Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Wednesday June 28th 2017

Номера журнала

Майский парад. – А. В. Потоцкий



Весною 1904 года, после Пасхи, имел место последний майский парад на Марсовом Поле.

Эти майские парады представляли собой зрелище грандиозное по своей красоте и по количеству войск, в них участвовавших. Правда, что в это время форма одежды пехоты, даже и Гвардейской, была мрачна и однообразна.

Войска не только С.-Петербургского гарнизона, но и прибывавшие специально к этому дню из окрестностей столицы части Гвардии, с раннего утра с музыкой и распущенными знаменами стягивались по улицам из своих казарм и строились по заранее расставленным заботами штаба войск Гвардии и С.-Петербургского военного округа жалонерам в порядке полков, начиная с Собственного Его Императорского Величества Конвоя и Гвардейского полевого жандармского эскадрона. За ними, в батальонных резервных колоннах, становились на одной с ними линии: Сводный полк военно-учебных заведений в составе следующих батальонов: 1-ый — Павловского военного училища; 2-ой — из 1-ой роты Пажеского Его Величества корпуса, двух рот Николаевского инженерного училища и одной роты Военно-Топографического училища; 3-ий — из четырех рот Морского корпуса и 4-ый — из строевых рот Пажеского Его Величества, Первого, 2-го, Императора Александра 2-го и Николаевского кадетских корпусов. Далее строились 1-я и 2-я Гвардейские пехотные дивизии, Гвардейская стрелковая бригада, Лейб-Гвардии Саперный батальон, Гвардейский экипаж, С.-Петербургское юнкерское училище, полки: 145-й пехотный Новочеркасский Императора Александра 3-го, 198-й резервный пехотный Александро-Невский; 1-й и 18-й саперные батальоны, рота Военно-Электротехнической школы; батальоны 8-го, 14-го и 18-го флотских экипажей; батальоны Михайловского и Константиновского артиллерийских училищ, Лейб-Гвардии 1-ой и 2-ой артиллерийских бригад в пешем строю и, в запряжках, батареи вышеназванных артиллерийских училищ и бригад и Гвардейского стрелкового артиллерийского дивизиона, 23-й артиллерийской бригады и Офицерской артиллерийской школы.

Вся эта масса войск (около 25 тысяч человек и 150 орудий) выстраивалась на Марсовом Поле, фронтом к Летнему Саду и тылом к казармам Лейб-Гвардии Павловского полка, составляя: части в пешем строю — четыре линии войск и батареи в конном строю — еще две линии.

Вдоль Лебяжьего канала, отделяющего Марсово Поле от Летнего Сада, тылом к последнему, ко дню этого парада строились деревянные трибуны для публики, украшенные красным кумачем, флагами и зеленью.

Одновременно со сбором войск на Марсовом Поле и эти трибуны заполнялись нарядной публикой в весенних туалетах с целым цветником дамских шляп и зонтиков всех возможных цветов и оттенков. Публика эта допускалась туда по особым именным билетам.

Перед серединою трибун для публики разбивалась на возвышенном деревянном помосте Царская палатка светло-зеленого холста с красными бордюрами и с входом со стороны Летнего Сада. Палатка эта тоже была украшена флагами и зеленью. К этой палатке собирались в придворных экипажах дежурные придворные Дамы и гражданские чины Высочайшего Двора и дипломатический корпус по особым приглашениям.

Все балконы и окна домов, выходивших на Марсово Поле, как-то: дворец Принца Ольденбургского, Великобританское посольство, Мраморный дворец, казармы Лейб-Гвардии Павловского полка, дом князя Голицына, тоже были полны народа. Виднелись зрители попроще даже и на крышах этих домов. Вся набережная Мойки, от Садовой улицы до Екатерининского канала, была буквально забита толпой любопытных, с трудом сдерживавшейся полицией при помощи канатов.

В это же время Гвардейская конница в составе эскадрона и казачьей сотни Николаевского кавалерийского училища, 1-й и 2-й Гвардейских кавалерийских дивизий, эскадрона Офицерской кавалерийской школы при пяти батареях Гвардейской конно-артиллерийской бригады и конной батарее Офицерской артиллерийской школы (всего свыше 6 тысяч сабель при 36 конных орудиях) собиралась и строилась на Дворцовой площади и по Дворцовой набережной до Летнего Сада.

Тут было больше разнообразия форм и больше блеска. При малейшем ветерке на пиках веяли флюгера и колебались на головных уборах султаны.

Точно в назначенный для парада час начинался Высочайший объезд войск.

Предшествуя группе Высочайших Особ ехал верхом на сером, в яблоках, коне Командир Гвардейского полевого жандармского эскадрона полковник Ионов в серебряной, кирасирского образца каске с серебряным на ней орлом и Андреевской звездой, в светло-голубом однобортном мундире с серебряным прибором и серебряными же аксельбантами, в серо-синих шароварах с алым кантом, на голубом вальтрапе с закругленными углами, с двойной алой каймой и серебряными шитыми Царскими вензелями на задних углах.

Далее, на совершенно белом энглизированном коне ехал пикер в черном цилиндре, в белом длинном сюртуке при таких же жилете и лосинах, в низких, черных лакированных сапогах с желтыми отворотами на голенищах, на маленьком, желтой кожи английском седле.

За ним — черная открытая коляска Государынь Императриц «а ля Домон», запряженная четырьмя совершенно белыми англизированными лошадьми, имея на каждой паре по жокею в черных бархатных шапочках, в красных, коротких, до пояса, куртках и, поверх курток, в коротких белых безрукавках с золотыми галунами и в белых же лосинах и сапогах, как у пикера. Вдовствующая Императрица Мария Федоровна сидела справа, рядом с Государыней Императрицей Александрой Феодоровной, Обе Императрицы — во всем белом. За местами Императриц сидели придворные Лейб-казаки Их Величеств, красавцы-бородачи, Вдовствующей Императрицы — в синем кафтане с откидными рукавами, с голубыми рукавами рубахе и голубым же приборным сукном, а Государыни Императрицы Александры Феодоровны — в темно-зеленом кафтане поверх алой рубахи и с алым же приборным сукном. Оба — с золотыми галунами с черными орлами на них и в высоких меховых шапках с золотыми круглыми помпонами и с длинными, падающими на сторону языками соответствующего приборного сукна.

Рядом с коляской Государынь Императриц, и не закрывая Их Величеств, с левой стороны верхом Государь Император в парадной форме полковника Лейб-Гвардии Семеновского полка, с лентою ордена Св. Апостола Андрея Первозванного через правое плечо, на темно-гнедом коне, убранном черным мерлушковым, с синею с алым кантом и золотым шнуром каймою вокруг, вальтрапом.

По другую сторону коляски и несколько сзади нее ехал на гнедом коне Начальник Придворно-конюшенного ведомства генерал-адъютант фон-Грюнвальд, красивый старик с большими, пушистыми седыми усами, в форме Кавалергардов, но без кирасы. За коляской ехали дежурные: генерал-адъютант, Свиты Его Величества генерал-майор и флигель-адъютант, все три — в Свитской форме: в белых барашковых шапках с алыми верхами и галунными крестами на них, в темно-зеленых кафтанах с белыми кантами и шитыми алыми воротниками и клапанами обшлагов, в широких синих шароварах с алыми лампасами и в высоких сапогах; на черных мерлушковых вальтрапах с алой каймой, обрамленной с обеих сторон галунами и с Андреевскими звездами на всех четырех углах. Первый — с золотым, два другие — с серебряным металлическим прибором. Рядом с ними ехали два красавца Лейб-трубача Его Величества в форме Собственного Его Величества Конвоя на серых конях, в черных папахах с алым верхом, в алых черкесках с зелеными газырями, с серебряным прибором, в белых бешметах и синих шароварах и высоких сапогах. Сидели они на черных кавказских седлах без вальтрапов, но зато с богатым серебряным набором.

