Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Tuesday June 27th 2017

Номера журнала

О бронепоездах Добровольческой армии (Продолжение, № 97). – Анд. Алекс. Власов



Тяжелый бронепоезд с орудиями на открытых бронеплощадках. На втором плане — закрытая пулеметная бронеплощадка.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

В первых числах июля 1919 года на фронт Добровольческой армии прибыл вновь сформированный легкий бронепоезд «Слава Офицеру». Возвратился в состав Добровольческой армии тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита», который был отправлен временно на Царицынское направление. Прибыл из Царицына в Харьков легкий бронепоезд «Орел». Не считая трех бронепоездов 1-го дивизиона, оставшихся в районе Царицына, и двух бронепоездов, находившихся на Северном Кавказе, — при Добровольческой армии числилось в начале июля 1919 г. 16 наших бронепоездов. Однако некоторые из них еще не закончили в это время формирования или должны были идти в тыл для ремонта. Между тем с расширением фронта Добровольческой армии нашим бронепоездам надлежало действовать на 9-10 железнодорожных линиях, пересекавших этот фронт. Владея центром России с наибольшим количеством заводов, красные могли скорее развивать строительство новых бронепоездов. Только искусство и решительность командиров наших бронепоездов и доблесть команд позволяли продолжать успешную борьбу с численным и техническим превосходством красных.

Войска 13-ой советской армии, отходившие на север после оставления ими Харькова и Белгорода, замедлили, а затем и прекратили свое отступление. Части 14-ой советской армии отходили в общем направлении на запад к среднему течению Днепра, но предпринимали частные контратаки. Советское командование отдавало себе отчет в возникшей для него опасности и стремилось ускорить сосредоточение главной боевой мощи красных против войск генерала Деникина. Но для переброски подкреплений на южный фронт требовалось значительное время. Между тем и правый фланг Добровольческой армии еще не мог воспользоваться благоприятной обстановкой, приступить к выполнению так называемой «Московской директивы» и перейти в решительное наступление на север. Нашим бронепоездам приходилось, однако, вести частые бои на линиях, отходивших от узловой станции Белгород.

Отправленный в ремонт на станцию Юзово легкий бронепоезд «Генерал Корнилов» получил три новые артиллерийские бронеплощадки системы полковника Голяховского, с вращающимися башнями для орудий, после чего возвратился в Белгород 7 июля. С 8 по 18 июля бронепоезд действовал по линии Белгород — Волчанск совместно с частями Алексеевского полка. На линии Белгород — Курск находился в начале июля тяжелый бронепоезд «Грозный». Он выходил к позиции наших войск у станции Сажное, в 30 верстах от Белгорода, чтобы бороться с приближавшимися бронепоездами красных. Первоначально бронепоезд «Грозный» выезжал в этот период в составе одного 5-дюймового и одного 6-дюймового орудия. Но вскоре обнаружились многочисленные недостатки английских 5-дюймовых орудий: частые осечки, неправильный откат и малый угол обстрела. Тогда бронепоезд «Грозный» стал выезжать в составе двух 6-дюймовых орудий, между тем как 5-дюймовые орудия пришли в негодность и были отправлены на завод в Харьков. Со стороны красных появился на этом участке бронепоезд «Черноморец». Он был тогда вооружен двумя 105-милиметровыми орудиями с дальностью стрельбы до 14 верст и потому мог оставаться вне досягаемости орудий бронепоезда «Грозный». 7 июля на Курское направление был временно вызван легкий бронепоезд «Офицер», который поддерживал наступление частей Корниловского полка на селение Лески. Починив железнодорожный путь, бронепоезд вышел вперед и своим огнем принудил к молчанию батарею красных, несмотря на ответные выстрелы тяжелого бронепоезда противника. 8 июля бронепоезд «Офицер» вернулся на линию Белгород — Готня и в течение ближайших дней несколько раз вел перестрелку с бронепоездами красных между станциями Томаровка и Герцовка, в расстоянии примерно 40 верст к северо-западу от Белгорода. 16 июля было замечено, что два неприятельских бронепоезда продвигаются к станции Герцовка. Бронепоезд «Офицер» вышел вперед на открытую позицию, вступил с ними в бой и вскоре оказался под сильным обстрелом 42-линейных и легких орудий противника. Нашим огнем один из неприятельских бронепоездов был подбит и принужден замолчать. Но в то же время тяжелый неприятельский снаряд попал в паровоз бронепоезда «Офицер», пробил броню и разорвался в котле. Вырвавшимся паром были тяжко обожжены машинист Никитин и его помощник Ефременко, которые потом оба умерли от ожогов, а также офицер связи прапорщик Бедрик. Не имея возможности двигаться, бронепоезд «Офицер» продолжал все-таки вести огонь. Тогда вспомогательный поезд под командой хорунжего Щекина подошел к бронепоезду под жестоким обстрелом противника, взял боевой состав бронепоезда на фаркоп и вывез его в тыл. Неприятельский снаряд попал в вагон вспомогательного поезда, причем разрывом были убиты два солдата и несколько солдат ранены. По возвращении из этого боя была получена телеграмма командующего Добровольческой армией с благодарностью за доблестную работу бронепоезда.

