Статьи из парижского журнала "Военная Быль" (1952-1974). Издавался Обще-Кадетским Объединением под редакцией А.А. Геринга
Wednesday May 18th 2022

Номера журнала

Исторический архив (№ 66). – А. Г.



Письмо Генерал-Адъютанта генерала от кавалерии Безобразова Государю Императору

Ваше Императорское Величество

Во исполнение повеления Вашего Импера­торского Величества, разрешающего мне обра­щаться по вопросам Войск Гвардии прямо к Особе Вашего Величества, дерзаю повергнуть на благоусмотрение Вашего Императорского Величества правдивый отчет о действиях Гвардии вместе с 1-ым и 30-м армейскими кор­пусами под Ковелем с 8-го по 27-ое июля с. г.

4-го июля я получил лично от Генерал- Адъютанта Брусилова приказание поставить Гвардию на участке, который тогда занимался 39-ым корпусом. Корпус занимал участок на правом берегу Стохода от деревни Богушевка до деревни Кияж. Приказание это позже по­лучило подтверждение в директиве Главно­командующего, в которой, хотя и не было ска­зано ничего насчет группировки вверенных мне корпусов, но возлагалась задача атаковать Ковель с юга. При этих условиях естественно я должен был собрать Гвардию на своем левом фланге, то есть, как раз на участке 30-го кор­пуса.

К 9-му июля войска заняли свои исходные позиции, за исключением конницы, которая окончательно собралась к 17-му июля.

Общая атака армий Юго-Западного фронта была назначена на рассвете 10 июля, однако, наша готовность была внешняя, так как став­шие на позицию войска лишь 10-го начали по­лучать сведения от своей собственной развед­ки — пехотной и артиллерийской. Разведки эти выяснили, что полоса болот, за которыми стала Гвардия, на фронте Райместо-Кияж про­ходила на весьма тесном для атаки участке Кол. Переходы до Кол. Фишко (всего около 3-х верст). Проливные дожди ухудшили дело, увеличив труднодоступность болот, отделяв­ших нас от противника.

Приняв во внимание эти обстоятельства, а также неполное сосредоточение артиллерии и в особенности снарядов, я донес об этом Глав­нокомандующему 9-го июля в 15 часов, указы­вая на желательность некоторой отсрочки.

Телеграмма моя еще не была отправлена, как получилась директива, дающая, видимо, на основании донесений со всего фронта, от­срочку общей атаки до 15-го июля.

Этим временем я воспользовался, чтобы, испросив новую разграничительную линию с 8-ой армией, расширить фронт ударной груп­пы, составленной из 1-го и 2-го Гвардейских корпусов. Прибавление лишних 4 верст на фронте атаки к югу, в сторону 8-ой армии, оправдало себя при атаке 15-го июля, так как именно от этого участка, гораздо более доступ­ного удалось развить решительный натиск и заставить неприятеля уйти за Стоход.

Как было условлено с 8-ой Армией, штурм начался 15-го июля ровно в 13 часов, после 7-ми часовой артиллерийской подготовки. В со­гласии с 8-ой Армией (39 корпус), Гвардия про­рвала укрепленный фронт неприятеля. При- этом она захватила позиции у Кол. Переходы, Райместо, Ясеновка, Кол. Курган, Щурин, Трыстень, высота 83 и 1, что северо-восточнее Кол. Курган. Тесня противника, войска дошли до верхнего течения Стохода на фронте Май­дан, Витонеж, Кол. Остров, Кол. Михайловка.

При этом Гвардия взяла 46 орудий, из них 17 тяжелых, 65 пулеметов, не считая другой мелкой добычи и около 5.000 пленных, из них — 150 офицеров.

В бою 15 июля Гвардия имела дело со всей 29-ой австрийской дивизией и 19-й и 121-й германскими дивизиями. Последняя из них пе­реброшена из Франции с реки Соммы. В числе пленных Гвардия взяла 19 офицеров и 974 нижних чинов германцев разных полков.

