Статьи из парижского журнала "Военная Быль" (1952-1974). Издавался Обще-Кадетским Объединением под редакцией А.А. Геринга
Tuesday April 23rd 2024

Номера журнала

О бронепоездах Добровольческой армии (Продолжение, Глава семнадцатая). – Анд. Алекс. Власов



В начале сентября 1919 года перешли в ре­шительное наступление войска правого фланга Добровольческой армии. Таким образом, на этом фланге только через два с лишним месяца нача­лось выполнение так называемой «Московской директивы» Главнокомандующего вооруженны­ми силами Юга России генерала Деникина от 20 июня 1919 года. Директива указывала конечную цель — захват «Сердца России» — Москвы. Кратчайший путь к этой цели пролегал от пра­вого фланга Добровольческой армии по напра­влению Харьков — Курск — Орел — Москва. В течение продолжавшихся два месяца боев мест­ного значения нашим войскам удалось продви­нуться в этом направлении, вдоль железной до­роги Белгород — Курск, только примерно на 50 верст, до района узловой станции Ржава. Точ­ные данные по месяцам этого периода отсутству­ют, но считается, что за 4 летних месяца 1919 г. численность войск Добровольческой армии уве­личилась почти вдвое. Однако в то же время усилились и красные, как в смысле численнос­ти, так и в смысле вооружения. В частности, появилось много усовершенствований на вновь по­строенных советских бронепоездах, с которыми пришлось бороться бронепоездам Добровольче­ской армии.

В районе узловой станции Ржава, на линии Белгород — Курск, находились к началу сен­тября легкие бронепоезда «Офицер» и «Гене­рал Корнилов» и тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита», входившие в состав 2-го бронепоездного дивизиона, а также легкий бронепоезд «Слава Офицеру». На рассвете 1 сентября бро­непоезд «Офицер» подошел в сопровождении вспомогательного поезда к разъезду Сараевка, севернее станции Ржава, и остановился для по­чинки железнодорожного пути, который был взорван красными во многих местах. Вскоре со стороны противника стали стрелять по броне­поезду две гаубичные и одна легкая батареи, стоявшие укрыто в 2 верстах от разъезда Сара­евка. Затем подошел советский бронепоезд «Ис­требитель», вооруженный 42-линейным оруди­ем, и открыл огонь, остановившись в ближай­шей посадке, то есть на участке железнодорож­ного пути, обсаженном небольшими деревьями или кустами. Под защитой утреннего тумана бронепоезд «Офицер» продолжал прикрывать работы по исправлению пути, не отвечая на об­стрел противника. Но когда туман внезапно рас­сеялся, неприятельский огонь стал более точ­ным, Разрывом тяжелого снаряда был убит офицер-механик бронепоезда подпоручик Карнович и тяжело ранен другой офицер. Броне­поезд «Офицер» был вынужден отойти от ра­зъезда Сараевка на укрытую позицию. Около полудня началось наступление нашей пехоты, задержавшееся из-за несвоевременного прибы­тия танков. Бронепоезда «Офицер» и «Слава Офицеру» заняли тогда разъезд Сараевка, по­чинили железнодорожный путь, оттеснили бро­непоезда красных и подошли к станции Солн­цево, в 20 верстах к северу от станции Ржава. Однако здесь бронепоезд «Офицер» попал под перекрестный огонь неприятельской артилле­рии. Гаубичными снарядами был перебит путь, как впереди, так и позади бронепоезда. Он не мог больше маневрировать, оставаясь на участ­ке в 100 сажен. Несмотря на частый неприятель­ский огонь, команда вспомогательного поезда ис­правила путь через 15 минут. Бронепоезд «Офи­цер» получил возможность отойти под прикры­тие ближайшей посадки. Около 5 часов дня бро­непоезда «Офицер» и «Слава Офицеру» ата­ковали станцию Солнцево, занятую двумя со­ветскими бронепоездами. Один из них был во­оружен 6-дюймовым орудием. Несмотря на это, неприятельские бронепоезда были оттеснены. Наши бронепоезда преследовали их вплоть до участка, где железнодорожный путь оказался взорванным во многих местах.