Далее ехала многочисленная свита, состоявшая из Великих Князей, начальствующих лиц не находившихся в строю войск, их адъютантов и иностранных военных агентов в их, по большей части, красочных и разнообразных формах.

Раздается команда: «Палаши, шашки, сабли вон, пики в руку! Слушай!..»

Блеснули клинки, и все насторожились…

Полки конницы встречали Государя Императора звуками «Гвардейского похода» и, ответив на приветствие, провожали могучим «ура» под звуки «Боже, Царя храни!»

Рев голосов и звуки гимна доносились уже с Дворцовой набережной на Марсово Поле, где стоявшие и отдыхавшие части пехоты и артиллерии, уже выравненные и осмотренные своими ближайшими начальниками, снова зашевелились, окончательно охорашиваясь и выравниваясь по колышкам и шнуркам и «провешивая затылки».

Окончив объезд частей конницы у Летнего Сада со стороны Невы и проследовав аллеями этого Сада к набережной Мойки, отделяющей Сад от Инженерного Замка, Государь Император с сопровождавшей Его Свитой, переехав мост, что через Лебяжий канал, выехал на Марсово Поле к правому флангу Собственного Его Величества Конвоя.

Командующий парадом Великий Князь Владимир Александрович скомандовал своим звучным голосом:

«Парад, смирно! Полками — слушай на караул!» и, подняв на галоп своего коня, поскакал навстречу своему Державному племяннику с рапортом.

Трубачи Собственного Его Величества Конвоя заиграли краткие и отрывистые аккорды «Гвардейского похода».

Поздоровавшись со Своим Конвоем и получив в ответ дружное «Здравия желаем, Ваше Императорское Величество!», покрытое громовым «ура», Государь Император проследовал к Гвардейскому полевому жандармскому эскадрону, который, в свою очередь, после ответа на Царское приветствие, присоединил и свое «ура» к таковому же Конвоя.

В это время Сводный полк военно-учебных заведений, которым командовал начальник Павловского военного училища, генерал-майор Дубасов, взял «на караул» и под звуки марша военно-учебных заведений склонил для салюта свои многочисленные знамена. Когда Государь Император поравнялся с правым флангом батальона Павловского военного училища, оркестр этого училища умолк и после дружного ответа юнкеров на Царское приветствие снова вступил мощными аккордами гимна «Боже, Царя храни!», покрытого лихим «ура» сотен молодых голосов.

Далее, в этом же порядке объезд продолжался до левого фланга полков первой линии, где у дворца принца Ольденбургского, объехав левый фланг последнего батальона, Государь Император и сопровождавшие Его подъехали к левому флангу второй линии, батальоны которой уже держали ружья «на караул». Здесь полки, как и в первой лини, стояли в линии батальонных резервных колонн, но имели своих начальствующих лиц, оркестры музыки и барабанщиков на своих левых флангах. Высочайший объезд продолжался в таком же порядке до правого фланга второй линии, в то время, как полки первой линии, взяв ружья «к ноге», продолжали стоять смирно, лицом к Летнему Саду.

У конца Марсова Поля, обращенного к Михайловскому Саду, Государь Император, объехав правый фланг второй линии, переехал к правому флангу третьей, в которой начальники, оркестры и барабанщики стояли на правых флангах своих частей. Громкие крики «ура» и звуки гимна перекатывались по всему Марсову Полю до самого окончания объезда всех линий войск.

По окончании объезда артиллерии Государь Император и вся кавалькада проехали рысью мимо флангов всех линий к Царской палатке, где Государыни Императрицы вышли из экипажа и вошли внутрь палатки, обращенной балконом к Марсову Полю, а Государь Император со Своей Свитой, не слезая с лошадей, стали несколько левее палатки.

Батальоны передних линий были повернуты «кругом» и отведены вплотную к задним, чтобы очистить больше места впереди для церемониального марша. Там они были остановлены и снова повернуты лицом к Летнему Саду. В это же время линейными (жалонерами) полков первой линии (Лейб-Гвардии Преображенского, Семеновского и Измайловского) с цветными значками на штыках ружей, выбежавшими вперед, была провешена линия церемониального марша.

Командующий парадом, Главнокомандующий войсками Гвардии и С. Петербургского военного округа, Великий Князь Владимир Александрович, скомандовал:

«К церемониальному маршу!» «Полками!» «На одного линейного дистанции!» «Равнение направо!» «Парад, направо!»

Все эти команды, одна за другой, повторялись командирами отдельных частей и батальонов.

Колонны повернулись направо, вздвоили ряды, взяли ружья «на плечо» и под грохот барабанов и звуки флейт двинулись в направлении к Михайловскому Саду.

Треск сотен барабанов, бивших по всей площади Марсова Поля, сливался в сплошной рокот. Оркестры полков первой линии выдвинулись вперед и сомкнулись к среднему, построив общую колонну напротив Царской палатки.

А на линии жалонеров уже выстраивались, одна за другой, развернутым строем заехавшие правым плечом обе сотни Собственного Его Величества Конвоя, имея каждая на своем правом фланге по Георгиевскому штандарту, а передняя — еще и министра Императорского Двора, генерал-адъютанта барона Фредерикса.

Перед серединою фронта Конвоя Его Величества построились в две шеренги чины штаба войск Гвардии, имея впереди своего Главнокомандующего и его начальника штаба.

Сотни Государева Конвоя при своем прохождении представляли очень красивую картину: впереди на сером коне — командир, за ним на серых же конях — трубачи с серебряными трубами и, наконец, на гнедых конях, сотни в алых черкесках с черными газырями и папахами, держа ружья в оригинальном приеме «на руку», с упертым в ногу выше колена прикладом и склоненным несколько вперед стволом на слегка согнутой в локте правой руке. Впереди взводов гарцовали офицеры с обнаженными кавказскими шашками, залитые серебром металлического прибора и галунов.

За Собственным Его Величества Конвоем следовал Гвардейский полевой жандармский эскадрон, форма одежды которого представляла полный контраст цветов и контуров сравнительно с Конвоем. Белого металла каски кирасирского образца, с серебряными на лбу Андреевскими звездами и, наверху, серебряными же литыми двуглавыми орлами с распущенными крыльями, в голубых однобортных мундирах с алыми погонами и выпушками, с серебряными пуговицами и двумя желтыми басонными петлицами на голубых воротниках и прямых кирасирских обшлагах и желтыми же аксельбантами на правом плече, в серо-синих шароварах с алой выпушкой, на голубых с двойной алой каймой вальтрапах с желтыми Царскими вензелями на задних углах. Весь эскадрон на серых, в яблоках, конях производил чрезвычайно красивое впечатление. Зритель положительно не мог отдать себе отчет, которая из двух только что прошедших частей красивее: настолько они были противоположны друг другу во всех отношениях.

