Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Thursday September 21st 2017

Номера журнала

Посыльное судно «Китобой». – Н. А. Боголюбов



«Китобой» был единственным кораблем кра­сного Балтийского Флота, который во время боев под Красной Горкой в июне 1919 года спу­стил красный флаг, поднял Андреевский и пе­решел на сторону наступающих частей Севе­ро-Западной Армии генерала Юденича.

Обстоятельства этого перехода, до сих пор еще нигде полностью не опубликованные, бы­ли таковы (материалом для нашей статьи по­служили докладная записка инжен. мех. мичмана С. Н. Чистякова, вып. Мор. Инжен. учил. 1916 г., и вахтенный журнал пос. судна «Ки­тобой»):

С 11 июня 1919 г. «Китобой», входивший в то время в состав 3-го дивизиона сторожевых судов, находился в дозоре на подходах к Крон­штадту, между маяками Толбухиным и Шепе­левым. 13 июня он был свидетелем как перехо­да форта «Красная Горка» на сторону белых, так и артиллерийской дуэли между ним и лин. кораб. «Петропавловск» и «Андрей Первозванный». В тот же день в 16 ч., стор. судно «Якорь» подошло к «Китобою» для смены с дозора. «Якорь» был под брейд-вымпелом На­чальника 3-го дивизиона сторожевых судов ст. лейтен. Моисеева, который для возвращения в Кронштадт перешел на «Китобой».

Начальник дивизиона, командир «Китобоя», мичман В. И. Сперанский (вып, 1915 г. из Морс, корп.), и дивизионный механик инж. мех. мичман Чистяков спустились в кают-ком­панию и здесь впервые обсудили возможность перехода на сторону белых. Приводим дослов­ные выдержки из докладной записки ин. мех. мич. Чистякова: «… 18. 30 — Падение 12-дм. снаряда у нашего борта, и в 18.35 мы срочно снимаемся с якоря, «Якорь» идет нам в киль­ватер. 18.37 — падение 12-дм. снаряда справа от кормы. «Красная Горка» стреляет по «Кито­бою», по-видимому предполагая, что мы коррек­тируем стрельбу лин. кор. «Андрей Первозван­ный» и «Петропавловск»… Наступил острый психологический момент. Настроение у коман­ды встревоженное и нерешительное. На вопрос Начальника дивизиона с мостика: «Куда ид­ти?» боцман и еще несколько человек показа­ли руками на запад… 19.35 — Спустили кра­сный флаг и подняли Андреевский. Увидев это, «Якорь» круто положил руля на борт, обстре­лял нас из пулемета и пошел в Кронштадт, дав радио, что «Китобой» уходит… 19.40 — Полу­чили радио из Кронштадта: «Китобою» немед­ленно вернуться, иначе эск. мин. «Свобода» (быв. «Владимир»), догонит и потопит. Когда увидели со стороны Кронштадта быстро приб­лижающийся дым, то приблизились к берегу, намереваясь выброситься в случае подхода «Свободы». В 20.10 вышли в Батарейную бух­ту, где и стали на якорь…»

Закончим историю перехода «Китобоя» на сторону белых и последовавшего незаконного захвата его англичанами на основании следую­щих выдержек из вахтенного журнала «Кито­боя»:

«Пятница 13 июня… 20.15 — Начальник ди­визиона и дивизионный механик съехали на берег для того, чтобы войти в связь с белыми войсками…

20.25 — Правее Шепелева показался дым, и с берегового поста сообщили: «Идет эскадр. минон. «Свобода».

20.28 — Эск. мин. «Свобода» повернул на ост, обстрелянный батареей «Серая Лошадь». (прим. авт. — береговая батарея «Серая Лошадь» к тому времени тоже перешла на сторо­ну белых).

Суббота 14 июня… 20. 35 — Снялись с яко­ря. Вышли по назначению (в Копорскую губу). С нами идет командир Ингерманландского пол­ка (прим. автора — одна из белых частей, на­ступавшая вдоль Финского залива).

21. 08 — Изменили курс на 213 истинный. Слева за кормой показался дым, по-видимому, эскад. мин. типа «Новик».

21.15 — Нас преследует эскад. мин. типа «Новик», идет южным берегом, расстояние семь миль.