6 сентября наши бронепоезда, входившие в состав 2-го бронепоездного дивизиона, получили задание содействовать наступлению частей Корниловской дивизии на Курск. Действиями бро­непоездов руководил старший в чине коман­дир тяжелого бронепоезда «Иоанн Калита» полковник Зеленецкий. Наступление наших войск началось из района станции Солнце­во. Ближайшая станция Полевая, в 25 вер­стах к югу от Курска, была занята без боя. Красные занимали позицию к югу от реки Сейм. Их бронепоезда стояли примерно в 3 верстах впереди этой позиции. Двигавшиеся впереди наших пехотных частей бронепоезда «Генерал Корнилов» и «Иоанн Калита» всту­пили в бой с неприятельскими бронепоездами, между тем как бронепоезду «Офицер» было поручено охранять железнодорожную линию между станциями Солнцево и Полевая. Коман­дир бронепоезда «Иоанн Калита» полковник Зеленецкий отправился с телефонистами на на­блюдательный пункт. Вместе с ним был также
штабс-капитан Амасийский, который руководил в этот день стрельбой бронепоезда. Три боевые площадки с тяжелыми орудиями бронепоезда «Иоанн Калита» не были расцеплены, как при обыкновенном выезде на позицию. Обычно это делалось для того, чтобы все тяжелые орудия могли стрелять с некоторого расстояния друг от друга. Но обстановка начала боя требовала и от тяжелого бронепоезда большей подвижности. Зато при сцепленном боевом составе могло стре­лять вперед только одно головное 5-дюймовое английское орудие. Рассматривая в подзорную трубу Цейсса посадки, среди которых должны были находиться неприятельские бронепоезда, штабс-капитан Амасийский заметил товарный вагон красноватого цвета, по-видимому, прице­пленный к боевому составу одного из советских бронепоездов. Он передал на бронепоезд «Ио­анн Калита» указания для начала пристрелки этой цели. После второго выстрела головного 5-дюймового орудия наш снаряд попал прямо в замеченный товарный вагон. Произошел очень сильный взрыв. По полученным позднее све­дениям, в вагоне был груз пироксилина, пред­назначенного для разрушения пути и моста че­рез реку Сейм. Передавали, что взрывом был убит командир одного из советских броне­поездов. Под впечатлением взрыва два неприя­тельских бронепоезда поспешно отошли к реке Сейм и не успели уничтожить по пути железно­дорожный мостик через ручей перед позицией красных. Бронепоезд «Иоанн Калита» передви­нулся к концу посадки и с этой позиции обстре­ливал бронепоезда и окопы красных. Затем, под прикрытием огня бронепоезда «Иоанн Калита» легкий бронепоезд «Генерал Корнилов» выдви­нулся вперед и прошел по мостику через ручей. Остановившись на уровне окопов красных, бро­непоезд «Генерал Корнилов» открыл по ним про­дольный огонь из орудий картечью и из пуле­метов. Как только эта стрельба прервалась на короткое время, красные стали выскакивать из окопов в нашу сторону без винтовок для сдачи в плен. Другие убегали по окопам в стороны от железной дороги. Так повторилось несколько раз. С наблюдательного пункта бронепоезда «Иоанн Калита» был вызван небольшой отряд из состава команды с двумя ручными пулеме­тами Льюиса для встречи и охраны сдающихся в плен. Около 600 пленных были переданы ча­стям Корниловской дивизии. Наши бронепоез­да оставались в таком положении до подхода нашей пехоты. Подошедшие части Корнилов­ской дивизии заняли оставленную красными позицию. Подошел также бронепоезд «Офи­цер», ранее охранявший тыл. Наступила темно­та.

