Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Tuesday June 27th 2017

Номера журнала

СКАЗАНИЕ О ТРЕХ ИСКУПЛЕНИЯХ (продолжение) – Н.М.



II.

“МУЖ ЧУДЕСНОГО РАЗУМЕНИЯ”

Ликует Русь : разгромлены татары.
Хвала Всевышнему звучит со всех сторон.
Лишь в граде Китеже, под сенью Светлояра
Тоскует похоронный звон…

Зачем?.. По ком?.. Устои царства тверды
Владыку своего боготворит народ,
Наш юный Государь, наш Царь Иван Четвертый
К величью новому Отечество ведет.

Волненья кончены и отшумели брани,
Везде, спокойствие под ;..скипетром .Москвы.
От, – в смертном трепете, -склонившейся Казани
До, – в тщетной ярости, – отпрянувшей Литвы.

С Москвой о первенстве тягаться не решится
Ни чванный лях, ни Орден, ни монгол.
Понеже Русь сильна, грозны Ее границы
И взнуздан накрепко боярский произвол.

И под покровом Знамени Христова –
В казачий путь – за камень Алатырь
Уже плывут дружины Ермаковы
На сном извечным спящую Сибирь.

Увы, как бледный сон промчались годы славы.
Опять по всей Руси стоит немолчный плач :
Над Русскою Землей Шемякину расправу
Чинят опричник, дьяк, наушник да палач.

Куда ж от них уйти?- На щиколотках путы…
Цепями рученьки прикручены к горбу…
И топчут Родину Грязные и Малюты,
Волочат Матушку на общую дыбу.

Гудят колокола, сзывая на синодик
Вороны сытые по виселицам спят…
Опрични пьяный хор грохочет из слободок
И на погостах вдовы голосят.

Полны томленья дни и зори кровью рдяны
И ход зловещ светил в полнощной выси…
Страшны и горестны пути Царя Ивана
К самодержавию и Правде, на Руси.

Ах, тяжела ты Шапка Мономаха.
Опаснее врагов домашняя змея.
Страшнее шведа, Ордена к ляха
Свои, московские, бояре да князья.

Гнездо крамол и смут, невежества и чванства,
Судей неправедных и алчных воевод,
Губители Руси, мучители крестьянства,
Лукавый, суетной, прелюбодейный род.

Они пойдут на все: на казнь и чары навьи,
Они низринут Русь в пучину новых зол,
Чтоб только Царское сломить Самодержавье,
Чтоб паки утвердить боярский произвол.

Лжецы… Изменники… Князь Старицкий… Адашев…
Князь Курбский… Селиверст… Митрополит Филипп…
Пуская же плуг Царев всю Ниву перепашет,
Дабы под плевелом плод добрый не погиб.

Пусть Русская Земля опять зальется кровью,
Пусть Грозного Царя боятся и клянут.
Но над кровавою, над страдной Русской новью
Пусть всходы новые и добрые взойдут.

Да светом Божиим сияет наше Царство,
Да служит Духу в нем обузданная плоть.
А к Грозному Царю, сломившему боярство,
Да будет милостив Всеведущий Господь.

  

III.

“ДОСТИГ Я ВЫСШЕЙ ВЛАСТИ…”

Кремля безмолвен. Заперты ворота.
Ни души у красного крыльца.
Там в палатах царских нелюдимый кто-то
Ожидает, в скорби, близкого конца.

Бродит по покоям бледный и угрюмый…
Молится… гадает… не вкушает яств,
Полный все одною неотвязной думой:
Прочным ли он сыну Царство передаст.

Нет. Еще не прочным. Полный вещим страхом
Царь Борис провидит: сына не спасешь.
И стучат все чаще топоры по плахам
И народ без счета гонят на правеж.

Хоть не счесть народу милостей царевых,
Щедрых подаяний, ласки и забот.
Но народ не верит в право Годуновых
И про Углич снова шепчется народ.