В центре Добровольческой армии было предпринято в первой половине июля 1919 г. наступление к Полтаве как первый этап для осуществления плана Главнокомандующего: выйти на рубеж реки Днепр. Наступление велось вдоль двух железнодорожных линий: Харьков — Полтава и Лозовая — Полтава. В наступлении со стороны Харькова приняли участие легкие бронепоезда «Слава Офицеру», «Орел», «Генерал Дроздовский» и тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита». Состоявший под командой капитана Харьковцева бронепоезд «Слава Офицеру» отправился на фронт, на Полтавское направление, 3 июля. В ночь с 6 на 7 июля началась подготовка к внезапному нападению на занятую красными станцию Коломак, примерно в 80 верстах к западу от Харькова. С наступлением темноты приступили к починке взорванного пути по направлению к неприятелю. По мере починки пути бронепоезд «Слава Офицеру» медленно продвигался к расположению красных. Командир бронепоезда капитан Харьковцев шел пешком впереди в сопровождении одного офицера и разведчиков, которые осматривали кусты. В полной тишине прошли первую будку, где никого не было. Не доходя до второй будки, пришлось залечь, так как сзади стали слышны гулкие удары молота, а со стороны близкой деревни лаяли собаки. Командир бронепоезда приказал затем окружить будку, выставил охранение и вошел в будку сам. Путевой сторож дал нужные сведения о состоянии железнодорожного пути до станции Коломак. Во время разговора выяснилось, что в той местности не хватает хлеба.

На рассвете 7 июля бронепоезд «Слава Офицеру» прошел вторую будку и в полной тишине продолжал двигаться вперед. Когда стало совсем светло, бронепоезд миновал слободку с мельницей и подошел к полю ржи. Внезапно из этой ржи была открыта по бронепоезду ружейная стрельба залпами. Бронепоезд отвечал пулеметным огнем, но во ржи противника не было видно. Тогда поручик Белавенец вышел из бронепоезда с пулеметным взводом. Пулеметы были быстро установлены около полотна на сваленном вагоне и на деревянных щитах. После этого наш пулеметный огонь стал более действительным и красные поспешно отошли. Пулеметный взвод вернулся на бронепоезд «Слава Офицеру», который снова медленно двинулся вперед. Вскоре был замечен идущий навстречу неприятельский бронепоезд «Товарищ Егоров». Бронепоезд «Слава Офицеру» открыл частый огонь из своих трех орудий по советскому бронепоезду и появившейся пехоте и артиллерии противника. Красные стали отходить к станции Коломак, и несколько эшелонов ушло с нее в сторону следующей станции Искровка. На расстоянии около 100 сажен от станции Коломак бронепоезд «Слава Офицеру» должен был остановиться из-за взорванного пути. Тогда командир бронепоезда капитан Харьковцев вышел из боевого состава с пулеметным взводом, атаковал станцию и занял ее. Пулеметы с бронепоезда были установлены на платформе и расстреливали отходящую конницу и артиллерию красных. Однако действия наших войск в этот день не были достаточно согласованы. Бронепоезд «Слава Офицеру» атаковал станцию Коломак самостоятельно, между тем как начало наступления остальных наших войск было назначено на 7 часов утра. Бронепоезд «Слава Офицеру» не мог долго держаться один у станции Коломак до подхода нашей пехоты и тяжелого бронепоезда «Иоанн Калита». Красные оправились от неожиданности и перешли в наступление на станцию Коломак при поддержке своего бронепоезда. На бронепоезде «Слава Офицеру» заклинилось головное орудие, так что он не мог отвечать на обстрел. Наш пулеметный взвод, занимавший станцию, оказался в тяжелом положении. Неприятельские снаряды стали попадать в здание станции, осыпая наших пулеметчиков обломками досок и кирпичей. Один из пулеметов был разбит. Один пулеметчик был убит, а другой ранен. Командир бронепоезда капитан Харьковцев приказал отходить. Под жестоким пулеметным и ружейным огнем чины бронепоезда подобрали раненого и отошли к своему боевому составу. После этого бронепоезд «Слава Офицеру» стал медленно двигаться назад. Когда он прошел около 200 сажен, то оказалось, что позади бронепоезда неприятельским снарядом поврежден путь. Красные заметили трудное положение бронепоезда и продолжали наступление. Несколько человек из состава команды были высланы навстречу красным, чтобы подорвать путь и не дать неприятельскому бронепоезду подойти вплотную. Тем временем производилась спешная починка поврежденного пути позади бронепоезда для его дальнейшего отхода. Был снова высажен пулеметный взвод для охраны работающих. Под сильным обстрелом батареи и бронепоезда красных железнодорожный путь был наконец исправлен, и бронепоезд «Слава Офицеру» благополучно вернулся на соседнюю с востока станцию Водяная.

