Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Wednesday July 26th 2017

Номера журнала

Воспоминания о первой мировой войне (№ 93). – Полковник Архипов



РАЙГРОД — МАЛКИЕН — ЛЫК

1-я армия генерала Ренненкампфа задержалась после разгрома 2-й армии генерала Самсонова в Восточной Пруссии. Обойденная с левого фланга 8-й германской армией, она оказалась в тяжелом, почти критическом положении. Все же, хотя и с большим трудом и с большими потерями, ей удалось отойти к Неману.

Новый Главнокомандующий Северо-Западным фронтом (с 4 сентября) генерал Рузский предполагал оставить 1-ю армию на левом берегу Немана, но ознакомившись с ее состоянием, отвел армию на правый берег реки, возложив на 22-й корпус задачу прикрыть район Гродно.

Немцы, дойдя до Немана, еще проявляли здесь активность, но когда началось с юга наступление нашей 10-й армии, а так называемая «Августовская операция» очистила Августовские леса от немцев, то обнаружился и дальнейший их отход. Генерал Рузский решил воспользоваться сложившейся обстановкой, чтобы очистить нашу территорию от врага и вновь отбросить его к Мазурским озерам. Поэтому 1-й армии было приказано переправиться на левый берег Немана и наступать севернее 10-й армии в направлении к Мазурским озерам.

«Это наступление имело ту хорошую сторону, что должно было оздоровляющим образом подействовать на психику войск 1-й армии, перенесшей недавно тяжелое отступление», говорит ген. Данилов («Россия в Мировой войне», стр. 196).

3 октября были заняты Сувалки и в половине октября мы вновь стали на германской земле.

РАЙГРОД

В этот период боев, бригады 22-го корпуса продолжали преследование частей 8-й германской армии, отходивших к Мазурским озерам; 4-я же Финляндская стрелковая бригада была временно присоединена к другим корпусам и получила сначала особую задачу: прикрыть район Райгрода. Почувствовав нажим с юга нашей 10-й армии, угрожавшей путям отхода 8-й германской армии от Немана к Мазурским озерам, немцы проявляли большую активность. Они не только перешли в наступление против всего фронта 10-й армии, но одновременно атаковали и крепость Осовец. Эта маленькая крепость (комендант генерал Бржозовский) выдержала 4-дневную бомбардировку тяжелой артиллерии, она простреливалась насквозь и ее передовые укрепления были сравнены с землей, но все же не сдалась. Между прочим, и после этого крепость выдержала еще две бомбардировки и газовую атаку, но устояла до конца, до общего отхода всего русского фронта…

Заняв Райгрод, наша бригада расположилась на позиции западнее города, примкнув правым флангом к Райгродскому озеру у дер. Чарновесь и далее по опушке леса Чарновесь-Велда, длиною в 5-6 клм. С утра начался бой. Германская артиллерия громила опушку леса и дорогу от Райгрода, а с линии деревень Косилы-Лазарже появились неприятельские цепи. С опушки леса в мой отличный 8-кратный цейсовский бинокль я ясно видел германские колонны силою около полка, идущие по дороге Лазарже-Косилы против нашего правого фланга. Я спешно связался по телефону со штабом, и нам был прислан из резерва Туркестанский стрелковый полк (номера не помню, но командир полка был в высшей степени распорядительный и боевой Генерального штаба полковник Цихович). Полк этот быстро подошел и усилил наш угрожаемый правый участок по опушке леса, куда немцы уже повели упорные атаки. Командир полка расположился тут же, на опушке. Артиллерийский огонь противника был очень силен. Грохот разрывов «чемоданов» наполнял лес, огромные сосны ломались, как спички, но наши и туркестанские стрелки отбивали атаки метким огнем, ружейным и пулеметным, с близкого расстояния.

Артиллерия тоже много помогала своим огнем и надо сказать, что в этом бою мы в первый раз получили на своем участке помощь нашей «тяжелой» батареи 48-лн. гаубиц. В результате своих упорных и настойчивых атак немцы выдохлись и прекратили атаки, оставив перед нашим лесом густые цепи убитых, шедших в атаку с примкнутыми штыками. «Ну и накосили вы здесь германцев!» говорили нам жители дер. Лазарже, занятой нами ночью.

Характерно, что немцы, понеся огромные потери, оставили на поле боя у дд. Косилы-Лазарже большой полевой лазарет с тремя врачами и персоналом, задержав его с целью успеть эвакуировать уже в последнюю минуту как можно больше раненых. Здесь надо с похвалой отметить стойкость и меткий огонь наших стрелков, понесших немалые потери на опушке леса от непрерывного сильного огня германской артиллерии

МАЛКИЕН

После этого успешного для нас боя под Райгродом наша 10-я армия продолжала нажимать с юга на части 8-й германской армии, отходившие с боями к Мазурским озерам. Наша 4-я Финляндская стрелковая бригада получила теперь задачу занять позицию вдоль реки Малкиен (к северо-западу от Райгрода) фронтом на северо-восток (под Райгродом мы дрались фронтом на запад) и готовиться к переправе на восточный берег реки, уже занятый противником.