За ними, четким размашистым шагом, печатая с носка и идеально равняясь, с подтянутыми кверху штыками, шел батальон Павловского военного училища, как и вся пехота — в маленьких, черной мерлушки, шапках, в черных, без выпушек, мундирах с алыми погонами, украшенных золотым галуном по воротнику,

погонам и обшлагам; мундиры подтянуты черными кожаными поясами с медной бляхой, шаровары того же черного цвета, что и мундиры, и в высоких сапогах. Эта мрачная форма несколько оживляется белыми басонными петлицами на воротнике и обшлагах мундиров.

Это рассадник специалистов шагистики и фронтовой службы, через который прошло громадное большинство офицеров Лейб-Гвардии Павловского полка.

На правом фланге Государевой роты Павловского военного училища следует Главный Начальник военно-учебных заведений, Великий Князь Константин Константинович, знавший поименно всех юнкеров, пажей и кадет полка военно-учебных заведений.

За Павловским военным училищем следовали прочие батальоны Сводного полка в батальонных резервных колоннах.

Оторвавшись от линейного с поднятым значком, батальоны шли под звук оркестра Павловского военного училища, игравшего марш «Взятие Парижа». Когда головной батальон подходил к Царской палатке, снова ударили барабаны и, исполнив положенное колено «похода», резко поворачивались налево и вдоль по фронту батальона отошли к своему оркестру музыки, а командир батальона, полковник Кареев, отсалютовав, снова взял шашку «под высь» и, подняв коня в галоп, сделал заезд по дуге, остановившись справа от Государя Императора.

Громко и весело звучало «Рады стараться, Ваше Императорское Величество!» юнкеров на Царское «Отлично, господа!».

Отчетливо прошли и прочие батальоны полка военно-учебных заведений, и особенный интерес публики привлек на себя сводный батальон строевых рот кадетских корпусов.

Далее следовал командир Гвардейского корпуса, генерал-адъютант генерал-лейтенант князь Васильчиков и за ним — чины штаба Гвардейского корпуса с начальником штаба, генерального штаба генерал-майором Рауш-фон-Траубенберг, во главе. (Все начальствующие лица показаны по «Краткому расписанию сухопутных войск» исправленному по 1 мая 1904 г. — С. Петербург, 1904).

За этой группой — начальник 1-ой Гвардейской пехотной дивизии, генерал-лейтенант барон Зальца, со своим штабом, тоже на конях.

За ним — в сомкнутых резервных порядках, держа ружья «на плечо», тяжелым шагом, от которого, казалось, земля дрожала, шли полки 1-й Гвардейской пехотной дивизии, каждый имея впереди своих штаб-офицеров и батальонных адъютантов, верхом, в одну шеренгу, и за ними развернутым строем в две шеренги — всех горно-флейтистов и барабанщиков, с полковым барабанщиком впереди.

За барабанщиками, верхом, командир полка в сопровождении полкового адъютанта, за которым полковое знамя с двумя ассистентами-офицерами по бокам и сам полк, имея в первой линии головные взводы рот Его Величества, 2-й, 5-й и 6-й с их ротными командирами впереди.

Вот Петровская бригада с ее характерными желтыми басонными обшивками на перевязях барабанов и рожков. Это старейшие полки Императорской Гвардии, преобразованные из потешных и потому считавшие свое старшинство с 23-го мая 1683 года; участники Азовского похода, двух Нарв и Полтавской и других битв Великой Северной Войны и войн 1737-39, 1742, 1788-90, 1805-07, 1812, 1813-14, 1828, 1831, 1877-78 годов. Оба с металлическими офицерскими знаками под воротником мундиров. Но, в общем, форма мрачная: черные барашковые шапки с Андреевской звездой и желтого металла знаком отличия, темно-зеленые (почти черные) мундиры без пуговиц на груди и без лацканов, с алыми погонами и обшлагами и с белой выпушкой по борту и по обшлагам, разнящиеся только цветом воротников с двойными желтыми басонными петлицами на них и тройными такими же на клапанах обшлагов; в темно-зеленых же шароварах с алой выпушкой и в высоких сапогах.

Оба полка бригады имеют Георгиевские знамена за Кульмское сражение.

Лейб-Гвардии Преображенский полк ведет Свиты Его Величества генерал-майор Озеров.

Знамя у Преображенцев темно-красное с Андреевскими лентами и воротники на мундирах — алого сукна.

Лейб-Гвардии Семеновским полком командует генерал-майор Лангоф. Знамя этого полка темно-синее с красной каймой и Андреевскими лентами, а воротники на мундирах — синие, с алой выпушкой.

2-ую бригаду 1-й Гвардейской пехотной дивизии ведет наш старый Павловец, генерал-майор Рудановский, бывший командир Лейб-Гвардии Финляндского полка.

Лейб-Гвардии Измайловский полк, сформированный при Императрице Анне Иоанновне в 1730 году, имевший Георгиевское знамя за Отечественную войну 1812 года, когда он особенно отличился в Бородинском бою, и знаки на шапки «За Горный Дубняк 12 Октября 1877 года», ведет генерал-майор Елитафон-Вольский, бывший флигель-адъютант Императора Александра 2-го, пожалованный этим званием за то, что был начальником Главного Караула Лейб-Гвардии Финляндского полка в день взрыва в Зимнем дворце в 1880 году, когда под развалинами караульного помещения погиб почти целиком весь его караул. У Измайловцев воротники мундиров мундирного же сукна с алым кантом. Полк этот комплектуется брюнетами и имеет некоторые роты с бородами.

Лейб-Гвардии Егерский полк тоже уже свыше ста лет служивший Российским Императорам, сформированный Императором Павлом 1-м в 1796 году и имевший Георгиевское знамя «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 года» и знаки на шапки «За Телиш 12 Октября 1877 года», ведет генерал-майор Сирелиус. Новенькое знамя этого полка, пожалованное в 1896 году, — зеленого шелка с красною каймою вокруг, отличается от знамен, жалованных Императором Александром 3-им тем, что имеет наверху древка не шар с крестом, а двуглавого орла на венке с Георгиевским крестом внутри, как было на наших старых знаменах. Оркестр этого полка тоже отличался от предыдущих тем, что он был без ударных и медных духовых инструментов, как у стрелков. Воротники и обшлага на мундирах этого полка были мундирного сукна, имея только клапаны обшлагов алые с белой выпушкой, сами же обшлага и воротники — с алой выпушкой.

За Лейб-Егерями следует начальник 2-й Гвардейской пехотной дивизии генерал-лейтенант Мешетич со своим штабом. 1-ую бригаду ведет генерал-майор Тыртов.

Лейб-Гвардии Московский полк, который 7-го ноября 1811 года был сформирован из батальона Лейб-Гвардии Преображенского полка под названием Лейб-Гвардии Литовского полка, получил свое боевое крещение в Отечественную войну и особо отличился вместе с Измайловцами, с которыми тогда составлял одну бригаду, в Бородинском бою, за что и был награжден Георгиевскими знаменами. Командует полком генерал-майор Пыхачев. Этот сравнительно молодой полк имел знаки отличия на шапках с надписью «За Араб-Конак 21 Ноября 1877 года». Шефом его был Великий Князь Алексей Александрович. Воротники на мундирах у Московцев были алые, как и кант по борту мундира, общий всем полкам нашей дивизии. Лейб-Гвардии Московский полк стоял почти за городом, на Выборгской стороне, на Самсониевском проспекте. Но в этом отношении полк знал и лучшие времена, когда до турецкой войны 1877-78 года стоял на набережной Фонтанки, в теперешних казармах местных войск (Проходящих казармах). Полк этот комплектовался людьми рыжими, и некоторые роты его носили бороды.