16-го июля бой продолжался, но трудные условия проходимости реки Стохода задержа­ли дальнейшее продвижение Гвардии. Центр тяжести этого и следующих дней перенесся на 30-ый и 1-ый армейские корпуса, которые, стремительным ударом отбросив противника в излучине Стохода северо-восточнее железной дороги Ковель-Луцк, вышли на линию Рудка Миринская, Велецк, Кухары, высота 94 и 9, что к востоку от Мал. Порок. Во время этих атак названными корпусами, особенно — 30- ым армейским, было взято свыше 4.000 плен­ных с офицерами и пулеметами. Впоследствии выяснилось, что здесь был уничтожен 31-й гонведный полк и сильно расстроены осталь­ные полки 41-ой гонведной дивизии.

Одновременно я не отказывался от реши­тельных действий на фронте Гвардии, но тя­желые местные условия, представляющие к северу от верховья Стохода ряд дефилэ, эше­лонированных в глубину, дающих возмож­ность противнику с малыми силами противо­стоять натиску ослабленного потерями атакую­щего, вскоре дали себя знать. Неоднократные попытки Гвардии, веденные с должной энер­гией, овладеть Витонежом и предмостным ук­реплением у Ливощенского дефилэ, не увен­чались успехом. Доступные для атаки места оказались частями заранее укрепленной пози­ции; эти опорные пункты связаны между со­бой перекрестной огневой обороной. В частно­сти, Витонеж, с захватом которого можно бы­ло надеяться, по условиям местности, все же продвигаться вперед, хотя и медленно, оказал­ся тщательно оборудованными крепкими убе­жищами и многочисленными пулеметными гнездами. В результате, частям Гвардии уда­лось лишь переправиться против Витонежа на левый берег Стохода и закрепиться у Витоне­жа и на Высоте 90 к югу от него.

Только могущественная тяжелая артилле­рия могла бы пробить здесь брешь и уберечь пехоту от дальнейших больших потерь при штурме Витонежа.

Как это соображение, для выполнения ко­торого не было средств, так, главным образом, более доступная местность на правом фланге Армии, на фронте 30-го и 1-го армейских кор­пусов, привели меня к решению использовать успех этих последних и организовать удар на участке Велицк, Кухары, высота 84,9.

В соответствии с этой мыслью я представил свои соображения Главнокомандующему при личном с ним свидании 21-го июля в Луцке. При этом я просил дать мне свежий корпус для более решительного удара.

Главнокомандующий, со своей стороны, признал изложенный план, при создавшейся обстановке на фронте вверенной мне Армии, единственно возможным, но предоставил его осуществление моим собственным силам.

В виду этого я, начиная с 22 июля, прибег к изменению группировки за счет ослабления левого фланга Армии, откуда был снят 1-ый Гвардейский корпус, а также центра на пас­сивном участке реки Стохода, за которым мною была поставлена спешенная конница.

Эти меры дали возможность собрать на ак­тивном участке правого фланга армии 3 кор­пуса, правда, значительно ослабленных поте­рями в своем численном составе. По числу штыков ударная группа перед атакой не пре­вышала численности 4-х дивизий.

К утру 24-го июля была закончена пере­группировка. Атака была назначена на 25 ию­ля, но, в виду необходимости тщательнее ос­мотреться на новых позициях, атака была от­ложена на 26 июля.

Характерной чертой подготовки к атаке явилось то обстоятельство, что мы были совер­шенно лишены возможности воздушной раз­ведки. Поэтому все наблюдения были односто­ронними и не давали никакого представления о тыле неприятельской позиции, скрытом ле­систою полосою.

Это существенное условие не позволяло мне решительно бросить в бой все резервы. Необходимо было раньше определить, что именно представляют из себя неприятельские позиции. Выяснить это можно было только бо­ем. Поэтому, двинув 26 июля в атаку войска 30-го армейского, 1-го Гвардейского и 1-го ар­мейского корпусов, я прежде всего имел в ви­ду усиленную разведку укрепленной полосы противника. Атака, веденная с большим подъ­емом, не имела успеха и свелась к усиленной разведке.