Позднее начали наступление на станцию Коломак части Самурского полка. Бронепоезд «Слава Офицеру» отделил от боевой части две бронеплощадки с заклинившимися орудиями и снова вышел в бой в составе одной орудийной и одной пулеметной бронеплощадки. Наша пехота была встречена неприятельским бронепоездом. Под его огнем наши цепи залегли во ржи и не поднимались. Тогда бронепоезд «Слава Офицеру» двинулся быстрым ходом на советский бронепоезд «Товарищ Егоров». Первыми же орудийными выстрелами бронепоезд противника был подбит и столкнулся со своим вспомогательным поездом. Часть команды бронепоезда «Слава Офицеру» выскочила из своих боевых площадок и атаковала неприятельский боевой состав. После короткой схватки красные обратились в бегство. Командовавший советским бронепоездом был убит наповал выстрелом из револьвера. (По сведениям, полученным позднее, это был не командир неприятельского бронепоезда, а его помощник, выехавший в тот день на боевой части). Бронепоезд «Слава Офицеру» подошел к боевому составу красного бронепоезда «Товарищ Егоров» и при громком «ура» команды взял его на фаркоп. Красные предприняли несколько контратак, но всякий раз отбрасывались огнем наших пулеметов и тех пулеметов, которые были только что захвачены в бою. Потери неприятеля в этом бою были велики; много трупов лежало на окрестных полях. На следующий день 8 июля бронепоезд «Слава Офицеру» со взятым в плен советским боевым составом возвратился в Харьков.

11 июля в Харьков прибыл легкий бронепоезд «Орел» и получил приказание отправиться на линию Харьков — Полтава в распоряжение командира Самурского полка полковника Звягина. 12 июля бронепоезд поддерживал наступление батальона Самурского полка на станцию Искровка, примерно в 5 верстах к западу от станции Коломак. Во время боя с артиллерией красных оба орудия бронепоезда испортились. 13 июля на фронт была спешно вызвана пулеметная площадка бронепоезда «Орел», так как красные повели наступлением на станцию Искровка под прикрытием сильного артиллерийского огня. Пулеметная площадка бронепоезда «Орел» была поддержана в этот день огнем тяжелого бронепоезда «Иоанн Калита», который был отправлен затем на линию Харьков — Ворожба. После боя противник был принужден отойти в исходное положение. На следующий день 14 июля на бронепоезде «Орел» было исправлено первое орудие и заменено второе орудие. Наши бронепоезда вышли на фронт к станции Искровка в следующем порядке: легкие бронепоезда «Генерал Дроздовский» и «Орел» и вновь прибывший на это направление тяжелый бронепоезд «Князь Пожарский». Противник открыл сильный артиллерийский огонь по нашим бронепоездам, которые, согласно приказанию, не отвечали на него в течение трех часов. Затем, с помощью наблюдателя бронепоезда «Князь Пожарский» были обнаружены батарея и бронепоезд красных. Тогда артиллерийским огнем наших бронепоездов противник был принужден замолчать. Наши бронепоезда постепенно продвинулись на 7 верст к западу от станции Искровка и подошли к следующей станции Скороходово, но с наступлением темноты отошли обратно.