Не поддержит Трона думное боярство:
Как его ни жалуй, как с ним ни борись,
Из низов боярских, вставшие на царство,
Слишком худородны Федор и Борис.

А от дальних граней с Речью Посполитой
На Престол Московский Царь грядет иной,-
Сын царей законных. В Угличе убитый.
Дважды погребенный, и опять живой…

От него Борису где искать спасенья?
Кто о врагом бессмертным справится в бою?
Чем за грех свой тяжкий вымолить прощенье?
Где укрыть от кары сына и семью?

Царь Борис провидит: близится расплата
Беспощаден Мститель, посланный Судьбой…
И Отчизну кровью заливают каты
И ползет крамола по земле родной.

Вся Земля стенает неумолчным стоном,
Кровь и слезы льются, льются без числа…
И гудят надрывным, похоронным звоном
В Китеже подводном все колокола.

IV.

“На Престоле же бысть не Царь же
Но Навие смертию венчанное…”

Несется над Москвой ликующий трезвон,
Гремит Церковный хор, молебствие творя.
Восторженный народ бежит со всех сторон
Приветствовать в Москву вступившего царя.

Минула власть бояр, ярыжек и дьяков:
На Троне и в Венце, как из-веку и встарь,
Сидит не “худород”, не Федька Годунов,
Сидит Всея Руси Законный Государь.

Владычицей небес от гибели храним,
Он в Угличе не пал, как бают старики,
Зане Господня длань, простертая над ним,
Спасла дитя царей от вражеской руки.

И мчится по Москве стоустая молва,
Что Царь Димитрий мудр, всеправеден и благ,
Что он народу друг и празднует Москва
Конец боярских смут и Годуновских плах.

Сомнений больше нет. – Пред лихом всей Земли
Торжественно молясь, средь тысячной толпы,
На книгах и кресте присягу принесли
В законности его бояре и попы.

И празднует народ конец былого зла –
Законный Царь вступил на Прадедовский трон.
………………………………………
А в Китеже опять гудят колокола
Рыдает под водой тоскливый перезвон.

Шепчется о чем то над водою ельник,
Небо голубое смотрит в лоно вод
И в пустынной келье молится отшельник :
Мирную Обитель Русь да обретет.

Да простит Владыка Ей грехи без меры,
Сохранит от мора, глада и крамол,
Утвердит в ней Светоч Православной Веры,
Укрепит издревний Рюриков Престол.

В хуторах безвестных, в деревнях забытых,
В городах и селах, избах, в теремах,
В храмах и часовнях, в пустынях и скитах
Молятся о том же мирник и монах.

Но одной молитвой не снискать спасенья.
Путь в Обитель Света тягостен и строг.
Первому из трех грядущих искуплений
Наступает срок.

В Кремле бесчинствуют поляки,
Шляхетских доблестей полны,
Заводят с москвичами драки
И баб насилуют паны.

По еретической указке
В Палатах царских, – о, позор! –
Идут неистовые пляски
И звон стоит от ляшских шпор.

Народ московский негодует:
Царица полька – что за вид! –
Мазурку с ляхами танцует
И ложе царское сквернит.

Сам царь с панами пляшет плясы
Сам царь, презревши древний чин,
Обрился. В пост вкушает мясо
И носит куцый казакин.

Не спит в обед, не ходит в байну,
Не чтит святые образа
И добывает в руку тайно
Царицы жирного ксендза.

Царь предает свою отчизну,
Царь, жаждя ляшке угодить
И явно совращенный в схизму,
Всю Русь стремится совратить.

Москва тоской объята снова,
Опять рычит народ простой,
Опять стрельцы восстать готовы
И нож готовят под полой.

В Кремле салюты и виваты,
Вокалов звон и пляски топ. –
Но берегись, паны-магнаты! –
Встает обманутый холоп.  
***
“Претерпевый до конца
той спасен будет…”

Смерть косит без отдыха ночью и днем,
Как бич наказания Божья,
Прошли Запорожцы огнем и мечом,
Всю Русь от степей Запорожья.

