Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Wednesday May 24th 2017

Номера журнала

О бронепоездах Добровольческой армии (Продолжение, Глава семнадцатая). – Анд. Алекс. Власов



В начале сентября 1919 года перешли в ре­шительное наступление войска правого фланга Добровольческой армии. Таким образом, на этом фланге только через два с лишним месяца нача­лось выполнение так называемой «Московской директивы» Главнокомандующего вооруженны­ми силами Юга России генерала Деникина от 20 июня 1919 года. Директива указывала конечную цель — захват «Сердца России» — Москвы. Кратчайший путь к этой цели пролегал от пра­вого фланга Добровольческой армии по напра­влению Харьков — Курск — Орел — Москва. В течение продолжавшихся два месяца боев мест­ного значения нашим войскам удалось продви­нуться в этом направлении, вдоль железной до­роги Белгород — Курск, только примерно на 50 верст, до района узловой станции Ржава. Точ­ные данные по месяцам этого периода отсутству­ют, но считается, что за 4 летних месяца 1919 г. численность войск Добровольческой армии уве­личилась почти вдвое. Однако в то же время усилились и красные, как в смысле численнос­ти, так и в смысле вооружения. В частности, появилось много усовершенствований на вновь по­строенных советских бронепоездах, с которыми пришлось бороться бронепоездам Добровольче­ской армии.

В районе узловой станции Ржава, на линии Белгород — Курск, находились к началу сен­тября легкие бронепоезда «Офицер» и «Гене­рал Корнилов» и тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита», входившие в состав 2-го бронепоездного дивизиона, а также легкий бронепоезд «Слава Офицеру». На рассвете 1 сентября бро­непоезд «Офицер» подошел в сопровождении вспомогательного поезда к разъезду Сараевка, севернее станции Ржава, и остановился для по­чинки железнодорожного пути, который был взорван красными во многих местах. Вскоре со стороны противника стали стрелять по броне­поезду две гаубичные и одна легкая батареи, стоявшие укрыто в 2 верстах от разъезда Сара­евка. Затем подошел советский бронепоезд «Ис­требитель», вооруженный 42-линейным оруди­ем, и открыл огонь, остановившись в ближай­шей посадке, то есть на участке железнодорож­ного пути, обсаженном небольшими деревьями или кустами. Под защитой утреннего тумана бронепоезд «Офицер» продолжал прикрывать работы по исправлению пути, не отвечая на об­стрел противника. Но когда туман внезапно рас­сеялся, неприятельский огонь стал более точ­ным, Разрывом тяжелого снаряда был убит офицер-механик бронепоезда подпоручик Карнович и тяжело ранен другой офицер. Броне­поезд «Офицер» был вынужден отойти от ра­зъезда Сараевка на укрытую позицию. Около полудня началось наступление нашей пехоты, задержавшееся из-за несвоевременного прибы­тия танков. Бронепоезда «Офицер» и «Слава Офицеру» заняли тогда разъезд Сараевка, по­чинили железнодорожный путь, оттеснили бро­непоезда красных и подошли к станции Солн­цево, в 20 верстах к северу от станции Ржава. Однако здесь бронепоезд «Офицер» попал под перекрестный огонь неприятельской артилле­рии. Гаубичными снарядами был перебит путь, как впереди, так и позади бронепоезда. Он не мог больше маневрировать, оставаясь на участ­ке в 100 сажен. Несмотря на частый неприятель­ский огонь, команда вспомогательного поезда ис­правила путь через 15 минут. Бронепоезд «Офи­цер» получил возможность отойти под прикры­тие ближайшей посадки. Около 5 часов дня бро­непоезда «Офицер» и «Слава Офицеру» ата­ковали станцию Солнцево, занятую двумя со­ветскими бронепоездами. Один из них был во­оружен 6-дюймовым орудием. Несмотря на это, неприятельские бронепоезда были оттеснены. Наши бронепоезда преследовали их вплоть до участка, где железнодорожный путь оказался взорванным во многих местах.