На направлении Лозовая — Полтава действовали первоначально легкие бронепоезда: «Дмитрий Донской», «Витязь» и «Генерал Шкуро», и не долго — тяжелый бронепоезд «Князь Пожарский». Бронепоезд «Дмитрий Донской» прибыл на это направление, на станцию Константиноград, 24 июня. Боевая часть его состояла тогда из двух высоких четырехосных бронеплощадок. На каждой было установлено по одному 75-милиметровому морскому орудию, защищенному полубашней. Особой пулеметной бронеплощадки не было, а имевшиеся 12 пулеметов разных систем помещались в амбразурах орудийных площадок. В ближайшие дни на фронте было спокойно. Бронепоезд «Дмитрий Донской» получил задачу оборонять станцию Константиноград от советского бронепоезда, находившегося на станции Карловка, примерно в 30 верстах западнее. Для этого бронепоезд «Дмитрий Донской» выходил на целый день к разъезду Кумы и станции Ланная, примерно в 15 верстах от Константинограда в сторону противника. На этот же участок выезжал и бронепоезд «Генерал Шкуро», боевая часть которого состояла из одной бронеплощадки с двумя 3-дюймовыми орудиями. У бронепоезда «Дмитрий Донской было преимущество над неприятелем в смысле дальнобойности орудий. Но запас 75-милиметровых снарядов был очень ограничен, и скорого пополнения его не ожидалось. Поэтому было приказано соблюдать при стрельбе строгую экономию снарядов. Стрельба велась при помощи цейссовской трубы. 1 июля командир бронепоезда «Дмитрий Донской» капитан II ранга Бушен отбыл в Каспийскую флотилию вместе со всеми служившими на бронепоезде морскими офицерами. Во временное командование бронепоездом вступил капитан Лихачев.

В ночь на 4 июля конный отряд красных прорвался южнее Константинограда в наш тыл и взорвал железнодорожный мост у станции Кегичевка, примерно в 25 верстах к востоку от Константинограда, в направлении на Лозовую. Таким образом было нарушено железнодорожное сообщение наших войск, занимавших Константиноград, и находившихся при них бронепоездов с тылом. Днем 4 июля красные перешли в наступление на Константиноград большими силами. Наши бронепоезда прикрывали отход наших кавалерийских и гвардейских пехотных частей, находясь под огнем неприятельских бронепоездов и батарей. Бронепоезд красных, вооруженный 3-дюймовыми орудиями, не мог продвинуться за станцию Ланная из-за огня бронепоезда «Дмитрий Донской» и стрелял со своей предельной дальности. Маневрируя близ разъезда Кумы, бронепоезд «Дмитрий Донской получил два попадания: в бронеплощадку и в контрольную платформу. При этом было контужено двое чинов команды. Затем бронепоезду было приказано взять две сотни чеченцев и с ними отправиться в тыл, к взорванному мосту. На фронте у Константинограда оставался бронепоезд «Генерал Шкуро». Около 16 часов бронепоезд «Дмитрий Донской» прибыл к мосту у станции Кегичевка для охраны работ по его починке. По другую сторону моста, ближе к станции Лозовая, находился в это время бронепоезд «Витязь», которым командовал полковник Александров. Боевая часть его состояла из трех низких бронеплощадок, вооруженных двумя 75-милиметровыми орудиями и одним 3-дюймовым орудием. В ночь на 5 июля Константиноград был оставлен нашими войсками. 6 июля была закончена починка взорванного железнодорожного моста у станции Кегичевка. Это позволило нашим бронепоездам выдвинуться для поддержки наших отступавших гвардейских частей к станции Балки, примерно в 10 верстах к востоку от Константинограда. Впереди находился бронепоезд «Дмитрий Донской», за ним — легкий бронепоезд «Витязь» и тяжелый бронепоезд «Князь Пожарский». Со стороны красных действовали также два легких бронепоезда и один тяжелый. Советские бронепоезда вели частый огонь, не жалея снарядов. Все же они не смогли подойти к станции Балки на близкое расстояние, так как наши бронепоезда при ограниченном количестве снарядов успели, однако, пристрелять прямую линию железной дороги при подходе к станции Балки. 8 июля наши гвардейские части и подошедшие пластуны генерала Геймана перешли в наступление на Константиноград. Поддерживавший это наступление бронепоезд «Генерал Шкуро» получил два попадания 42-линейных снарядов в бронепаровоз и бронеплощадку. В течение дальнейшего боя нашими бронепоездами «Дмитрий Донской» и «Витязь» был подбит легкий бронепоезд красных, стоявший у сахарных складов. Около 16 часов станция Константиноград была нами занята. Другие неприятельские бронепоезда отошли, отстреливаясь, на станцию Карловка. Наши бронепоезда заняли к вечеру разъезд Кумы. 9 июля наша попытка овладеть станцией Ланная не имела успеха. Открытое полотно железной дороги обстреливалось большим числом неприятельских орудий, и для наших бронепоездов не было никаких укрытий. В ближайшие после этого дни преследование отходивших красных было очень затруднено необходимостью чинить взорванные ими железнодорожные пути.

