Статьи из парижского журнала "Военная Быль" (1952-1974). Издавался Обще-Кадетским Объединением под редакцией А.А. Геринга
Tuesday May 17th 2022

Номера журнала

Оренбургское казачье училище. – Полк. Елисеев



В середине 19-го столетия в городе Орен­бурге были учреждены Офицерские Курсы, которые 20-го декабря 1868 года преобразова­ны в Оренбургское окружное юнкерское учили­ще.

Первоначально училище имело два отделе­ния: пехотное — роту и казачье — сотню. Штат училища был рассчитан на 200 юнкеров с двух­годичным курсом обучения, по окончании ко­торого юнкера выпускались — в пехоту под­прапорщиками, а в казачьи войска — подхо­рунжими. В первый же офицерский чин они производились по прослужении в строю изве­стного срока, по общему Государственному за­кону, как и в других Окружных юнкерских училищах. В нем проходили курс учения толь­ко молодые люди Оренбургского, Сибирского, Уральского и Астраханского казачьих войск.

После открытия в Казани также Окружно­го юнкерского училища, пехотное отделение в Оренбурге было закрыто и с тех пор оно стало чисто казачьим юнкерским училищем.

В 1898 году было закрыто Ставропольское казачье юнкерское училище на Кавказе, и мо­лодежь Кубанского и Терского казачьих войск командировалась в Оренбург.

В 1901 году было закрыто казачье отделе­ние (один конный взвод) при Иркутском юн­керском училище, и молодые казаки Забай­кальского, Иркутского, Енисейского, Амурско­го и Уссурийского казачьих войск командиро­вались также в Оренбургское казачье юнкер­ское училище. Донское Войско имело тогда уже свое Новочеркасское казачье юнкерское учили­ще.

В 1901-1902 учебном году, как и во всех юнкерских училищах, в Оренбургском был вве­ден трех-годичный курс программы, один об­щий класс для молодых людей, имеющих обра­зование 4-х и 6-ти классов гимназий, реальных училищ и кадетских корпусов, и два специаль­ных.. В общий класс был конкурсный экзамен, а в 1-ый специальный могли поступить без эк­замена молодые люди с законченным средним образованием.

С 1904 года юнкера из училищ стали выпу­скаться в полки сразу же первым офицерским чином. У казаков — чином хорунжего.

Таким образом, ходом Государственных со­бытий, Оренбургское казачье юнкерское учи­лище стало «Обще-казачьим». В нем были представлены все Войска, кроме Донского. В строю сотня юнкеров блистала всеми цветами нарядной радуги лампас, фуражек, черкесок и папах: каждый юнкер носил форму одежды своего Войска и справлял ее на собственный счет.

В 1902 году Начальником училища был на­значен Донской казак Генерального штаба пол­ковник М. И.Михее в. В это же время Началь­ником Новочеркасского юнкерского училища был Генерального штаба полковник А. М. Ка­ледин, впоследствии, после революции 1917 го­да, знаменитый Донской Войсковой Атаман.

В 1903 году, совместным ходатайством двух этих Начальников училищ, обмундирование в этих училищах было принято на счет Войска, по принадлежности юнкера. Это касалось, ко­нечно, только Оренбургского училища, в кото­ром находились юнкера разных войск и разно­го числа вакансий. При этом в Оренбургском юнкерском училище была установлена однооб­разная форма одежды для всех юнкеров, по образцу Оренбургского казачьего Войска: чер­ный двубортный, длинный до колен мундир, черные широкие шаровары с синим лампасом, фуражка с черной тульей, синим околышем и синим кантом «по полю» и косматая черная па­паха с синим верхом, обшитым, как у урядни­ков, тесьмой «накрест», но белой. Воротник мундира и обшлага были красиво обшиты ши­роким серебряным галуном (басоном). Но в от­личие от общей формы Оренбургских казаков были введены алые погоны (красные), по краям обшитые узким галуном, как во всех военных и юнкерских училищах.

В этом же 1903 году училищу Высочайше бы­ло пожаловано знамя. Церемонию передачи знамени производил Наказный Атаман Орен­бургского Войска генерал-лейтенант Я. Ф. Барабаш в училищных лагерях на горе «Маяк».

В 1909 году все Окружные юнкерские учи­лища, в том числе и Оренбургское казачье, были приравнены во всех правах к «Военным училищам», а Оренбургское стало официально носить имя — «Оренбургское казачье учили­ще».