6 сентября наши бронепоезда, входившие в состав 2-го бронепоездного дивизиона, получили задание содействовать наступлению частей Корниловской дивизии на Курск. Действиями бро­непоездов руководил старший в чине коман­дир тяжелого бронепоезда «Иоанн Калита» полковник Зеленецкий. Наступление наших войск началось из района станции Солнце­во. Ближайшая станция Полевая, в 25 вер­стах к югу от Курска, была занята без боя. Красные занимали позицию к югу от реки Сейм. Их бронепоезда стояли примерно в 3 верстах впереди этой позиции. Двигавшиеся впереди наших пехотных частей бронепоезда «Генерал Корнилов» и «Иоанн Калита» всту­пили в бой с неприятельскими бронепоездами, между тем как бронепоезду «Офицер» было поручено охранять железнодорожную линию между станциями Солнцево и Полевая. Коман­дир бронепоезда «Иоанн Калита» полковник Зеленецкий отправился с телефонистами на на­блюдательный пункт. Вместе с ним был также
штабс-капитан Амасийский, который руководил в этот день стрельбой бронепоезда. Три боевые площадки с тяжелыми орудиями бронепоезда «Иоанн Калита» не были расцеплены, как при обыкновенном выезде на позицию. Обычно это делалось для того, чтобы все тяжелые орудия могли стрелять с некоторого расстояния друг от друга. Но обстановка начала боя требовала и от тяжелого бронепоезда большей подвижности. Зато при сцепленном боевом составе могло стре­лять вперед только одно головное 5-дюймовое английское орудие. Рассматривая в подзорную трубу Цейсса посадки, среди которых должны были находиться неприятельские бронепоезда, штабс-капитан Амасийский заметил товарный вагон красноватого цвета, по-видимому, прице­пленный к боевому составу одного из советских бронепоездов. Он передал на бронепоезд «Ио­анн Калита» указания для начала пристрелки этой цели. После второго выстрела головного 5-дюймового орудия наш снаряд попал прямо в замеченный товарный вагон. Произошел очень сильный взрыв. По полученным позднее све­дениям, в вагоне был груз пироксилина, пред­назначенного для разрушения пути и моста че­рез реку Сейм. Передавали, что взрывом был убит командир одного из советских броне­поездов. Под впечатлением взрыва два неприя­тельских бронепоезда поспешно отошли к реке Сейм и не успели уничтожить по пути железно­дорожный мостик через ручей перед позицией красных. Бронепоезд «Иоанн Калита» передви­нулся к концу посадки и с этой позиции обстре­ливал бронепоезда и окопы красных. Затем, под прикрытием огня бронепоезда «Иоанн Калита» легкий бронепоезд «Генерал Корнилов» выдви­нулся вперед и прошел по мостику через ручей. Остановившись на уровне окопов красных, бро­непоезд «Генерал Корнилов» открыл по ним про­дольный огонь из орудий картечью и из пуле­метов. Как только эта стрельба прервалась на короткое время, красные стали выскакивать из окопов в нашу сторону без винтовок для сдачи в плен. Другие убегали по окопам в стороны от железной дороги. Так повторилось несколько раз. С наблюдательного пункта бронепоезда «Иоанн Калита» был вызван небольшой отряд из состава команды с двумя ручными пулеме­тами Льюиса для встречи и охраны сдающихся в плен. Около 600 пленных были переданы ча­стям Корниловской дивизии. Наши бронепоез­да оставались в таком положении до подхода нашей пехоты. Подошедшие части Корнилов­ской дивизии заняли оставленную красными позицию. Подошел также бронепоезд «Офи­цер», ранее охранявший тыл. Наступила темно­та.