За Московцами идет Лейб-Гвардии Гренадерский полк, которым командует генерал-майор Рагозин. Полк этот был сформирован 30-го марта 1756 года Императрицей Елисаветою Петровною и с первых же лет своего существования принимал участие в Семилетней войне, где приобрел блестящую боевую репутацию под именем Первого Гренадерского полка. Через четыре года по своем сформировании он уже получает серебряные трубы с надписью: «За взятие гор. Берлина 28-го сентября 1760 года». С 1775 года он именовался «Лейб-Гренадерским» по 13-ое апреля 1813 года, когда одновременно с Павловцами зачисляется в состав Императорской Гвардии, получает свое настоящее наименование и Георгиевские знамена «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 г.» (как и у Павловцев). Знаки на шапках у полка, как и у Павловцев, с надписью: «За Горный Дубняк 12 Октября 1877 года». Андреевские ленты на знамена пожалованы полку в 1856 году. Воротники на мундирах у Лейб-Гвардии Гренадерского полка синие, с алой выпушкой. Полк комплектуется брюнетами, преимущественно из малороссийских губерний. Государева рота — с небольшими бородами.

Вторую бригаду дивизии ведет старый Пав ловец, генерал-майор Троцкий.

Монотонность черных барашковых шапок нарушена: идет Лейб-Гвардии Павловский полк в своих столетних гренадерских шапках, медные щиты которых, многие — простреленные, видели поля сражений у Чарнова, Насельска, Пултуска, Прейсиш-Эйлау, Линденау, Фридланда, Клястиц, Смоленска, Полоцка, Бородина, Тарутина, Малоярославца, Красного, Люцена, Бауцена, Дрездена, Кульма, Госсы, Лейпцига, Ларотьера и одинаково сияли в бою под Парижем и при вступлении союзных войск в столицу Франции, а позже и под стенами осажденной Варны и мятежной Варшавы. Теперь же, на Марсовом Поле, в день майского парада, так же сверкали эти много повидавшие на своем веку медные щиты перед глазами своего Державного Шефа и многочисленной публики.

Все взоры обращены на Павловцев:

У жалонера с поднятым значком раздается команда: «На руку!»; двумя толчками блещут в воздухе штыки и нависают перед шеренгами «на высоте воротника».

Оркестр полка, не меняя темпа, сменяет мелодию «Марша на взятие Парижа» густыми аккордами традиционного «полкового колонного марша» и, по команде командира полка, генерал-майора Щербачева: «Прямо! Равнение направо!», блистая гренадерками и штыками, полк устремляется вперед.

Картина красоты поразительной, запечатленная известными строками А. С. Пушкина:

«Люблю воинственную резвость
Потешных Марсовых Полей,
Пехотных ратей и коней
Однообразную красивость
В их стройно-зыблемом строю,
Лоскутья сих знамен победных,
Сиянье шапок этих медных,
Насквозь простреленных в бою…»

Видно и тогда уже, на фоне блестящих форм того времени, Лейб-Гвардии Павловский полк выделялся среди прочих частей Гвардии!

Теперь, как и тогда, Павловский полк комплектовался «курносыми» новобранцами.

За Павловцами следуют их «кумовья» — однобригадники, Финляндцы, под командой генерал-майора Самгина.

Лейб-Гвардии Финляндский полк был сформирован при Императоре Александре 1-м в 1806 году и имеет Георгиевские знамена за Отечественную войну 1812 года и знаки отличия на шапках «За Горный Дубняк 12 Октября 1877 года». Как только прошли Павловцы, оркестр из одних медных инструментов, без барабанов, Лейб-Гвардии Финляндского полка снова заиграл «марш на взятие Парижа». Финляндцы, как и все прочие полки, проходили держа ружья «на плечо». Воротники их мундиров, как и у Павловцев, мундирного сукна, но у них еще того же цвета и обшлага с алыми кантами и алыми клапанами на обшлагах.

За Финляндцами, Гвардейскую стрелковую бригаду ведет генерал-майор Кашерининов.

Гвардейские стрелки проходят своим учащенным «стрелковым» шагом, производя впечатление необычайной легкости. Стрелковые части не имели ни барабанов, ни флейт, присвоенных полкам Гвардейской пехоты, а вместо них они имели разнотонные металлические рожки с клапанами, которые носили на малиновых шнурах с кистями, как кавалерийские трубы. Оркестры стрелков тоже не имели ни барабанов, ни деревянных духовых инструментов. Форма одежды стрелков отличалась малиновым приборным сукном, из которого у них были погоны, клапаны на обшлагах и выпушки по воротнику мундирного сукна, обшлагам, борту мундира и на шароварах. Шапки были черного барашка, но чуть ниже, чем в пехоте.

После громоздких колонн полков Гвардейской пехоты эти отдельные стрелковые батальоны казались маленькими.

Лейб-Гвардии 1-й стрелковый Его Величества батальон, с золотым прибором, ведет генерал-майор князь Трубецкой. Конные офицеры этого батальона сидят на серых, в яблоках, конях.

За ним идет Лейб-Гвардии 2-й стрелковый батальон, Шефом которого был Великий Князь Сергей Александрович, а ведет его командир его, генерал-майор Кутепов. Форма одежды такая же, как и в предыдущем батальоне, но отличается серебряным металлическим прибором и формой шитья на офицерских мундирах. Конные офицеры 2-го батальона сидят на гнедых конях.

Это два близнеца: оба батальона были сформированы 27-го марта 1856 года. 1-й из рот Лейб-Гвардии Преображенского, Семеновского, Измайловского и Егерского, а 2-й из рот Лейб-Гвардии Московского, Гренадерского, Павловского и Финляндского полков, и оба они при самом своем сформировании получили Георгиевские знамена, при боевом их крещении в турецкую войну 1877-78 годов вполне ими заслуженные, как и знаки отличия на шапки за бои этой же кампании.

Далее идет Лейб-Гвардии 4-й стрелковый Императорской Фамилии батальон под командой генерал-майора барона Фитингоф. Этот батальон был сформирован Императором Николаем 1-ым из удельных крестьян в 1854 году, в тяжелые минуты Восточной войны. Батальон получил свое Георгиевское знамя за отличие в турецкую войну 1877-78 гг. Форма одежды этого батальона отличалась особым покроем мундиров и формой шапок, напоминавших польские конфедератки, имевших спереди ополченские кресты. Конные офицеры сидели на буланых конях.

Все эти три батальона стояли обычно в городе Царское Село и приходили в С. Петербург только на майские парады, причем Лейб-Гвардии 1-й стрелковый Его Величества батальон располагался в казармах Лейб-Гвардии Павловского полка, и офицеры его неизменно пользовались радушным приемом Павловцев в их офицерском собрании. Этой же бригады Лейб-Гвардии 3-й стрелковый Финский батальон, которым командовал полковник Мексмонтан и который стоял в городе Гельсингфорсе, на майские парады не прибывал.