Бой показал, что противник занимает за­благовременно укрепленный фронт, где при­шлось считаться с несколькими линиями око­пов, усиленных проволочными заграждениями и с многочисленными пулеметами, фланкиру­ющими подступы, ведущие вглубь укреплен­ной полосы. Будучи скрыты в лесу, эти пуле­меты не могли быть обнаружены и своевремен­но разбиты артиллерией. Начиная с 27 июля, то есть — уже после боя, удалось приступить к воздушным разведкам (были получены и со­браны самолеты). Разведки эти сразу дали кар­тину тыла укрепленной полосы. Выяснилось, что район м. Мельница, Брюховичи, Жмудча представляет собой крепкий узел сопротивле­ния и выражается в ряде сомкнутых укрепле­ний, подпирающих вынесенные вперед окопы, как это показано на представленной при сем карте.

В бою 26 июля за Кухарский лес 1-ым Гвардейским корпусом взято в плен около 100 германцев.

27-го июля 2-ым Гвардейским корпусом бы­ла повторена атака Витонежа. Бой подтвердил сведения о силе этого опорного пункта и о том, что наша артиллерия, несмотря на двухднев­ную подготовку, оказалась слишком слабой, как по числу орудий, так и по числу снарядов, чтобы разбить все пулеметные гнезда и убе­жища. Огонь противника был тем более дейст­вителен, что болотистые подступы к деревне заставляли вязнуть пехоту… Результат боя выразился в ничтожном продвижении вперед частей на высоте 90,0.

На этих действиях приостановились опера­ции вверенной мне армии, которой 28 июля приказано перейти к активной обороне. Опыт прошедшей операции приводит меня к убеж­дению, что план быстрого овладения Ковельским районом, при настоящих условиях готов­ности противника и местности, требующей по­давляющего превосходства сил атакующего над обороняющимся, трудно выполним.

Успеха, как мне кажется, можно достигнуть лишь постепенным методичным продвижени­ем вперед.

В частности, по отношению ко вверенным мне войскам, я нахожу, что дальнейшие актив­ные действия могут обещать результаты при условии:

  1. Усиление армии свежими частями.
  2. Пополнение полков до нормы.
  3. Усиление имеющийся в армии тяжелой артиллерии.

В заключение, долг службы обязывает ме­ня всеподданнейше донести Вашему Импера­торскому Величеству, что вверенные мне вой­ска с полным самоотвержением исполнили свой долг и, несмотря на изложенные выше за­труднения, захватили на правом фланге, в из­лучине Стохода, значительный по размерам плацдарм, с продвижением на 10 верст, а на левом фланге, на фронте Гвардии — отброси­ли противника за Стоход, продвинувшись на 6-8 верст.

Потери с 15 по 27 июля в войсках вверен­ной мне армии выразились следующими циф­рами:

30 армейский корпус — 10.048

1 армейский корпус — 8.111

1 Гвардейский корпус — 12.755

2 Гвардейский корпус — 17.721

Гвардейский кавалерийский корпус —

  1. Итого — 48.813.

Взятые войсками трофеи с 16 по 27 июля:

Германцев: офицеров — 19, нижних чинов

— 974.

Австрийцев: 1 командир полка, офицеров

— 179, нижних чинов — 6.154.

Орудий: легких — 29, тяжелых — 17, ито­го 46.

Из них 38 отправлено в Тамбов, 3 легких орудия сданы во время боя в штаб 39-го ар­мейского корпуса, 5 еще находятся в ожида­нии отправления, на станции Рожище.

Вашего Императорского Величества верноподанный слуга Генерал-Адьютант Безобразов

Напечатанная выше копия письма Генерал- Адъютанта Безобразова к Государю Импера­тору была мне любезно предоставлена Лейб-Гвардии Преображенского полка полковником Ю. В. Зубовым. Ю. В. Зубов получил эту ко­пию от ныне покойного генерала Хольмсена.

А. Г.

Добавить отзыв