Генерал Селивачев приказал вязать плоты (понтонов не было) и собирать лодки. Река Малкиен, длиной в 8-10 клм. между двумя озерами, довольно широка, метров 15-20 (пишу по памяти). Окопы немцев шли вдоль всего берега, наблюдение велось ими беспрерывно, ночью — с помощью ракет, артиллерия противника, как всегда, была сильнее нашей. При этих условиях форсировать реку было трудно, и генерал Селивачев, после некоторых колебаний, отказался от форсирования реки, которое повлекло бы большие потери. Решение это было совершенно правильным, так как продолжавшееся наступление соседних с нами частей угрожало немцам обходом, и они оставили свои позиции на реке Малкиен без боя.

Здесь мне вспоминается геройский поступок артиллериста поручика Зихмана. Стрелки жаловались на сильный и близкий — через реку — пулеметный огонь немцев. Поручик Зихман ночью вкатил пушку в окопы и на рассвете прямым попаданием разбил немецкие пулеметные гнезда. Однако немцы не остались в долгу: их артиллерийский огонь при близком корректировании оказался таким же действительным, и поручик Зихман пал тут же смертью храбрых.

ГРОССЕ МОРОЗЕН — ЛЫК

Когда отход немцев был обнаружен, 4-я Финляндская стрелковая бригада была снята с фронта на реке Малкиен и направлена на Лык. Перешеек между озерами Лыккер-зее и Гр.Зельтман-зее, верстах в трех от Лыка, оказался укрепленным и был занят немцами. Западная часть перешейка у дер. Сиббо была преграждена водным препятствием (залив от Лыккер-зее), за которым были немецкие окопы. По его восточной части, ближе к озеру Гр. Зельтман-зее, был лес, оплетенный колючей проволокой.

Батальон 13-го Финляндского стрелкового полка под командой полковника Монковского атаковал этот лес, ворвался в него, очистил от немцев и, выйдя на его северную опушку, окопался против Лыка. Немцы, конечно, сознавали необходимость в сложившейся обстановке отхода к Лыку, но до этого они решили атаковать наш изолированный батальон. В темноте они ворвались в лес и оказались в тылу батальона полковника Монковского. В лесу возникла паника: «нас обошли!» «немцы в тылу!» и батальон, во главе с полковником Монковским, оказался в плену, в лагере Штральзунд. Проявивший эту инициативу немецкий капитан заслуженно получил за это дело Железный крест. Рота же его беспрепятственно отошла в Лык, уведя с собою еще и пленных.

Нам нужно было исправить положение, и для этого нам был придан второочередной Белебеевский пехотный полк, который был двинут для занятия этого леса. Немцы открыли сильный заградительный огонь, и Белебеевцы вначале отхлынули назад. Так как неустойка произошла на фронте нашей, 4-й Финляндской стрелковой бригады, то генерал Селивачев со мною был тут же. Генерал набросился на Белебеевцев и получил от одного «белебея» замечательный по непосредственности ответ: «Ну какие мы, Ваше Присхадительство, сражатели, сами видите – бородачи!» Генерал Селивачев рассмеялся и ответил бородачу: «Какие ни есть сражатели «белебеи», а наступать надо, раз приказано!» Так эти названия, «сражатели» и «белебеи», и остались в лексиконе генерала Селивачева на всю войну.

Но тут, в цепях, мы увидели командира Белебеевского полка, полковника Соболева, который своей внушительной фигурой действовал успокаивающе на своих «белебеев». Рослый, видный, он вышел, как на прогулку, в пальто мирного времени с блестящими пуговицами и погонами, с сигарой во рту и со стеком в руке. «Белебеи» пошли вперед и лес был занят. Тут мне вспомнилось выражение — «стадо баранов, предводимое львом, лучше стада львов, предводимого бараном».

Немцы отошли, не задержавшись и в Лыке: с того места, где мы стояли, мы отлично слышали свистки паровозов, шум и движение поездов, — немцы спешно эвакуировали Лык. Мы с генералом Селивачевым обошли брошенные немцами окопы. Они были прекрасно оборудованы: на командном пункте, в землянке, был стол, скамейки, на столе стояла керосиновая лампа.

Полковник Архипов

 

Бой под городом Райгродом

 

Бой под Августовым 3/16 сентября (см. № 92 "Военной Были")

 

© ВОЕННАЯ БЫЛЬ


Голосовать
ЕдиницаДвойкаТройкаЧетверкаПятерка (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading ... Loading ...




Похожие статьи:

Добавить отзыв