Прохождение Гвардейской стрелковой бригады заканчивает Лейб-Гвардии стрелковый полк, который ведет командующий полком, полковник Бакулин, недавно назначенный и не произведенный еще в генералы. Это уже старый полк, сформированный Императором Павлом 1-ым в 1799 году. За свою долгую службу полк этот неоднократно менял свое название, как-то: Гвардейский гарнизонный батальон, Кадровый батальон Лейб-Гвардии Резервного полка, Лейб-Гвардии Резервный полк и только три года тому назад получил свое настоящее наименование и был включен в Гвардейскую стрелковую бригаду. Его Георгиевское знамя с Андреевскими лентами имеет оригинальную надпись: «В воспоминание подвигов Российской Гвардии 1812 года». Форма одежды этого полка отличается от формы стрелковых батальонов тем, что воротники и обшлага мундиров из малинового сукна. Конные офицеры — на рыжих конях. Полк этот — двух батальонного состава и стоит в С. Петербурге по-батальонно, на Вознесенском проспекте и в Петропавловской крепости.

За стрелками идет Лейб-Гвардии Саперный батальон, имеющий Георгиевское знамя. Воротники и обшлага мундиров у него черного бархата с алыми кантами, погонами и клапанами обшлагов; за спинами у нижних чинов на черных поясных ремнях висят большие лопаты, длинные рукоятки которых из лакированного дерева поднимаются почти до уровня шапок. Здесь опять — полный оркестр, с барабанами и деревянными инструментами. Ведет его генерал-майор Ивков, на рыжем коне.

Далее, контр-адмирал Нилов ведет Гвардейский экипаж. Очень старая часть, с Георгиевским знаменем. Серебряные рожки у горнистов висят на Георгиевских лентах. Бескозырки черного сукна с белыми выпушками и Георгиевскими ленточками по околышу, падающими сзади на спину двумя свободными концами, развевающимися на ветру. Черные двубортные бушлаты с отложными воротниками и алыми погонами застегнуты на медные пуговицы; шаровары без выпушки и высокие сапоги. Люди в головных ротах колоссального роста. Часть эта только в зимние месяца состояла в прикомандировании к Гвардейскому корпусу, а после майского парада поступала в распоряжение Морского Ведомства для плавания и обслуживала Императорские яхты и некоторые суда Балтийского флота.

Далее идут колонны в пешем строю юнкеров артиллерийских училищ и Гвардейских артиллерийских бригад с обнаженными шашками. Мундиры на них с черными бархатными воротниками и обшлагами с алыми выпушками и погонами.

За ними следовали армейские части в еще более сумрачных, чем в Гвардии, формах и батальоны флотских экипажей в синих голландках с голубыми матросскими воротниками и в черных бескозырках с белыми выпушками и черными же ленточками по околышам и в черных шароварах. Моряки имеют вместо знамен — знаменные флаги белого цвета с косыми голубыми Андреевскими крестами на них.

Далее, гремя колесами орудий и передков, идут по-батарейно, в развернутом строю, батареи Михайловского и Константиновского артиллерийских училищ. Первые батареи обоих училищ — на вороных, а вторые — на гнедых конях.

За училищами, в том же строю, громыхая запряжками, идут батареи Гвардейской артиллерии на вороных, гнедых и рыжих конях.

Лейб-Гвардии 1-ую артиллерийскую бригаду ведет герцог Георг-Михаил Георгиевич Мекленбург-Стрелицкий, Лейб-Гвардии 2-ую артиллерийскую бригаду генерал-майор Нищенков и Гвардейский стрелковый артиллерийский дивизион — полковник Ляхович.

За Гвардейскими следовали учебные и полевые батареи.

Во время прохождения вышеперечисленных частей, когда Государь Император благодарил каждую прошедшую часть, и в ответ Ему неслось: «Рады стараться, Ваше Императорское Величество!», полки Гвардейской конницы разными улицами стягивались к Садовой улице и, спешившись, ожидали своей очереди. Ожидание было для них томительно и скучно, так как не мало нужно было времени, чтобы очистить Марсово Поле от всей массы собранных на нем войск.

Но вот, последние батареи уже выстроили фронт и начали продвигаться по линии жалонеров.

Голова колонны конницы между Инженерным Замком и Михайловским Садом зашевелилась. Раздались команды: «По коням!» — «Садись!» И масса конницы стала дебушировать из Садовой улицы через мост на Марсово поле, выстраивая эскадроны влево, развернутым фронтом, по мере очищения места сзади продвигавшихся вперед батарей.

Конницу ведет Августейший Генерал-Инспектор кавалерии, генерал-адъютант Великий Князь Николай Николаевич.

Соединенный хор трубачей 1-й Гвардейской кавалерийской дивизии уже занял свое место против Царской палатки, блистая медью касок и серебром труб.

От Царской палатки звенит труба Государева Лейб-трубача, подавая сигнал: «Шагом!»; соединенный хор трубачей кирасирских полков и их литаврщики повторяют сигнал, и по всему полю бархатным рокотом разносятся звуки «Гвардейского похода».

Прохождение кавалерии открывает эскадрон Николаевского кавалерийского училища. По знаку эскадронного командира, эскадрон, как один человек, выжимает своих разномастных лошадей, начиная с рыжих в первом взводе, потом гнедых, караковых и кончая вороными в четвертом взводе, и мягко подается вперед.

Юнкера одеты в армейские драгунские шапки черной мерлушки с алыми суконными верхами и с серебряными Андреевскими звездами, в черные мундиры с двумя рядами медных пуговиц и алыми петлицами на воротниках, погонами и обшлагами, обшитыми золотым галуном, в серо-синие рейтузы с алой выпушкой и высокие сапоги; вальтрапы черного сукна с закругленными углами и двойной алой каймой имели на задних углах желтые Царские вензеля. Офицеры — в формах своих полков.

Не доходя до Царской палатки, командир эскадрона салютует шашкой, и эскадрон, повернув головы, равняясь, как по ниточке, проходит перед Государем Императором.

«Хорошо, господа!» благодарит Государь Император.

«Рады стараться, Ваше Императорское Величество!» отчетливо отвечает эскадрон и, миновав трибуну, тотчас же на резвых аллюрах перестраивается во взводную колонну и у дворца Принца Ольденбургского заезжает правым плечом вперед. Обойдя по краю все Марсово Поле, эскадрон останавливается во взводной колонне, лицом к Летнему Саду и правым флангом — к Михайловскому Саду.

За эскадроном в том же порядке проходит казачья сотня того же училища. Здесь каждый юнкер одет в форму того казачьего войска, к которому он принадлежит; смешение цветов мундиров, черкесок, лампас, погон и верхов на папахах полное. Лошади в строю не подобраны по мастям. Но сотня идет, равняясь не хуже, если не лучше эскадрона.

За Николаевским кавалерийским училищем следует начальник 1-й Гвардейской кавалерийской дивизии генерал-лейтенант князь Одоевский-Маслов с чинами штаба и командир 1-й бригады дивизии, генерал-майор Безобразов.

Под красивый марш из «Dame Blanche» идет Кавалергардский Ее Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны полк. Кавалергардов ведет командующий полком полковник князь Юсупов граф Сумароков-Эльстон.