Около 23 часов 6 сентября, после совещания начальников, командовавший бронепоездным дивизионом полковник Зеленецкий решил про­извести ночное нападение на станцию Курск. На южном берегу реки Сейм у начала моста было оставлено охранение от Корниловского полка с танком. Большой мост через реку Сейм ока­зался почти неповрежденным. Взорванный красными один стык рельсов на мосту был бы­стро исправлен и подкреплен, и три наших бро­непоезда благополучно перешли на северный берег реки Сейм. По левой колее железной до­роги двинулся дальше бронепоезд «Офицер» и за ним бронепоезд «Иоанн Калита»; по правой колее пошел бронепоезд «Генерал Корнилов». Боевой частью бронепоезда «Офицер» коман­довал в этот день штабс-капитан Симмот, а бое­вой частью бронепоезда «Генерал Корнилов» — штабс-капитан Заздравный. За бронепоездами следовали два вспомогательных поезда. Перед легкими бронепоездами шла пешая разведка, которой руководил лично полковник Зеленец­кий. Движение происходило без огней и в ти­шине, насколько это было технически возмож­но. Подойдя ко входному семафору станции Курск, пешая разведка увидела два бронепоезда красных, но сама не была ими замечена. Развед­чики были настолько близко к неприятелю, что могли слышать среди ночной тишины спор у красных. Одни хотели выехать вперед, а дру­гие не хотели. Бронепоезда «Офицер» и «Ге­нерал Корнилов» открыли огонь одновременно, с. расстояния около 20 сажен. Один из наших снарядов попал в бронепоезд красных. Непри­ятельские бронепоезда устремились назад и скрылись между товарными составами. При пер­вых выстрелах все освещение на станции пога­сло. Бронепоезд «Офицер» немедленно выслал вперед разведку для осмотра пути и двинулся вслед за неприятелем. В это время у бронепоез­да «Генерал Корнилов» сошла с рельс предо­хранительная площадка, и он задержался. Пройдя около версты по станционным путям, бронепоезд «Офицер» внезапно обнаружил стоявший бронепоезд красных под названием «Кронштадтский», подошел к нему вплотную и дал три выстрела. Одним из трех наших попа­даний был подбит неприятельский паровоз и об­варены вырвавшимся паром находившиеся на нем два механика. Команда советского бронепо­езда была частью перебита, а частью бежала. Помощник командира советского бронепоезда не исполнял требования выйти со своей площад­ки. Тогда штабс-капитан Шахаратов, занимав­ший должность старшего офицера бронепоезда «Офицер», первый вскочил на неприятельскую боевую площадку. Советский помощник коман­дира вышел ему навстречу как будто с целью сдаться в плен. Но он внезапно проговорил: «Ну, пока суть да дело…», выхватил револьвер и выстрелил в штабс-капитана Шахаратова в упор. К счастью, красный промахнулся и был тотчас убит подоспевшими чинами бронепоезда «Офицер»

Несмотря на возникшее на станции Курск замешательство, красные пытались эвакуировав свои поездные составы, из коих некоторые сто­яли под парами. Но нашими снарядами были повреждены выходные стрелки, и вскоре про­изошло крушение. Второй неприятельский бро­непоезд «Истребитель» сошел с рельс. Он был замечен благодаря пламени вспыхнувшего по­жара, и бронепоезд «Офицер» обстрелял его с расстояния около 80 сажен. Тремя нашими вы­стрелами было подбито головное 42-линейное орудие противника, убиты находившиеся при нем трое красных и разбит сухопарник парово­за. В это время к бронепоезду «Офицер» подо­шел посланный от советского коменданта стан­ции с требованием «прекратить стрельбу по своим». Посланный был убит на месте. Легкие бронепоезда «Офицер» и «Генерал Корнилов» продолжали по временам открывать артилле­рийский и пулеметный огонь по району станции. Тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита» дал не­сколько выстрелов в направлении на город Курск. Эта стрельба была без точного прицела, но повлияла на наш успех: красные не только оставили станцию, но у них возник беспорядок и в городе.