День взятия войсками Добровольческой армии города Полтавы указывается в разных источниках неодинаково: от 12 до 15 июля. Последнее число представляется более вероятным. В этот день со стороны Харькова приближались к Полтаве легкие бронепоезда «Орел» и «Генерал Дроздовский» и одна площадка тяжелого бронепоезда «Князь Пожарский» под командой поручика Машорина. Со стороны Лозовой подходили к Полтаве легкие бронепоезда «Дмитрий Донской» и «Витязь». В трех верстах от Полтавы бронепоезд «Орел» вступил в бой с отходившими красными. Связь между отдельными нашими частями не была налажена. Поэтому, подходя к стрелкам станции Полтава, бронепоезд «Орел» принял двигавшийся по другой линии бронепоезд «Дмитрий Донской» за неприятеля и открыл по нему огонь. Несколько орудийных выстрелов, по счастью, не причинили вреда. Бронепоезд «Дмитрий Донской» несколько отошел, и с него были высланы чины команды с национальным флагом, чтобы прекратить недоразумение. Наши бронепоезда лишь вечером смогли войти на станцию Полтава, где было захвачено много поездных составов. После взятия Полтавы бронепоезд «Орел» был отправлен на линию Харьков — Ворожба. Бронепоезд «Витязь» наступал по линии Полтава — Кременчуг. Бронепоезд «Дмитрий Донской» продвинулся по линии на Киев до станции Решетиловка, примерно в 30 верстах от Полтавы. Там наступление наших частей было задержано бронепоездом красных. Бронепоезд «Дмитрий Донской» вступил с ним в бой, заставил, отойти, и станция Решетиловка была нами занята. В этом бою были израсходованы последние 75-милиметровые снаряды бронепоезда «Дмитрий Донской». На следующий день бронепоезд получил приказание отправиться для ремонта на станцию Юзово.

Войска конного корпуса генерала Шкуро были немногочисленны по сравнению с занятой ими обширной территорией. Однако постепенное продвижение их на западном берегу Днепра продолжалось. Сформированный в Екатеринославе бронепоезд номер 2-ой нес разведывательную службу в районе станции Сухачевка, в 15 верстах к западу от Екатеринослава. 2 июля его боевая часть была усилена получением одной бронеплощадки. Часть ее была занята бронированной кабинкой с четырьмя пулеметными гнездами. Впереди кабинки было установлено на тумбе вращающееся 3-дюймовое орудие, защищенное полубашней. Кроме того был получен бронепаровоз. 6 июля бронепоезд № 2 и бронепоезд № 1, от которого ведет свое начало легкий бронепоезд «Генерал Шифнер-Маркевич», вступили в бой с красными у станции Сухачевка и преследовали противника на расстоянии свыше 10 верст, до станции Запорожье. На этой станции были захвачены 2 платформы, блиндированные шпалами, пять 3-дюймовых орудий, много снарядов и патронов, десять походных кухонь и агитационный поезд. На следующий день 7 июля наши бронепоезда отошли, по приказанию начальника боевого участка, обратно на станцию Сухачевка. 12 июля бронепоезд номер 2-ой участвовал в бою совместно с 3-им Кубанским пластунским батальоном и частями 5-ой пехотной дивизии. Красные были отброшены, и преследование их продолжалось до узловой станции Верховцево, в 70 верстах от Екатеринослава. Были замечены попадания в два неприятельских бронепоезда. На бронепоезде номер 2-ой были ранены его командир полковник Бурков и один офицер. В командование бронепоездом вступил поручик Назаров. 13 июля бронепоезд номер 2-ой был переименован в легкий бронепоезд «Генерал Гейман».