Около 23 часов 6 сентября, после совещания начальников, командовавший бронепоездным дивизионом полковник Зеленецкий решил про­извести ночное нападение на станцию Курск. На южном берегу реки Сейм у начала моста было оставлено охранение от Корниловского полка с танком. Большой мост через реку Сейм ока­зался почти неповрежденным. Взорванный красными один стык рельсов на мосту был бы­стро исправлен и подкреплен, и три наших бро­непоезда благополучно перешли на северный берег реки Сейм. По левой колее железной до­роги двинулся дальше бронепоезд «Офицер» и за ним бронепоезд «Иоанн Калита»; по правой колее пошел бронепоезд «Генерал Корнилов». Боевой частью бронепоезда «Офицер» коман­довал в этот день штабс-капитан Симмот, а бое­вой частью бронепоезда «Генерал Корнилов» — штабс-капитан Заздравный. За бронепоездами следовали два вспомогательных поезда. Перед легкими бронепоездами шла пешая разведка, которой руководил лично полковник Зеленец­кий. Движение происходило без огней и в ти­шине, насколько это было технически возмож­но. Подойдя ко входному семафору станции Курск, пешая разведка увидела два бронепоезда красных, но сама не была ими замечена. Развед­чики были настолько близко к неприятелю, что могли слышать среди ночной тишины спор у красных. Одни хотели выехать вперед, а дру­гие не хотели. Бронепоезда «Офицер» и «Ге­нерал Корнилов» открыли огонь одновременно, с. расстояния около 20 сажен. Один из наших снарядов попал в бронепоезд красных. Непри­ятельские бронепоезда устремились назад и скрылись между товарными составами. При пер­вых выстрелах все освещение на станции пога­сло. Бронепоезд «Офицер» немедленно выслал вперед разведку для осмотра пути и двинулся вслед за неприятелем. В это время у бронепоез­да «Генерал Корнилов» сошла с рельс предо­хранительная площадка, и он задержался. Пройдя около версты по станционным путям, бронепоезд «Офицер» внезапно обнаружил стоявший бронепоезд красных под названием «Кронштадтский», подошел к нему вплотную и дал три выстрела. Одним из трех наших попа­даний был подбит неприятельский паровоз и об­варены вырвавшимся паром находившиеся на нем два механика. Команда советского бронепо­езда была частью перебита, а частью бежала. Помощник командира советского бронепоезда не исполнял требования выйти со своей площад­ки. Тогда штабс-капитан Шахаратов, занимав­ший должность старшего офицера бронепоезда «Офицер», первый вскочил на неприятельскую боевую площадку. Советский помощник коман­дира вышел ему навстречу как будто с целью сдаться в плен. Но он внезапно проговорил: «Ну, пока суть да дело…», выхватил револьвер и выстрелил в штабс-капитана Шахаратова в упор. К счастью, красный промахнулся и был тотчас убит подоспевшими чинами бронепоезда «Офицер»

Несмотря на возникшее на станции Курск замешательство, красные пытались эвакуировав свои поездные составы, из коих некоторые сто­яли под парами. Но нашими снарядами были повреждены выходные стрелки, и вскоре про­изошло крушение. Второй неприятельский бро­непоезд «Истребитель» сошел с рельс. Он был замечен благодаря пламени вспыхнувшего по­жара, и бронепоезд «Офицер» обстрелял его с расстояния около 80 сажен. Тремя нашими вы­стрелами было подбито головное 42-линейное орудие противника, убиты находившиеся при нем трое красных и разбит сухопарник парово­за. В это время к бронепоезду «Офицер» подо­шел посланный от советского коменданта стан­ции с требованием «прекратить стрельбу по своим». Посланный был убит на месте. Легкие бронепоезда «Офицер» и «Генерал Корнилов» продолжали по временам открывать артилле­рийский и пулеметный огонь по району станции. Тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита» дал не­сколько выстрелов в направлении на город Курск. Эта стрельба была без точного прицела, но повлияла на наш успех: красные не только оставили станцию, но у них возник беспорядок и в городе.

Наши бронепоезда оставались на станции Курск примерно до 2 часов ночи на 7 сентября. К этому времени вода в их паровозах была уже на исходе. Вследствие загруженности станции, происшедших крушений поездных составов и бегства железнодорожных служащих не было возможности произвести маневры для снабже­ния наших паровозов водой. Кроме того, с наступлением рассвета красные могли бы опомниться и заметить, что на станции нет еще никаких на­ших войск, кроме трех бронепоездов. Поэтому командовавший нашими бронепоездами полков­ник Зеленецкий принял решение оставить стан­цию и отойти к нашему расположению. При этом был вывезен первый из подбитых неприя­тельских бронепоездов под названием «Крон­штадтский», состоявший из двух двухорудийных бронеплощадок и одного паровоза. Воору­жение его состояло из четырех 3-дюймовых ору­дий (из коих два — новейшего образца 1914 го­да) с запасом около 1500 снарядов и 8 пулеметов. Орудия были установлены в закрытых башнях, имеющих круговое вращение посредством зуб­чатой передачи, работой одного человека. Весь боевой состав этого советского бронепоезда был сделан очень тщательно и, по-видимому, был недавно выпущен с завода. Команда бронепоез­да состояла из матросов Балтийского флота. Второй же подбитый бронепоезд противника, со­шедший с рельс и находившийся между соста­вами товарных вагонов, ночью вывезти не уда­лось. Позднее выяснилось, что на станции Курск находился и третий советский бронепоезд под названием «Черноморец», многократный про­тивник наших бронепоездов за последние меся­цы, отличавшийся очень сильным вооружением (по-видимому — четыре морских 105-милиметровых скорострельных орудия). Этот тяжелый бронепоезд стоял у депо станции Курск, близ северного семафора. Вследствие происшедших южнее крушений он не мог приблизиться к ме­сту ночного боя и ушел в тыл красных. На рас­свете 7 сентября наши три бронепоезда благо­получно вернулись в расположение наших войск. За ночное дело на станции Курск после­довали награждения команд Георгиевскими кре­стами и медалями. Действия наших бронепоез­дов позволили пехотным частям сравнительно легко захватить подготовленную неприятель­скую позицию к югу от Курска, а также занять станцию и город Курск без боя. При этом на­шим войскам досталось много военного имуще­ства. Если бы не произошло ночного нападения наших бронепоездов на станцию Курск, то крас­ные, вероятно, еще оказали бы упорное сопро­тивление перед самым городом.