Сверкая золотом кирас и касок с серебряными орлами, в белых колетах с алыми воротниками, погонами и обшлагами, в серо-синих шароварах с алой выпушкой, с лесом алых пик с бело-алыми флюгерами, верхом на рослых гнедых лошадях, убранных алым вальтрапом с желтым (у офицеров — серебряным) с голубым просветом галуном и четырьмя Андреевскими звездами в углах, полк производит яркое, величественное незабываемое впечатление.

Каска с Андреевской звездой схвачена под подбородком металлической чешуей… Широкий орел, распластав когтистые лапы и вздев к небу два горбатых клюва, точно плывет по воздуху на своих серебряных крыльях… Солнечные лучи ударяют в каски и кирасы и отражаются ослепительными огнями… Точно гигантские свечи горит сталь обнаженных палашей…

Полк проходит по-эскадронно, развернутым строем, на эскадронной дистанции один за другим, имея перед взводами офицеров. Полк укомплектован крупными блондинами.

Сочетание цветов — белого и алого — с серебром производит впечатление особого изящества и благородства. Это — прославленный в русской истории, старый, доблестный полк, тот самый полк, в котором после его знаменитой Аустерлицкой атаки, вызвавшей восхищение самого Наполеона, осталось в строю всего семнадцать человек.

Он был сформирован Императором Павлом Петровичем 11-го января 1799 года и на правом фланге 3-го эскадрона имеет свой Георгиевский штандарт в виде церковной хоругви с надписью: «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 года» вокруг иконы Святых Захария и Елисаветы и с Андреевскими юбилейными лентами. Кроме того, полк имеет 15 серебряных труб с надписью: «Кавалергардского полка», пожалованных за отличия в кампанию 1813-14 годов, в особенности за сражение под Фершампенуазом, и серебряные литавры, принадлежавшие Кавалергардии в 1724 году, пожалованные полку при рескрипте Августейшего Шефа полка, Государыни Императрицы Александры Феодоровны, в 1849 году.

Как и все полки этой дивизии, полк имеет четыре эскадрона.

За Кавалергардами, в том же порядке проходит Лейб-Гвардии Конный полк. Командует полком генерал-майор Гернгрос. Полк этот, сформированный в 1730 году, сидит на вороных лошадях, крупных, могучих; по традиции, только под полковым адъютантом и трубачами — кони серые. Полк весь в золоте, на темно-синих вальтрапах с четырьмя Гвардейскими звездами и золотым с алым просветом галуном вокруг. В белых колетах с алым приборным сукном, с синими пиками с сине-бело-оранжевыми флюгерами на них.

Конная Гвардия производит еще более величественное и грозное впечатление. Это — один из самых блестящих полков Гвардейской конницы, всегда отличавшийся на всем протяжении своей, почти двухвековой истории, своею верностью Престолу и сыгравший 14-го декабря 1825 года своею конною атакою на Сенатской площади в С. Петербурге видную роль в усмирении бунта декабристов. Еще недавно им командовал Великий Князь Павел Александрович.

На правом фланге 3-го эскадрона проходит мимо Державного Шефа полка Георгиевский штандарт в виде хоругви с Андреевскими юбилейными лентами и побуревшим от времени полотнищем с двуглавым орлом, пожалованный за Отечественную войну 1812 года.

Полк комплектуется красивыми брюнетами крупного роста.

Громко бряцают тяжелые палаши, стремена и мундштуки.

За Конной Гвардией генерал-майор Дембский ведет вторую бригаду дивизии.

Впереди Лейб-Гвардии Кирасирского Его Величества полка командующий полком, полковник Раух, приведший свой полк на майский парад из Царского Села. Государевы кирасиры представляют сочетание белого с желтым и с серебром. Это тоже роскошное зрелище.

Полк сидит на крупных караковых конях, убранных желтыми вальтрапами с четырьмя Андреевскими звездами по углам и с серебряным с голубым просветом галуном; люди имеют в руках желтые пики с желто-бело-голубыми флюгерами.

21-го июня 1902 года этот полк отпраздновал свой двухсотлетний юбилей. Это славный, старый, Петра Великого, Ярославский драгунский полк, участник Великой Северной войны и сражений под Калишем в 1706 году, где он получил первую боевую награду, под Полтавой, где взял шведский штандарт и провел в тогдашних походах почти 20 лет. В 1731 году полк был переформирован в кирасирский; в 1742 году шефом полка назначен малолетний Наследник, Великий Князь Петр Феодорович; полк участвовал в Семилетней войне; в 1761 году полк именуется Лейб-Кирасирским Его Императорского Величества; с 4 июля 1763 года Шеф полка — Цесаревич Павел Петрович; в 1770 году полк участвовал в турецкой войне; в Наполеоновских войнах особо отличился под Пултуском и Бородином, за что и получил права и преимущества Молодой Гвардии 13 апреля 1813 года. За заграничный поход полк получил 22 Георгиевских трубы с надписью: «Л. Гв. Кирасирскому за отличные подвиги, оказанные в достопамятную кампанию, благополучно оконченную в 1814 г.». В 1831 году полк участвует в усмирении польского мятежа и в том же году сливается с Лейб-Гвардии Подольским кирасирским и, получив права и преимущества Старой Гвардии, наименовывается Лейб-Гвардии Кирасирским Его Величества полком. Кроме того, полк имеет и серебряные литавры с вензелем Польского короля Станислава-Августа, отбитые в 1784 году.

На правом фланге 3-го эскадрона — новенький, желтый с серебром, Георгиевский штандарт в виде хоругви с иконой Спаса Нерукотворного и с Андреевскими юбилейными лентами.

Полк комплектуется рыжими людьми и проходит под звучный марш полка с оригинальными басовыми эффектами, который предание приписывает Императору Николаю Павловичу.

Далее, генерал-майор Дерфельден ведет Лейб-Гвардии Кирасирский Ее Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны полк.

Полк сидит на золотисто-рыжих конях, убранных голубыми вальтрапами с золотым с голубым же просветом галуном и четырьмя Андреевскими звездами по углам; в белых колетах с голубым приборным сукном, в медных кирасах и касках с золотыми орлами, с голубыми пиками с желто-голубыми флюгерами. Сочетание цветов нежное, мягкое, ласкающее глаз.

Полк укомплектован брюнетами и темными шатенами.

Это тоже старый петровский полк, сформированный в 1704 году под названием «драгунского Портеса полка». Участник боев под Лесной, Полтавой, Берлином, Бородиным, Лейпцигом, Фершампенуазом, Парижем и других.

По какой-то странной игре судьбы штандарт обычного образца, проходящий на фланге 3-го эскадрона, не украшен орденом Св. Великомученика и Победоносца Георгия.

Далее, генерал-майор Ширма ведет 3-ю бригаду дивизии.

Лейб-Гвардии Казачий Его Величества полк ведет генерал-майор Бернов. Следуя непосредственно за кирасирами, казаки производят впечатление чрезвычайной легкости. Не связанные мундштуками, сухие и легкие казачьи лошади пробегают мелкой рысью. Сами казаки, брюнеты и шатены с окладистыми бородами, одеты в черные папахи с алым верхом и Андреевской звездой, с выбивающимся из под папахи чубом, в алые мундиры с двойными желтыми басонными петлицами на воротниках и обшлагах, в широкие темно-синие шаровары без лампас и высокие сапоги. За спинами винтовки, надетые через правое плечо. Лошади темных мастей убраны алыми чапраками с белой басонной обшивкой по краям и по углам. Алые пики без флюгеров они держат «на бедро».