Наши бронепоезда оставались на станции Курск примерно до 2 часов ночи на 7 сентября. К этому времени вода в их паровозах была уже на исходе. Вследствие загруженности станции, происшедших крушений поездных составов и бегства железнодорожных служащих не было возможности произвести маневры для снабже­ния наших паровозов водой. Кроме того, с наступлением рассвета красные могли бы опомниться и заметить, что на станции нет еще никаких на­ших войск, кроме трех бронепоездов. Поэтому командовавший нашими бронепоездами полков­ник Зеленецкий принял решение оставить стан­цию и отойти к нашему расположению. При этом был вывезен первый из подбитых неприя­тельских бронепоездов под названием «Крон­штадтский», состоявший из двух двухорудийных бронеплощадок и одного паровоза. Воору­жение его состояло из четырех 3-дюймовых ору­дий (из коих два — новейшего образца 1914 го­да) с запасом около 1500 снарядов и 8 пулеметов. Орудия были установлены в закрытых башнях, имеющих круговое вращение посредством зуб­чатой передачи, работой одного человека. Весь боевой состав этого советского бронепоезда был сделан очень тщательно и, по-видимому, был недавно выпущен с завода. Команда бронепоез­да состояла из матросов Балтийского флота. Второй же подбитый бронепоезд противника, со­шедший с рельс и находившийся между соста­вами товарных вагонов, ночью вывезти не уда­лось. Позднее выяснилось, что на станции Курск находился и третий советский бронепоезд под названием «Черноморец», многократный про­тивник наших бронепоездов за последние меся­цы, отличавшийся очень сильным вооружением (по-видимому — четыре морских 105-милиметровых скорострельных орудия). Этот тяжелый бронепоезд стоял у депо станции Курск, близ северного семафора. Вследствие происшедших южнее крушений он не мог приблизиться к ме­сту ночного боя и ушел в тыл красных. На рас­свете 7 сентября наши три бронепоезда благо­получно вернулись в расположение наших войск. За ночное дело на станции Курск после­довали награждения команд Георгиевскими кре­стами и медалями. Действия наших бронепоез­дов позволили пехотным частям сравнительно легко захватить подготовленную неприятель­скую позицию к югу от Курска, а также занять станцию и город Курск без боя. При этом на­шим войскам досталось много военного имуще­ства. Если бы не произошло ночного нападения наших бронепоездов на станцию Курск, то крас­ные, вероятно, еще оказали бы упорное сопро­тивление перед самым городом.

В 9 часов утра 7 сентября бронепоезд «Офи­цер» совместно с частями 1-го Корниловского полка снова занял оставленную красными стан­цию Курск. Вследствие крушений, загромоздив­ших пути во время ночного нападения наших бронепоездов, красные не смогли произвести эвакуацию станции. На ней остались составы с грузами военного снаряжения, обмундирования и съестных припасов, а также подбитый ночью боевой состав советского бронепоезда «Истреби­тель», вооруженный одним 42-линейным оруди­ем и двумя 3-дюймовыми орудиями. После очи­стки путей бронепоезд «Офицер» продвинулся около 17 часов 7 сентября до станции Букреевка, примерно в 10 верстах к северу от Курска, и на­гнал там отступавший 1-ый Курский советский пехотных полк. После нашего обстрела красные сдались. В этом бою было взято около 500 плен­ных.

К западу от главного операционного направ­ления Харьков — Курск — Орел войска Добро­вольческой армии должны были также перейти в наступление в начале сентября вдоль желез­нодорожной линии Харьков — Готня — Львов — Брянск. На этой линии находились тогда в районе станции Псел, примерно в 40 вер­стах к северо-западу от узловой станции Гот­ня, легкий бронепоезд «Генерал Дроздовский» и тяжелый бронепоезд «Грозный». 3 сентября бронепоезд «Грозный» выезжал к железнодорожному мосту через реку Псел для содействия Самурскому полку, который наступал совместно с другими нашими вой­сками. Бронепоезд обстреливал расположение советских батарей. Однако в этот день на­ступление наших частей не имело успеха. С ут­ра 4 сентября бронепоезд «Грозный» снова со­действовал наступлению Самурского полка, об­стреливая неприятельские окопы и батареи. Между тем, выдвинувшийся вперед легкий бро­непоезд «Генерал Дроздовский» был принужден отходить, ведя бой с преследовавшим его бронепоездом красных. Тогда бронепоезд «Гроз­ный» перенес огонь своих тяжелых орудий на советский бронепоезд. Через несколько минут этот последний поспешил скрыться за бугром в направлении следующей станции Суджа. Мед­ленное продвижение наших пехотных частей продолжалось утром 5 сентября. Западнее же­лезной дороги находились части Белозерского полка, а восточнее — части Самурского полка. Бронепоезда «Генерал Дроздовский» и «Гроз­ный» стали сначала на позицию у железнодо­рожного моста через реку Ворожба. Затем бро­непоезд «Генерал Дроздовский» двинулся впе­ред в сопровождении одной боевой площадки с 5-дюймовым орудием от бронепоезда «Грозный» для его поддержки. Бронепоезд красных вышел со станции Суджа навстречу нашим бронепоез­дам, но вскоре под их огнем был принужден отойти на станцию. После этого станция Суджа, примерно в 20 верстах от станции Псел, была занята бронепоездом «Генерал Дроздовский», который шел на уровне наших пехотных цепей. Затем на станцию Суджа подошел и бронепо­езд «Грозный», который преследовал артилле­рийским огнем уходивший неприятельский бро­непоезд и открыл пулеметный огонь по обнару­женным обозам красных. В это время на стан­цию прибыл начальник 3-ей пехотной дивизии генерал Витковский и наблюдал за развитием боя. Преследование противника закончилось у моста через реку Суджа, который оказался по­врежденным. К вечеру 5 сентября город Суджа был окончательно занят нашими войсками. На следующее утро 6 сентября бронепоезда «Гене­рал Дроздовский» и «Грозный» вышли к же­лезнодорожному мосту. Включившись в прави­тельственный телефонный провод, удалось под­слушать разговор советских начальников на следующей станции Локинская, примерно в 15 верстах от станции Суджа. Благодаря этому бы­ла удачно обстреляна станция и стоявшие перед ней два бронепоезда красных. К вечеру продви­жение наших войск стало развиваться успеш­нее. Наши бронепоезда шли вместе с наступав­шими частями Белозерского полка. В 2 верстах от станции Локинская бронепоезда «Генерал Дроздовский» и «Грозный» были вынуждены остановиться из-за порчи пути. Там они вступи­ли в бой с бронепоездом и батареей противника. К концу дня 6 сентября станция Локинская бы­ла занята нашими войсками.