В 9 часов утра 7 сентября бронепоезд «Офи­цер» совместно с частями 1-го Корниловского полка снова занял оставленную красными стан­цию Курск. Вследствие крушений, загромоздив­ших пути во время ночного нападения наших бронепоездов, красные не смогли произвести эвакуацию станции. На ней остались составы с грузами военного снаряжения, обмундирования и съестных припасов, а также подбитый ночью боевой состав советского бронепоезда «Истреби­тель», вооруженный одним 42-линейным оруди­ем и двумя 3-дюймовыми орудиями. После очи­стки путей бронепоезд «Офицер» продвинулся около 17 часов 7 сентября до станции Букреевка, примерно в 10 верстах к северу от Курска, и на­гнал там отступавший 1-ый Курский советский пехотных полк. После нашего обстрела красные сдались. В этом бою было взято около 500 плен­ных.

К западу от главного операционного направ­ления Харьков — Курск — Орел войска Добро­вольческой армии должны были также перейти в наступление в начале сентября вдоль желез­нодорожной линии Харьков — Готня — Львов — Брянск. На этой линии находились тогда в районе станции Псел, примерно в 40 вер­стах к северо-западу от узловой станции Гот­ня, легкий бронепоезд «Генерал Дроздовский» и тяжелый бронепоезд «Грозный». 3 сентября бронепоезд «Грозный» выезжал к железнодорожному мосту через реку Псел для содействия Самурскому полку, который наступал совместно с другими нашими вой­сками. Бронепоезд обстреливал расположение советских батарей. Однако в этот день на­ступление наших частей не имело успеха. С ут­ра 4 сентября бронепоезд «Грозный» снова со­действовал наступлению Самурского полка, об­стреливая неприятельские окопы и батареи. Между тем, выдвинувшийся вперед легкий бро­непоезд «Генерал Дроздовский» был принужден отходить, ведя бой с преследовавшим его бронепоездом красных. Тогда бронепоезд «Гроз­ный» перенес огонь своих тяжелых орудий на советский бронепоезд. Через несколько минут этот последний поспешил скрыться за бугром в направлении следующей станции Суджа. Мед­ленное продвижение наших пехотных частей продолжалось утром 5 сентября. Западнее же­лезной дороги находились части Белозерского полка, а восточнее — части Самурского полка. Бронепоезда «Генерал Дроздовский» и «Гроз­ный» стали сначала на позицию у железнодо­рожного моста через реку Ворожба. Затем бро­непоезд «Генерал Дроздовский» двинулся впе­ред в сопровождении одной боевой площадки с 5-дюймовым орудием от бронепоезда «Грозный» для его поддержки. Бронепоезд красных вышел со станции Суджа навстречу нашим бронепоез­дам, но вскоре под их огнем был принужден отойти на станцию. После этого станция Суджа, примерно в 20 верстах от станции Псел, была занята бронепоездом «Генерал Дроздовский», который шел на уровне наших пехотных цепей. Затем на станцию Суджа подошел и бронепо­езд «Грозный», который преследовал артилле­рийским огнем уходивший неприятельский бро­непоезд и открыл пулеметный огонь по обнару­женным обозам красных. В это время на стан­цию прибыл начальник 3-ей пехотной дивизии генерал Витковский и наблюдал за развитием боя. Преследование противника закончилось у моста через реку Суджа, который оказался по­врежденным. К вечеру 5 сентября город Суджа был окончательно занят нашими войсками. На следующее утро 6 сентября бронепоезда «Гене­рал Дроздовский» и «Грозный» вышли к же­лезнодорожному мосту. Включившись в прави­тельственный телефонный провод, удалось под­слушать разговор советских начальников на следующей станции Локинская, примерно в 15 верстах от станции Суджа. Благодаря этому бы­ла удачно обстреляна станция и стоявшие перед ней два бронепоезда красных. К вечеру продви­жение наших войск стало развиваться успеш­нее. Наши бронепоезда шли вместе с наступав­шими частями Белозерского полка. В 2 верстах от станции Локинская бронепоезда «Генерал Дроздовский» и «Грозный» были вынуждены остановиться из-за порчи пути. Там они вступи­ли в бой с бронепоездом и батареей противника. К концу дня 6 сентября станция Локинская бы­ла занята нашими войсками.