Поляки опять подступают к Москве.
Лжедмитрий восстал из могилы.
И шведы готовят полки на Неве.
И крымцы сбираются с силой.

Был миг и казалось, очнется народ:
Бежали поляки и шведы
И Скопина-Шуйского сказочный взлет
Сулил нам покой и победы.

Но живо бояре управились с ним:
Он слишком был светел и ясен
И слишком московским народом любим
И к пользе бояр безучастен.

С таким воеводой боярству разор.
И, Скопину давши отраву,
Продажных бояр самочинный собор
Подносит престол Владиславу…

И снова по лику Отчизны святой
Разливом лихого набега
Гуляет с налетами князь Трубецкой,
Гуляет с Лисовским Сапега.

И снова, в раскатах кровавой грозы
Свои нечестивые лапы
К Престолу Московскому тянут ксендзы
Во славу Святейшего Папы.

И паки боярский царит произвол,
И паки панует крамола,
И паки пытают и садят на кол,
И жгут беззащитные села.

Насилуют женщин и храмы громят,
И топчут конями посевы…
И тщетно из Троицкой Лавры набат
Взывает к народному гневу…

Нет. Не тщетно. – В Новограде
Что у Волги у реки,
Святорусской Правды ради,
Встали Русские полки.

И под сенью Светлояра,
В тишину лесов и блат,
Угрожающе и яро
Грянул кличущий набат.

И в горячем Русском сердце
Колокольный этот гул
Непонятный иноверцу
Гнев священный всколыхнул.

Чтобы в братском единеньи
Всех сынов богатырей
Русь свершила Искупленье,
Уготованное Ей.

И с востока до заката,
От Казани до Твери,
На лихого супостата
Поднялись богатыри.

Русь – не сломлена бедою,
Русь Святая ожила:
В Светлояре, под водою
Бьют в набат колокола.

В смертном трепете и страхе
Из Руси во все лазы
Кто куда пустились ляхи,
Самозванцы и ксендзы.

Ах, пришлось панам несладко! –
Не один шляхетский лоб
Размозжил дубиной в смятку
Невоспитанный холоп.

И немало по дороге,
Позабыв про честь и срам,
Целовало паньство ноги
Неумытым мужикам.

На Москве победны клики,
Вновь гремит церховный хор:
Совершил свой долг великий
Земский праведный Собор.

К нам вернулись честь и сила:
Волей всей Родной Земли
Государя Михаила
На Престол мы возвели.

Он залечит наши раны
И вернется к нам назад,
Наш пресветлый и желанный
Долгожданный Китеж-Град.

Пусть пока он в отдаленьи,
Русь свершила лишь одно –
И еще два Искупленья
Совершить Ей суждено.

Но теперь мы знаем твердо,
А не просто верим мы:
Не сломить Отчизны ордам,
Возникающим из Тьмы.

Ибо в грозный час расплаты,-
Обещал Руси Творец –
Мы услышим гул набата
В глубине своих сердец.

И по этому, по зову,
Не жалея ничего,
Мы за Русь на подвиг, снова
Встанем все за одного.

II в груди на содрогнутся
Наши Русские сердца
Ибо знают: Те спасутся,
Кто претерпит до конца.

/ продолжение следует / 

Н.М.
1923.


     
о-О-о-О-о-О-с-
К статье ЗНАМЕНА КАДЕТСКИХ КОРПУСОВ /№ I. “В.Б.”
Абзац 4 следует читать Императрица Елизавета, а не Екатерина ІІ-я.
В 1764 году Морскому Шляхетскому Корпусу были пожалованы знамена по ротам: І-й – Белое, 2-и и 3-й – Желтые, шефные. На знаменах орлы со скипетром и державой, а в середине у І-й роты Государственный герб, а у остальных – Корпусный. Под орлом – военные трофеи.

Сообщил М.О. фон Шубе.

Добавить отзыв