Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Thursday September 21st 2017

Номера журнала

Адмирал Сенявин. – В. К. Пилкин



Эскадра адмирала Сенявина в Средиземном море находилась в чрезвычайно трудном поло­жении не только политическом и стратегиче­ском, но и материальном. Несмотря на свои подвиги она была если не совсем забыта правительством, то, во всяком случае, оставлена почти без внимания, без директив и… без вся­ких денежных средств. Адмиралу приходилось на свой риск и страх принимать в чрезвычайных обстоятельствах чрезвычайные меры. Одной из таких чрезвычайных мер было удержание ад­миралом Сенявиным следуемого личному соста­ву (офицерам и команде) жалованья и призо­вых денег и израсходование их на служебные нужды эскадры. Сделано это было Сенявиным с ведома и согласия подчиненного ему личного состава, понимавшего трудное положение, в котором находилась эскадра. Адмирал, именем правительства, обещал личному составу своей эскадры полное удовлетворение, как только обстоятельства изменятся, и, во всяком случае, по возвращении в Россию… Но когда личный состав эскадры возвратился на родину, для адмирала Сенявина неожиданно оказалось не­возможным выполнить торжественное обеща­ние, данное подчиненным от имени правитель­ства.

Генерал-Адъютант Адмирал Дмитрий Николаевич СЕНЯВИН

Генерал-Адъютант Адмирал Дмитрий Николаевич СЕНЯВИН

В царствование Императора Александра I русский флот одерживал победы на море, брал крепости, содействовал сухопутным войскам, присоединял к империи новые владения, делал важные географические открытия, испещрил карты Тихого и Ледовитого океанов русскими именами и названиями, прославляющими Рос­сию и ее монарха, но, тем не менее, Импера­тор Александр I, единственный, может быть, русский Государь, не питал благоволения к
флоту. Государь Александр Павлович сам при­знавался, что не понимает значения морской силы. Одно время, при Императоре Александре I, серьезно обсуждался вопрос о передаче все­го русского флота англичанам. Между тем из­вестно, что Наполеон I перед войной с Россией первоначально разрабатывал операцию насту­пления главными силами не на Москву, а на Петербург, вдоль берега, базируясь на Балтий­ское море, и отказался от этого плана лишь по­тому, что флот его не владел морем.

Когда в 1812 году знаменитый наш флотово­дец, грозный победитель турок и тех же фран­цузов, находившийся в отставке адмирал Уша­ков просил Государя вновь принять его на дей­ствительную службу в любую воинскую часть и на любую должность, Император Александр I отказал ему «за ненадобностью».

К адмиралу Сенявину Государь Александр Павлович отнесся с той же неблагодарностью. На Всеподданнейшем прошении Сенявина, в котором адмирал в достойных и вместе с тем трогательных выражениях молил монаха по­велеть удовлетворить офицеров и команды его эскадры за взятые у них в чрезвычайных обстоятельствах на служебные надобности де­ньги, Император Александр I положил недо­брожелательную резолюцию, смысл которой со­стоял в том, что не может быть вопроса об удов­летворении экипажа, когда и самых кораблей более не существует. Адмирал Сенявин оказал­ся в тяжком и унизительном положении по от­ношению к бывшим своим подчиненным и со­ратникам, ему доверившимся. Небольшие его личные средства ушли на удовлетворение пре­тензий, покрыть которые они не могли, и по­степенно он впал в такую нужду, что вынуж­ден был, чтобы существовать, протягивать ру­ку и нищенствовать. В записках С. Т. Аксако­ва, между прочим, упоминается адмирал Сеня­вин, иногда заходивший за милостыней к не­му на дом и которому тогда высылалось три рубля.

Все мгновенно изменилось в судьбе адми­рала Сенявина, когда на престол вступил Им­ператор Николай I. Государь Николай Павло­вич любил флот, понимал и ценил Сенявина, очевидно, глубоко чувствовал несправедли­вость к нему своего брата и, будучи рыцарем в душе, по-рыцарски и старался ее загладить, осыпая обиженного адмирала царскими мило­стями.

Но Государь не ограничился этим. Он по­велел также немедленно и широко удовлетво­рить и все предъявленные к Сенявину претен­зии. Я слышал от моего покойного отца, что в его время долго разыскивались по поместьям и деревням офицеры и матросы бывшей сенявинской эскадры или их наследники, для вру­чения им денег.

Адмирал не забыл выпавших ему на долю испытаний и в последней своей воле завещал положить себя в гроб в том самом рваном боль­ничном халате, в котором видели его просящим подаяние на улицах столицы, и похоронить его на Охтенском кладбище, в разряде беднейших обывателей города. Государь Император не со­гласился, однако, утвердить последнюю волю Сенявина. Напротив, он счел нужным придать его похоронам исключительную торжествен­ность и сам (вещь неслыханная!) командовал войсками, отдававшими воинские почести по­койному.

контр-адмирал В. К. Пилкин

«Морской Журнал»

Кораблик

© ВОЕННАЯ БЫЛЬ

Добавить отзыв