В центре Добровольческой армии части 5-го конного корпуса, растянутые на широком фрон­те, не были достаточно сильны, чтобы перейти в решительное наступление. В конце августа им пришлось даже отойти от важной узловой стан­ции Бахмач. Поэтому в первые дни сентября бро­непоезд «Орел» нес службу сторожевого охра­нения к югу от Бахмача, при разделении желез­нодорожных линий на Круты и на Ичню. При этом приходилось вступать в бой с бронепоездом красных «Советская Россия». 6 сентября на­ши конные части обходным движением вышли в тыл противнику, который оставил Бахмач. Ут­ром 7 сентября бронепоезд «Орел» прибыл на станцию Бахмач и получил там от командира полка задачу: продвинуться по линии Бахмач — Гомель, чтобы оттеснить неприятельский бро­непоезд «Советская Россия». Этот бронепоезд продолжал издали обстреливать станцию Бах­мач. Приказано было также взорвать, если воз­можно, большой мост через реку Десна, пример­но в 40 верстах к северо-западу от Бахмача. На две недели раньше бронепоезд «Орел» доходил до этого моста через реку Десна, к северу от ко­торого находилась станция Макошино. Тогда взрыв моста, вероятно, удался бы, но на это не было приказаний. Теперь же было уже поздно. Обстановка изменилась, и задача оказалась не­выполнимой. Бронепоезд «Орел» и подошед­ший тяжелый бронепоезд «Князь Пожарский» вступили в бой с бронепоездом красных. Вы­сланный вперед офицер-наблюдатель коррек­тировал артиллерийский огонь наших бронепо­ездов. Советский бронепоезд был вынужден от­ходить. Бронепоезд «Орел», продолжая вести огонь, преследовал его и занял станцию Чесноковка, примерно в 10 верстах от Бахмача. Одна­ко бронепоезд «Советская Россия» отошел не­далеко за эту станцию и начал обстреливать за­градительным огнем железнодорожные пути. Так как наши части не подошли, то дальнейшее продвижение бронепоезда «Орел» оказалось невозможным. После часа перестрелки головное орудие бронепоезда испортилось. Чтобы поме­шать противнику занять станцию Чесноковка, был взорван железнодорожный путь, и броне­поезд «Орел» вернулся на станцию Бахмач.

К западу от Днепра, в районе Киева произо­шел в самом начале сентября первый бой бро­непоезда Добровольческой армии против бро­непоезда петлюровцев. Легкий бронепоезд «Ви­тязь» в бою близ станции Боярка, примерно в 20 верстах от Киева, взял в плен боевой состав противника и его команду. Боевой частью бро­непоезда «Витязь» командовал при этом его старший офицер капитан Имшеник-Кондратович. Захваченные бронеплощадки послужили для сформирования нового бронепоезда, кото­рый получил название «Доблесть Витязя». Ко­мандиром его был назначен капитан Имшеник-Кондратович. Офицерский состав и команда но­вого бронепоезда «Доблесть Витязя» были от­части составлены из числа служивших ранее на бронепоезде «Витязь». Другой частью были вновь поступившие в Киеве. В числе команды было около 25 кадет, около 30 вольноопределя­ющихся и около 25 солдат и казаков. Кроме то­го на бронепоезде «Доблесть Витязя» служили в качестве прислуги около 10 бывших военно­пленных австрийцев. По сформировании бронепоезд «Доблесть Витязя» отправился на линию Киев — Бахмач.