21.16 — «Серая Лошадь» открыла огонь. Падение слева и под носом у миноносца, кото­рый сейчас же повернул обратно.

23. 05 — Подошли к. мысу Дубовскому… Видны две подводные лодки и английский ми­ноносец. Дали малый ход.

23.15 — Застопорили машину. Стали на якорь.

23.18 — Начальник дивизиона и дивизион­ный механик на шлюпке пошли к подводным лодкам.

23.45 — К левому борту подошла англий­ская лодка «L-11». К правому борту подошла шлюпка с миноносца с английскими офицера­ми и матросами.

23.50 — Началось разоружение и грабеж «Китобоя» англичанами.

23. 55 — Спущен Андреевский флаг и под­нят английский…

В конце января 1920 года команда «Кито­боя», стоявшего в то время в Ревеле, находив­шемся в руках эстонцев, дезертировала. Для то­го чтобы сохранить Андреевский флаг и спасти корабль для России, Командующий Морскими Силами Юго-Западного правительства контр-­адмирал В. К. Пилкин отдал приказ об уком­плектовании «Китобоя» холостыми морскими офицерами, находившимися в то время на Отряде быстроходных катеров, в Танковом ба­тальоне и на бронепоездах. Командиром был назначен лейтенант О. О. Ферсман (вып. 1910 г. из Морского корп.). Так как эстонцы намерева­лись захватить корабль и отказали в дальней­шей выдаче угля, на «Китобой» были погружены мокрые дрова, купленные на частном рынке, на средства отпущенные адмиралом Пилкиным.

Около полудня 15 февраля, обманув внима­ние эстонских часовых, с помощью случайно подошедших английских офицеров «Китобой» по личному приказу адмирала Пилкина отдал швартовы и вышел на полузамерзший Ревельский рейд, приготовив к бою свои две 75-мм. пушки и подав к ним свой боевой запас, состо­явший из 30 снарядов. Как выяснилось позже, корабли эстонского флота из-за зимнего ремон­та и разобранных турбин не могли выйти в по­гоню. Идя на дровах через непротраленные минные заграждения ходом не свыше 4 узлов, «Китобой», следуя письменному приказу ад­мирала Пилкина (см. приложение), дошел до Либавы, находившейся в то время в руках лат­вийского правительства.

После столкновения с местными латвийски­ми властями, пытавшимися задержать и ку­пить маленький корабль, «Китобой» наконец получил от англичан запас угля и 27 февраля вошел на Копенгагенский рейд. Здесь выясни­лось, что Северный фронт генерала Миллера пал и таким образом первоначальный план по­хода в Мурманск неосуществим.

Тем временем англичане, не желавшие по­явления Андреевского флага в европейских во­дах, решили захватить «Китобой» на том ос­новании, что он якобы сделался их законным призом в июне 1919 года. Согласно телеграмме британского адмиралтейства, переданной ко­мандиру «Китобоя», корабль после необходи­мого ремонта должен был быть послан в Ан­глию с английской командой и с русской командой, в качестве пассажиров.

Отвергнув это требование и отказавшись допустить на борт прибывшую английскую ре­монтную команду, лейтенант Ферсман через российского посланника в Дании и российско­го морского агента в Лондоне предъявил про­тест против действий англичан и заявил, что без боя он «Китобой» не сдаст. В ожидании же возможных попыток захватить корабль Ферсман приказал приготовить все находящиеся на борту пулеметы, а также заложить подрыв­ные патроны, с тем чтобы в крайнем случае вывести корабль на внешний рейд и там его взорвать.

Благодаря вмешательству Вдовствующей Государыни Императрицы Марии Федоровны, находившейся в то время в Копенгагене, и мо­ральной поддержке датчан, французов и сла­вянских стран, британское адмиралтейство вняло хлопотам нашего морского агента»адмира­ла Волкова и в конце концов официально отка­залось от своих притязаний на «Китобой».

В июле 1920 г. «Китобой» покинул наконец Копенгаген и вышел в свой долгий поход вокруг Европы в Черное море. Так как герман­ское правительство на основании своего догово­ра с советской Россией отказало кораблю в пра­ве прохода через Кильский канал, через два часа после своего прибытия «Китобой» дол­жен был покинуть Киль и, чтобы выйти в Се­верное море, обогнуть весь Ютландский полу­остров.