В центре Добровольческой армии части 5-го конного корпуса, растянутые на широком фрон­те, не были достаточно сильны, чтобы перейти в решительное наступление. В конце августа им пришлось даже отойти от важной узловой стан­ции Бахмач. Поэтому в первые дни сентября бро­непоезд «Орел» нес службу сторожевого охра­нения к югу от Бахмача, при разделении желез­нодорожных линий на Круты и на Ичню. При этом приходилось вступать в бой с бронепоездом красных «Советская Россия». 6 сентября на­ши конные части обходным движением вышли в тыл противнику, который оставил Бахмач. Ут­ром 7 сентября бронепоезд «Орел» прибыл на станцию Бахмач и получил там от командира полка задачу: продвинуться по линии Бахмач — Гомель, чтобы оттеснить неприятельский бро­непоезд «Советская Россия». Этот бронепоезд продолжал издали обстреливать станцию Бах­мач. Приказано было также взорвать, если воз­можно, большой мост через реку Десна, пример­но в 40 верстах к северо-западу от Бахмача. На две недели раньше бронепоезд «Орел» доходил до этого моста через реку Десна, к северу от ко­торого находилась станция Макошино. Тогда взрыв моста, вероятно, удался бы, но на это не было приказаний. Теперь же было уже поздно. Обстановка изменилась, и задача оказалась не­выполнимой. Бронепоезд «Орел» и подошед­ший тяжелый бронепоезд «Князь Пожарский» вступили в бой с бронепоездом красных. Вы­сланный вперед офицер-наблюдатель коррек­тировал артиллерийский огонь наших бронепо­ездов. Советский бронепоезд был вынужден от­ходить. Бронепоезд «Орел», продолжая вести огонь, преследовал его и занял станцию Чесноковка, примерно в 10 верстах от Бахмача. Одна­ко бронепоезд «Советская Россия» отошел не­далеко за эту станцию и начал обстреливать за­градительным огнем железнодорожные пути. Так как наши части не подошли, то дальнейшее продвижение бронепоезда «Орел» оказалось невозможным. После часа перестрелки головное орудие бронепоезда испортилось. Чтобы поме­шать противнику занять станцию Чесноковка, был взорван железнодорожный путь, и броне­поезд «Орел» вернулся на станцию Бахмач.

К западу от Днепра, в районе Киева произо­шел в самом начале сентября первый бой бро­непоезда Добровольческой армии против бро­непоезда петлюровцев. Легкий бронепоезд «Ви­тязь» в бою близ станции Боярка, примерно в 20 верстах от Киева, взял в плен боевой состав противника и его команду. Боевой частью бро­непоезда «Витязь» командовал при этом его старший офицер капитан Имшеник-Кондратович. Захваченные бронеплощадки послужили для сформирования нового бронепоезда, кото­рый получил название «Доблесть Витязя». Ко­мандиром его был назначен капитан Имшеник-Кондратович. Офицерский состав и команда но­вого бронепоезда «Доблесть Витязя» были от­части составлены из числа служивших ранее на бронепоезде «Витязь». Другой частью были вновь поступившие в Киеве. В числе команды было около 25 кадет, около 30 вольноопределя­ющихся и около 25 солдат и казаков. Кроме то­го на бронепоезде «Доблесть Витязя» служили в качестве прислуги около 10 бывших военно­пленных австрийцев. По сформировании бронепоезд «Доблесть Витязя» отправился на линию Киев — Бахмач.

