лн. гаубиц, подготовить для будущих формирований новых батарей, на вооружение которых должны были стать эти гаубицы, инструкторский и кадровый личный состав.

Отправка в Англию во время войны столь значительной группы русских воинских чинов, должна была быть обставлена весьма секретно, тем более, что указанный маршрут лежал сначала через Финляндию, затем через нейтральные, но переполненные немецкими шпионами Швецию и Норвегию и наконец через Немецкое море, сферу действия германского флота, подводные лодки которого останавливали в то время нейтральные суда, осматривали их и снимали подозрительных пассажиров.

Для большей осторожности при переезде все командированные должны были выезжать из Петрограда попарно, с промежутками в два дня, в штатских, конечно, костюмах, имея с собой в ручном багаже военное обмундирование и холодное оружие.

Переезд прошел благополучно.

По прибытии в Лондон каждая пара переодевалась в военную форму и распоряжением нашего военного представителя размещалась: офицеры — в частном госпитале, а солдаты в прекрасной гостинице для английских солдат, прибывающих с фронта.

Условия жизни в этой гостинице были настолько непривычны для наших солдат, что можно отметить, как курьез, следующее: когда проживавший в Лондоне Великий Князь Михаил Михайлович, пожелав увидеть команду солдат, посетил гостиницу и спросил одного из них, нравится ли ему жить в ней, спрошенный солдат ответил: «Так точно, Ваше Императорское Высочество, только больно часто простыни меняют. Не успеешь обмять их, как дают новые».

Когда все командированные съехались в Лондон, вся команда была отправлена в английскую артиллерийскую школу военного времени, расположенную часах в двух езды по железной дороге от Лондона, в местности, носившей название «Лардж Хилл». В этот день жители Лондона имели случай видеть необычайную картину: по городу шла с песнями чисто и опрятно одетая русская воинская часть. Это артиллерийская команда шла на вокзал. Аплодисменты сопровождали ее до посадки в вагоны.

В школе, в течение двух недель офицеры и солдаты основательно изучили материальную часть 45-лн. великобританской гаубицы, а на третью неделю был слажен и готов к практической стрельбе расчет на две батареи.

При этом выяснилось, что принятый англичанами способ деления угломера (на две полуокружности, на 180 делений каждая) для нас неудобен, что впоследствии, до отправки гаубиц в Россию, было исправлено. Угломеры были разделены на принятые у нас деления.

Практическая стрельба состоялась в присутствии всего состава школы и начальника ее, полковника Томсона, бывшего командира одной из конных батарей 1-й великобританской армии, понесшей большие потери в первых боях с немцами. Полковник Томсон был ранен в ногу, после чего не мог свободно ездить верхом. Наши артиллеристы сменили у стоявших на позиции двух батарей англичан, и раздались привычные нам команды. Угломером пользовались как русским (одной половиной), и батареи без всяких затруднений и задержек построили «веера» и открыли огонь.

Ввиду крайне ограниченного числа бомб, отпущенных англичанами на практическую стрельбу (шрапнелей не было вовсе), можно было выкроить для каждой батареи только по две пристрелки с переносом огня и выпустить несколько бомб на поражение.

Быстрота, с которой русские артиллеристы освоились с новой для них материальной частью, быстрота пристрелки и переносов огня, произвели на англичан великолепное впечатление, но наши артиллеристы не были довольны стрельбой. Большой процент бомб не дал разрывов, на что и было обращено внимание англичан. Англичане объяснили это тем, что на практические стрельбы они отпускают бракованные снаряды. Однако впоследствии, в Галиции и на Румынском фронте, куда главным образом были направлены вновь сформированные батареи и дивизионы, вооруженные великобританскими гаубицами, оказалось, что стрельба шрапнелью не поддавалась никакой корректуре и шрапнель рвалась, как ей самой заблагорассудится, а бомбы, в зависимости от твердости грунта, на который они падали, давали неразрывов от одной четверти до одной трети, а иногда и более того.

Поднятая по этому поводу тревога вызвала приезд на фронт представителей английской военной миссии, которые, побывав на стрельбе одного из дивизионов, вооруженных их гаубицами, вынесли следующее, оправдывающее их заключение: русские требуют от артиллерии «кружевной» работы и экономят снаряды. Мы же снарядов не жалеем, чем и восполняем их недостатки.

На нашем фронте дивизионы, вооруженные великобританскими гаубицами, не имели и не могли иметь серьезного значения. Тяжелые на ходу, с малой предельной дистанцией огня (на одну версту меньше нашей 48-лн. гаубицы), с бездействующей шрапнелью и плохо рвущейся бомбой, они не могли выполнять ответственных задач. Таким образом в истории русской артиллерии появление у нас 45-лн. английской гаубицы едва ли может быть отмечено более интересным фактом, чем факт практической стрельбы русских артиллеристов на полигоне близ Лондона.

Н. Г-В.

Добавить отзыв