Полк этот ведет свое начало с 1775 года, когда была сформирована Придворная команда, послужившая основанием к формированию в 1796 году Императором Павлом 1-м Лейб-Казачьего полка. В 1799 году полк принимал участие в Голландской экспедиции и во всех главнейших войнах девятнадцатого века. Их алые пики хорошо знакомы и шведам, и французам, и полякам, и туркам, а четырехлетнее пребывание их в составе оккупационной армии во Франции с 1814 по 1818 г. сделало их там в высшей степени популярными.

Георгиевский штандарт, 22 серебряные трубы и знаки отличия на папахах были наградой полку за подвиги на полях сражений.

За Лейб-Казаками идут Атаманцы, которых ведет генерал-майор барон фон-Неттельгорст.

Лейб-Гвардии Атаманский Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича полк одет совершенно так же, как и Лейб-Казаки, но все то, что у Лейб-Казаков алое, у Атаманцев — голубое, как синька, начиная с верха папахи, до чапрака и пики, и такие же, как у Лейб-Казаков, желтые шнуры на плечах вместо погон. Сами Атаманцы — блондины и сидят на таких же, как у Лейб-Казаков, лошадях задонских степей, но преимущественно светлых мастей. Опять зритель смотрит на эти два полка, такие похожие один на другого и в то же время такие противоположные по сочетанию цветов, и не знает, который из них красивее.

За боевые подвиги этот полк, тоже сформированный в 1775 году, имеет Георгиевский штандарт с надписью: «За отличие, оказанное в войне с французами в 1812, 1813 и 1814 годах», знаки на головные уборы с надписью: «За Варшаву 25 и 26 августа 1831 года», права и преимущества Молодой Гвардии и таковые же Старой Гвардии.

Оба Гвардейские казачьи полка — Донского казачьего войска и имеют по четыре сотни в каждом.

За ними следует Лейб-Гвардии Уральская Его Величества сотня, которую ведет полковник Жигалин. Эта Сотня одета тоже, как и предыдущие два полка, но все, кроме темно-синих шаровар, у нее темно-малиновое, а папахи — из длинношерстного черного барана. Кони — темных мастей, мельче и кряжистее, чем у Донцов, а потому сидящие на них Уральцы, все — темные бородачи, кажутся еще крупнее и шире. Сотня эта уже тоже отпраздновала в 1899 году свой столетний юбилей и штандарт ее украшен Андреевскими лентами. Ходят слухи, что в недалеком будущем она будет составлять часть нового Лейб-Гвардии Сводно-Казачьего полка, в который войдут части всех степных казачьих войск (Оренбургского, Сибирского, Астраханского, Семиреченского, Забайкальского, Амурского и Уссурийского). Пока же Уральская сотня особо гордится своим исключительным положением, происхождением по прямой линии от Запорожских казаков и завидной стоянкой в самом центре столицы, у Михайловского манежа. Казаки в ней степенные, принимая во внимание то, что Уральское казачье войско еще и по сей день сохранило пятнадцатилетний срок службы под знаменами.

За казаками следует 2-я Гвардейская кавалерийская дивизия, которой командует генерал-адъютант генерал-лейтенант Скалон, возглавляющий ее сейчас в сопровождении чинов своего штаба.

1-ю бригаду дивизии ведет Свиты Его Величества генерал-майор Великий Князь Димитрий Константинович, поражающий зрителя своей непомерно длинной и сухою фигурой.

Церемониальный марш этой дивизии открывает Лейб-Гвардии Конно-Гренадерский полк, который ведет генерал-майор барон Будберг.

Полк сидит на вороных конях, убранных темно-зелеными вальтрапами с закругленными углами с двойной алой каймой по краю и с желтыми Царскими вензелями на задних углах. Бросаются в глаза их оригинальные черные, лакированной кожи каски с черным же щетинистым гребнем поперек, медным орлом впереди с Андреевской звездой на груди и длинным алым шлыком сзади, спадающим до середины спины и обшитым посередине и по краям желтой тесмой и оканчивающимся большою желтою же гарусною кистью.

Мундиры у Конно-Гренадер темно-зеленого сукна, лацканного покроя, с алыми воротниками, обшлагами, лацканами и выпушками; на воротниках — двойные и на обшлагах, углом, — одиночные желтые басонные петлицы. На плечах — медные чешучатые эполеты с густой и длинной алой бахромой. Опоясаны они алым поясом с черной полосой посередине. Лацкан мундира перетянут белыми ремнями винтовки и шашечной портупеи. Шаровары — серо-синего сукна с алою выпушкою.

Полк этот был сформирован в 1803 году и до 1831 года именовался Лейб-Гвардии Драгунским и за боевые отличия получил Георгиевский штандарт за Отечественную войну, Георгиевские трубы за заграничный поход 1813-14 гг., наименование «Лейб-Гвардии Конно-Гренадерский полк» — за усмирение польского мятежа 1831 года и знаки на головные уборы — за кампанию 1877-78 гг. (за Врацу).

На майский парад полк пришел из Старого Петергофа. Еще недавно полком командовал Великий Князь Дмитрий Константинович.

Как и все полки этой дивизии, Лейб-Гвардии Конно-Гренадерский полк имеет шесть эскадронов и штандарт проходит на правом фланге 4-го эскадрона. Теперь Шеф полка — Великий Князь Михаил Николаевич.

За Конно-Гренадерами, флигель-адъютант полковник Орлов ведет Лейб-Гвардии Уланский Ее Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны полк.

Лейб-Уланы сидят на рыжих конях, под синим вальтрапом с закругленными углами, обшитым двойною алою каймою по краям и желтым Царским вензелем на задних углах. Одеты уланы в синие мундиры лацканного покроя с алыми воротниками, лацканами, обшлагами и выпушками не только по борту и карманам, но и по швам спины, по задним швам рукавов и по низу фалд мундира; вместо погон у них на плечах мундиров медные чешуйчатые «чашки», а на левой стороне груди кисти желтого гарусного этикета, который надет на шею и падает сзади на спину свободной петлей и пристегнут к шапке. Уланские шапки — черной лакированной кожи с квадратным днищем, подбитым алым сукном, расшитым желтым басоном, имеют медный металлический прибор и украшены при парадной форме длинным, свободно-падающим белым султаном, колышащемся при малейшем движении воздуха. В руках у людей белые бамбуковые пики с полосатыми, бело-алыми флюгерами. Уланы проходят галопом, гремя металлическими ножнами своих сабель и производят впечатление легкости и изящества. Металлический прибор полка — золотой.

Уланы Ее Величества пришли на парад из Нового Петергофа, где ими еще недавно командовал Принц Луи-Наполеон Бонапарт.

Полк этот был сформирован в 1803 году под именем Одесского гусарского полка; он имеет Георгиевский штандарт за Отечественную войну, Георгиевские трубы — за кампанию 18131814 гг. и знаки на шапки за турецкую войну 1877-78 гг. (За Телиш и Балканы).

2-ую бригаду 2-ой Гвардейской кавалерийской дивизии ведет Свиты Его Величества генерал-майор Преженцов.