Училище составляло конную сотню в 120 юн­керов. Каждое Войско имело определенное чис­ло своих вакансий. Наибольшее число, «по пра­ву первородства», имело Оренбургское — 36; затем, Кубанское — 18; Терское — 12; осталь­ные Войска имели гораздо меньше, в пропор­циональной численности своего казачьего насе­ления, вернее — количеству своих полков, вы­ставляемых Государству. Каждое Войско вы­сылало деньги в училище на полное содержание своих юнкеров, то есть, — на обмундиро­вание, на снаряжение, на лошадей и на пита­ние. Некоторые Войска не заполняли молодыми людьми своих вакансий, и на них поступа­ли юнкера других Войск, но училищное началь­ство при этом запрашивало Наказных Атама­нов, могут ли они платить за добавочно приня­тых юнкеров? Самый большой наплыв вольно­определяющихся для держания вступительного экзамена в общий класс давали Кубанское и Терское Войска. Они и поступали на незапол­ненные вакансии других Войск. Поэтому, Ку­банцев и Терцев всегда имелось почти полови­на всей сотни юнкеров. Интересно и нормально было то, что конкурсный экзамен для поступ­ления был, по полученным баллам, не общий, а по Войскам, то есть, — можно было выдер­жать экзамен на меньших баллах, но, имея свою Войсковую вакансию, — поступить, но можно было выдержать экзамен и на высшие баллы, но, не имея своих Войсковых вакансий, быть не принятым.

Несмотря на разнородность Казачьих Войск, несмотря на их территориальную разбросан­ность, от берегов Черного моря и до берегов Великого океана, а отсюда и на разность кли­мата, природы, условий местности, дух Каза­чий у всех был одинаков и между собою юнке­ра жили очень дружно. Заслуженное уважение оказывалось старшим классам. Это была одно­родная казачья среда. Ни титулованных, ни бо­гатых, ни неженок, ни ябедников среди них не было. На 90 проц. это были дети простых каза­чьих земледельческих семейств и, поступив по глубокому убеждению в училище, да еще по конкурсному экзамену, все дорожили своим положением, трудились в науках и на строевых занятиях, зная, что их ждет впереди вы­сокое и благородное звание офицера.

Никаких цуканий, принижающих человече­ское достоинство, в училище не было. Это бы­ла большая, братская казачья семья в 120 че­ловек, занимавшая своими учебными классами, спальнями, гимнастическим залом и другими необходимыми отделениями весь второй этаж длиной во весь квартал казарменной старой по­стройки; ее восточные окна смотрели на широ­кую площадь, за которой, поперечной прямой линией, начинались городского стиля построй­ки большой Оренбургской станицы, называе­мой «Форштадт». В нижнем же этаже — квар­тиры семейных офицеров. Тут же — громад­ный двор и конюшни.

В сторону реки Урала — широчайшая гар­низонная площадь, на которой ежедневно и в самые лютые морозы был всегда час сменной езды. При мягком снеге — манежная езда, руб­ка шашкой и уколы пикой заканчивались джи­гитовкой. И так три года подряд. В порошу же старший класс выезжал на парфорсную охоту с собственными волками, выпускаемыми в степи на волю.

Май и июнь — на широчайшем лагерном по­ле, где скачи и не перескачешь. Июль месяц — поход по Оренбургским станицам, селам и та­тарским аулам. В этом походе все юнкера ис­правляют обязанности «рядовых казаков», то- есть, — сами чистят лошадей, сами кормят их, седлают с полным походным вьюком, с пика­ми. В походе — сплошные маневры «с обозна­ченным противником».

Три года учения и такой практической стро­евой подготовки давали отличный состав офи­церов. Во время Великой войны 1914-17 г.г. училище давало ускоренные курсы для произ­водства в чин прапорщика.

После большевицкого переворота в 1917 го­ду Оренбургское казачье Войско со своим Ата­маном полковником Дутовым не признало со­ветской власти. Красные повели наступление на Оренбург с двух противоположных сторон, со стороны Самары и со стороны Ташкента. Атаман Дутов, бывший долго помощником инс­пектора классов и преподавателем тактики и саперного дела в училище, разместил в его сте­нах свой штаб. В первых числах февраля 1913 года Оренбург пал. Начальник училища гене­рал Слесарев (Терский казак) увел училище в полном составе к Уральским казакам в город Уральск. В июле того же года Оренбургские ка­заки освободили свой стольный город, и учили­ще вернулось обратно и приступило к заняти­ям. В январе 1919 года, после долгих и ожесто­ченных боев, красные, вторично и навсегда, заняли Оренбург. Оренбургское казачье учили­ще отходило в Сибирь.

После долгих скитаний, в 1920 году оно до­стигло Иркутска. Вся Сибирская армия адмира­ла Колчака отходила на восток. В Иркутске, в тылу Армий Колчака, произошло восстание ле­вых политических партий. Гарнизон перешел на сторону восставших. Училище, как надеж­ная часть, было распылено по наряду в карау­лы. Застигнутое врасплох, оно было обезору­жено и… перестало существовать, так как вся власть в Иркутске немедленно же перешла в руки красных, и никто из состава училища не вырвался оттуда, чтобы рассказать доподлин­ную историю и «Сибирского пути училища» от Оренбурга до Иркутска, и «день гибели», и судьбу юнкеров и их начальников-офицеров. Отрадно сказать одно, — что Оренбургское ка­зачье училище в полном своем составе совер­шило свой «ледяной и степной поход» в меся­цы Государственного падения.

Есть о чем задуматься и, выпрямив стан, гордо поднять голову.

Полк. Елисеев.

Добавить отзыв