Волокита с выдачей средств, ассигнованных на поход в Париже, частые поломки изношен­ной машины, недостаток опытных кочегаров и машинной команды послужили причиной то­го, что наш маленький, в 230 тонн, корабль, обогнув всю Европу, добрался до Черного моря только 12 ноября 1920 года (нового стиля). Из 37 человек команды, вышедшей на нем из Ре­веля, к этому времени на нем осталось только 9 офицеров и 1 нижний чин.

Подойдя к Севастополю, мы узнали о начав­шейся эвакуации. «Китобой» принял в ней де­ятельное участие и вернулся в Константино­поль, имея на буксире эскадр. минон. «Звон­кий». Оттуда он уже в составе русской эскад­ры совершил переход в Бизерту, где и закон­чил свою жизнь как русский военный кора­бль в 1923 году.

Чем же замечательна история этого маленького «Китобоя», который по воле судьбы за свою короткую 16-летнюю жизнь побывал не только под Андреевским флагом, но и под фла­гами пяти иностранных держав? Конечно, не простым исполнением долга службы, всегда бывшим отличительной чертой российского Императорского флота, замечательна она тем, что «Китобой», один из самых маленьких ко­раблей нашего флота, благодаря настойчивости своего командира О. О. Ферсмана, несмотря на отсутствие поддержки былой могущественной России, несмотря на все технические, финансовые и дипломатические затруднения, с офице­рами, без ропота занявшими все матросские должности, сумел выполнить приказ своего адмирала и дойти в Черное море из Балтийско­го, сохранив с достоинством до конца как честь России, так и честь нашего родного Андреев­ского флота. Воистину, с «Китобоем» можно повторить старую русскую поговорку, что и с малым можно сделать великое.

мичман Н. А. Боголюбов

ПРИЛОЖЕНИЕ

Копия приказа контр-адмирала Пилкина коман­диру «Китобоя»:

«С получением сего вам надлежит идти в Северную Россию, в Мурманск, в распоряже­ние старшего морского начальника. Маршрут вам назначается следующий: Либава (погруз­ка угля от французского морского командова­ния) и Копенгаген. В этом порту вы, снесясь с нашим морским агентом в Норвегии, выясните те норвежские порты, в которых вам можно бу­дет принять уголь.

В зависимости от обстановки вам предостав­ляется менять по вашему усмотрению как мар­шрут, так и порт назначения, а в случае выяс­нения невозможности похода, вам разрешает­ся передать корабль, условно или совсем, пред­почтительно французскому морскому коман­дованию или продать его. Вам предоставляется право, если вы сочтете необходимым для сох­ранения чести Андреевского флага, уничто­жить вверенный вам корабль. В случае прода­жи корабля полученная сумма, за исключением расходов на отправку личного состава, если это окажется возможным, на один из фронтов или расчета с ними по нормам Северо-Западной ар­мии, должна быть передана в депозит Северо­-Западной армии.

Вследствие исключительных обстоятельств плавания вам предоставляется, применяя по возможности русские морские законы, действо­вать по вашему усмотрению, назначать ваших подчиненных, независимо от их старшинства, на те судовые должности, где они могут быть полезны. Вы можете списывать вредных для службы лиц и вообще применять самые реши­тельные меры для сохранения порядка и для безопасности плавания. Вместе с тем ваш опыт и такт укажут вам образ действий, который окажется необходимым вследствие смешанного состава экипажа, большинство которого состав­ляют офицеры.

Вам надлежит следить, чтобы между всеми чинами корабля были установлены дружеские отношения. В иностранных портах вам придет­ся быть особенно осторожным, так как вы не имеете достаточно сил и средств, чтобы защи­тить Флаг и русское имя от оскорблений. По­этому скромное поведение на берегу чинов ко­рабля особенно необходимо.

Я твердо уверен, что поход корабля под ва­шей командой, при условиях исключительной трудности, будет впоследствии занесен в ле­топись замечательных событий русского фло­та».

Печать. Подписи: Контр-адмирал Пилкин Флаг-капитан капитан 2 ранга Лушков

© ВОЕННАЯ БЫЛЬ

 

 

 

Добавить отзыв