Между тем на других участках фронта во­енные действия против петлюровцев еще не на­чинались и распространялись слухи о возмож­ном подчинении петлюровцев командованию Вооруженных сил Юга России для совместной борьбы против красных. Около 1 сентября на уз­ловой станции Бобринская находился вновь сформированный легкий бронепоезд «Коршун», которым командовал капитан Магнитский. Бро­непоезд получил приказание произвести даль­нюю разведку и прошел без сопровождающего вспомогательного поезда примерно 30 верст на запад от станции Бобринская, до узловой стан­ции Цветково. Боевой опыт многократно под­тверждал значение вспомогательных поездов, в особенности вдали от расположения наших войск. Если наш бронепоезд попадал в тяжелое положение, то вспомогательный поезд мог вы­везти боевой состав с подбитым в бою паровозом или починить разбитые железнодорожные пути на направлении отхода бронепоезда. Однако во вновь сформированном 5-ом бронепоездном ди­визионе вообще не было штатных вспомогатель­ных поездов. От станции Цветково бронепоезд «Коршун» повернул на юг и прошел еще при­мерно 10 верст, до станции Каменный Мост. На станции были замечены несколько петлюров­ских солдат. Но когда они разглядели на стен­ках боевых площадок добровольческие знаки — трехцветные углы, то поспешили уйти. Началь­ник станции сообщил, что поблизости в деревне стоит рота петлюровцев. Днем чины команды бронепоезда «Коршун» ходили в эту деревню для покупки съестных припасов. Они вступили в разговор с петлюровцами. Те говорили, что о военных действиях против Добровольческой ар­мии они ничего не слышали и удивлялись при­бытию нашего бронепоезда. После этого около 10 дней прошли спокойно.

В это время легкий бронепоезд «Генерал Гейман», получивший позднее название «До­броволец», был отправлен по приказанию шта­ба 2-го армейского корпуса на охрану железно­дорожной линии между узловыми станциями Бобринская и Знаменка, примерно в 80 верст длиной. Бронепоезд получил две новые боевые площадки, одного типа с уже имевшейся. На каждой было установлено 3-дюймовое орудие образца 1902 года во вращающейся полубашне.

Сформированный в августе легкий бронепо­езд «Полковник Гусев», участвовавший в пре­следовании красных, которые отходили на се­вер, в сторону Киева, — получил от начальни­ка бронепоездных дивизионов распоряжение идти в Таганрог. Там предполагалось его пере­вооружение материальной частью тяжелого бро­непоезда с новым названием «Богатырь». Этот тяжелый бронепоезд должен был войти в со­став 8-го бронепоездного дивизиона, вместе с легкими бронепоездами «Доброволец» и «Пла­стун».

Немногочисленным войскам и бронепоездам Добровольческой армии, действовавшим к запа­ду от Днепра, удалось в середине сентября по­степенно оттеснять петлюровцев без очень упор­ных боев. Но в это время возникла новая угро­за со стороны более опасного противника, мах­новцев.

(Продолжение следует)

Анд. Алекс. Власов

ОБЩЕСТВО ДРУЗЕЙ «ВОЕННОЙ БЫЛИ»

В воскресенье 11 января 1970 года, в 14 ч. 30 м., в зале Русского Музыкального Об­щества во Франции (26, Avenue de New-York Paris 16) состоится Первое Открытое Со­брание Общества.

С докладами выступят :

Георгий Михайлович фон-Гельмерсен — Русский флот и Императрице Екатерине Второй и его Георгиевские награды.

Александр Васильевич Маслов — Битва у Листвена в 1024 году.

Константин Михайлович Перепеловский — Кавказский театр войны 1877-78 гг. и Ге­оргиевские ленты 1-й степени на штандарте Нижегородцев.

Вступительное слово редактора «ВОЕН НОЙ БЫЛИ» Алексея Алексеевича Геринга.

Присутствовать на собрании сердечно приглашаются все интересующиеся русской военной историей.

Добавить отзыв