Во главе Лейб-Гвардии Драгунского полка проходит его командир, генерал-майор герцог Георг-Александр-Михаил Георгиевич Мекленбург-Стрелицкий, а на правом фланге эскадрона Его Высочества — Шеф полка, Великий Князь Владимир Александрович.

Гвардейские драгуны сидят на гнедых лошадях, убранных темно-зелеными вальтрапами с закругленными углами, с двойной алой каймой и Царским вензелем; одет полк в темно-зеленые мундиры лацканного покроя с серебряными пуговицами и алыми воротниками, лацканами и обшлагами, с чешуйчатыми «чашками» белого металла без бахромы, и в серо-синие рейтузы с алым кантом. На головах — высокие кивера мундирного сукна с черным лакированным днищем и козырьком, над которым, на лбу, серебряный распластанный орел с Андреевской звездой на груди; кивер убран белыми гарусными кутасами и этишкетным шнуром и высоким, прямым белым султаном. Общее впечатление киверов времен Отечественной войны…

Полк этот был сформирован 3 апреля 1814 года в городе Версале, под Парижем, по повелению Императора Александра Благословенного из кавалеров Знака отличия Военного ордена, собранных из кавалерийских полков, под названием Конно-Егерского полка, коему 30 апреля того же года были даны права Молодой Гвардии:

«Да не забудет полк о том,
Что он для русского народа
Великой страды боевой
Войны двенадцатого года
Навеки памятник живой!»

В 1831 году полк наименован Лейб-Гвардии Драгунским полком. За турецкую войну 1877-78 гг. полк имеет Георгиевский штандарт.

Заканчивает прохождение Гвардейской кавалерии Лейб-Гвардии Гусарский Его Величества полк со своим недавно назначенным командующим полком, флигель-адъютантом полковником князем Енгалычевым во главе.

В алых доломанах с желтыми шнурами, в синих чакчирах с желтою же тесьмой, в белых, отороченных мехом ментиках с желтыми шнурами, одетых «наопашь», в пышных медвежьих шапках с длинными белыми султанами и алыми суконными языками, расшитыми желтой тесьмой, падающими на сторону; на серых, в яблоках, конях, очень темных в головном эскадроне и делающихся все светлее и светлее с каждым эскадроном, доходя до белых в 6-ом эскадроне, под синим с алым зубчатым бортом, расшитым желтыми шнурами и с Царским вензелем чапраком с длинными, острыми задними углами, они, пожалуй, представляют собой самое эффектное зрелище.

Георгиевский штандарт с Андреевскими лентами «За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределом России в 1812 году» проходит на правом фланге 4-го эскадрона.

В строю полка проходят Великий Князь Борис Владимирович и Сиамский принц Чакробон.

Лейб-Гвардии Гусарский полк ведет свою историю с 1775 года, когда был сформирован при Высочайшем Дворе Лейб-Гусарский эскадрон развернутый в полк при Императоре Павле Петровиче.

Кроме Георгиевского штандарта, полк имеет Георгиевские трубы за заграничный поход 1813-14 гг. и за Варшаву 1831 года и также знаки на шапки за Ташкисен.

Полк стоит в Царском Селе и царствующий Император, будучи Наследником Престола, командовал в нем эскадроном; служили в нем и Великие Князья Павел Александрович и Николай Николаевич; последний и командовал им.

Полк проходит карьером, как и все остальные, по-эскадронно, развернутым фронтом, на эскадронных дистанциях, сверкая своими кривыми саблями.

Стоящий против Царской палатки соединенный хор трубачей 2-й Гвардейской кавалерийской дивизии сидит весь на серых конях и при форме своих полков имеет красные султаны и алые наплечники, расшитые желтой басонной тесьмой.

Все полки конницы проходят под звуки своих полковых маршей.

За Лейб-Гусарами следует эскадрон постоянного состава Офицерской кавалерийской школы в скромных темно-зеленых армейских драгунских мундирах с двумя рядами медных пуговиц, с алыми петлицами на воротниках, выпушками и погонами, обшитыми желтой тесьмой в серо-синих шароварах и армейских драгунских шапках черной мерлушки с алыми верхами. Кони в эскадроне — рыжие, и седловка их — без вальтрапов.

На правом фланге эскадрона проходит начальник Офицерской кавалерийской школы генерал-майор Брусилов.

В заключение проходит Гвардейская конноартиллерийская бригада.

Люди одеты в темно-зеленые мундиры без пуговиц с черными бархатными воротниками и обшлагами с алыми выпушками и погонами, в серо-синие шаровары с алой выпушкой и драгунские барашковые шапки с мундирного сукна верхами; револьверные шнуры алые. Кони убраны мундирного сукна вальтрапами с закругленными углами с двойною черною бархатною, с алыми выпушками, каймою и Царскими вензелями.

Бригада проходит по-батарейно, развернутым строем, по 6 орудий в каждой батарее, и прислуга следует за орудиями.

Каждая батарея — на конях особой масти: Лейб-Гвардии 1-ая Его Величества батарея — на рыжих; 2-я Е. И. В. генерала-фельдцейхмейстера Великого Князя Михаила Николаевича — на вороных (Лейб-Гвардии 3-я Е. И. В. Великого Князя Георгия Михайловича батарея — в Варшаве, при Отдельной Гвардейской кавалерийской бригаде, полки Лейб-Гвардии Уланский Его Величества и Лейб-Гвардии Гродненский гусарский); Лейб-Гвардии 4-я — на гнедых: Лейб-Гвардии 5-я — на караковых и Лейб-Гвардии 6-я Донская Его Величества батарея — на светло-гнедых. Эта последняя — в казачьих папахах с алым верхом, казачьего покроя мундирах и шароварах темно-зеленого сукна; погоны, кушаки, револьверные шнуры и обшивка на темно-зеленых казачьих чапраках — алые.

Последнею проходит конная батарея Офицерской артиллерийской школы в форме полевых конных батарей, на гнедых конях.

Когда прошла последняя батарея, и ветер отнес поднятую ею пыль, перед глазами зрителей, на фоне Павловских казарм и соседних с ними домов, в глубине Марсова Поля стояла вся Гвардейская кавалерия, построенная фронтом к трибунам.

Майский парад заканчивался кавалерийской атакой.

Генерал-Инспектор кавалерии Великий Князь Николай Николаевич, в генерал-адъютантской форме, сидя на огромном чалом коне, стоит посреди Марсова Поля.

Великий Князь подымает шашку… Звенит труба

Шашка резким движением опускается, — и свыше шести тысяч коней бросаются с места в атаку…

Дрожит земля. Клубится пыль. Во все стороны летят комья земли. Бряцают оружие и стремена.

Звенит сигнал: «Стой, равняйся, стой!»

И, когда поднятая пыль расходится, перед Государем Императором, совсем близко от трибун, неподвижно стоят полки. И только ржут разгоряченные кони…

Государь Император благодарит и гремит ответ.

Государыни Императрицы выходят из палатки, садятся в коляску и в сопровождении Государя Императора и Свиты, направляются к дворцу Принца Александра Петровича Ольденбургского на традиционный в день майского парада завтрак.

А. В. Потоцкий
(Из материалов для истории
Лейб-Гвардии Павловского полка)


© ВОЕННАЯ БЫЛЬ


Голосовать
ЕдиницаДвойкаТройкаЧетверкаПятерка (Не оценивали)
Loading ... Loading ...




Похожие статьи:

Добавить отзыв