Между тем на других участках фронта во­енные действия против петлюровцев еще не на­чинались и распространялись слухи о возмож­ном подчинении петлюровцев командованию Вооруженных сил Юга России для совместной борьбы против красных. Около 1 сентября на уз­ловой станции Бобринская находился вновь сформированный легкий бронепоезд «Коршун», которым командовал капитан Магнитский. Бро­непоезд получил приказание произвести даль­нюю разведку и прошел без сопровождающего вспомогательного поезда примерно 30 верст на запад от станции Бобринская, до узловой стан­ции Цветково. Боевой опыт многократно под­тверждал значение вспомогательных поездов, в особенности вдали от расположения наших войск. Если наш бронепоезд попадал в тяжелое положение, то вспомогательный поезд мог вы­везти боевой состав с подбитым в бою паровозом или починить разбитые железнодорожные пути на направлении отхода бронепоезда. Однако во вновь сформированном 5-ом бронепоездном ди­визионе вообще не было штатных вспомогатель­ных поездов. От станции Цветково бронепоезд «Коршун» повернул на юг и прошел еще при­мерно 10 верст, до станции Каменный Мост. На станции были замечены несколько петлюров­ских солдат. Но когда они разглядели на стен­ках боевых площадок добровольческие знаки — трехцветные углы, то поспешили уйти. Началь­ник станции сообщил, что поблизости в деревне стоит рота петлюровцев. Днем чины команды бронепоезда «Коршун» ходили в эту деревню для покупки съестных припасов. Они вступили в разговор с петлюровцами. Те говорили, что о военных действиях против Добровольческой ар­мии они ничего не слышали и удивлялись при­бытию нашего бронепоезда. После этого около 10 дней прошли спокойно.

В это время легкий бронепоезд «Генерал Гейман», получивший позднее название «До­броволец», был отправлен по приказанию шта­ба 2-го армейского корпуса на охрану железно­дорожной линии между узловыми станциями Бобринская и Знаменка, примерно в 80 верст длиной. Бронепоезд получил две новые боевые площадки, одного типа с уже имевшейся. На каждой было установлено 3-дюймовое орудие образца 1902 года во вращающейся полубашне.

Сформированный в августе легкий бронепо­езд «Полковник Гусев», участвовавший в пре­следовании красных, которые отходили на се­вер, в сторону Киева, — получил от начальни­ка бронепоездных дивизионов распоряжение идти в Таганрог. Там предполагалось его пере­вооружение материальной частью тяжелого бро­непоезда с новым названием «Богатырь». Этот тяжелый бронепоезд должен был войти в со­став 8-го бронепоездного дивизиона, вместе с легкими бронепоездами «Доброволец» и «Пла­стун».

Немногочисленным войскам и бронепоездам Добровольческой армии, действовавшим к запа­ду от Днепра, удалось в середине сентября по­степенно оттеснять петлюровцев без очень упор­ных боев. Но в это время возникла новая угро­за со стороны более опасного противника, мах­новцев.

(Продолжение следует)

Анд. Алекс. Власов

ОБЩЕСТВО ДРУЗЕЙ «ВОЕННОЙ БЫЛИ»

В воскресенье 11 января 1970 года, в 14 ч. 30 м., в зале Русского Музыкального Об­щества во Франции (26, Avenue de New-York Paris 16) состоится Первое Открытое Со­брание Общества.

С докладами выступят :

Георгий Михайлович фон-Гельмерсен — Русский флот и Императрице Екатерине Второй и его Георгиевские награды.

Александр Васильевич Маслов — Битва у Листвена в 1024 году.

Константин Михайлович Перепеловский — Кавказский театр войны 1877-78 гг. и Ге­оргиевские ленты 1-й степени на штандарте Нижегородцев.

Вступительное слово редактора «ВОЕН НОЙ БЫЛИ» Алексея Алексеевича Геринга.

Присутствовать на собрании сердечно приглашаются все интересующиеся русской военной историей.


Голосовать
ЕдиницаДвойкаТройкаЧетверкаПятерка (Не оценивали)
Loading ... Loading ...




Похожие статьи:

Добавить отзыв