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Во второй половине июля 1919 года Вооруженные силы Юга России занимали широкий фронт примерно в 1.200 верст. В это время произошли перемены в советском высшем командовании. С ними совпала разработка нового плана большого наступления красных против Вооруженных сил Юга России. Главнокомандующим всеми советскими войсками вместо Вацетиса был назначен Каменев. Командующим Южным фронтом стал Егорьев, сменивший Гиттиса. Директива штаба советского Южного фронта задавалась целью нанести поражение войскам генерала Деникина посредством сочетания наступлений двух сильных войсковых групп. Для главного удара предназначалась группа войск под командой Шорина в составе 9-ой и 10-ой советских армий и подкреплений, подвозившихся в район Ртищево — Аткарск — Саратов. Группа Шорина должна была отбросить войска Кавказской армии генерала Врангеля, которая к этому времени заняла город Камышин на Волге. Ее передовые части продвинулись до местности в 80 верстах к югу от Саратова. В дальнейшем предполагалось вытеснить Кавказскую армию из Царицына и развивать оттуда наступление советских войск веером: на запад и юго-запад. Воспомогательный удар был поручен группе под командой Селивачева, в составе частей 8-ой и 13-ой советских армий. Предполагалось довести численность войск этой группы до 37.000 человек при 250 орудиях. Войска группы Селивачева должны были наступать с севера на юг, по направлению Старый Оскол — Валуйки — Купянск, против левого фланга Донской армии и правого фланга Добровольческой армии. С занятием красными Купянска, к востоку от Харькова, создавалась угроза прорыва между Донской и Добровольческой армиями и нового вторжения советских войск в Донецкий бассейн.

Пока красные готовились к выполнению своего плана, правый фланг Добровольческой армии еще не мог во второй половине июля 1919 года предупредить противника и перейти в общее наступление, указанное так называемой «Московской директивой» Главнокомандующего. На главном направлении Харьков — Белгород — Курск и на направлении Харьков — Ворожба наши войска за две недели почти не продвинулись. Лишь в промежутке между этими линиями было предпринято наступление ограниченными силами на узловую станцию Готня, примерно в 70 верстах к северо-западу от Белгорода. Нашим бронепоездам приходилось между тем вести почти ежедневные бои с советскими бронепоездами на железнодорожных линиях в районе правого фланга Добровольческой армии. Чтобы бороться с численным превосходством красных, приходилось часто перебрасывать отдельные наши бронепоезда с одной линии на другую. Таким образом характерное качество бронепоездов — их подвижность — принесло очень большую пользу. На линии Белгород — Курск наши войска занимали фронт около станции Сажное, примерно в 30 верстах к северу от Белгорода. Около 20 июля на это направление прибыли легкие бронепоезда «Генерал Корнилов» и «Слава Офицеру» и тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита». В ночь на 20 июля бронепоезд «Слава Офицеру» произвел починку пути между станциями Сажное и Беленихино и на рассвете внезапно подошел к станции Беленихино. Занимавшие станцию красные сначала поспешно отступили. Но затем подошел неприятельский бронепоезд и открыл весьма меткий огонь. Не имея поддержки со стороны наших войск, бронепоезд «Слава Офицеру» после перестрелки отошел. В это время боевая часть тяжелого бронепоезда «Иоанн Калита» состояла из одной бронеплощадки с 42-линейным орудием на колесном лафете, двух бронеплощадок с 6-дюймовыми морскими орудиями и одной пулеметной площадки с 6 пулеметами. Обычно бронеплощадки с 6-дюймовыми орудиями выходили в бой поочередно. Они часто нуждались в мелком ремонте. Перед открытием огня бронепоезд «Иоанн Калита» расцеплялся на три части: две орудийные бронеплощадки и бронепаровоз с пулеметной площадкой. Расстояние между частями бронепоезда было около 10 сажен. Стрельба велась обычно на дистанции от 5 до 8 верст. При этом стремились незаметно остановить боевой состав в так называемой «посадке», то есть под прикрытием деревьев и кустов, посаженных вдоль железнодорожного полотна. Таковых было довольно много на линии Белгород — Курск. Для успеха маскировки требовалось, чтобы паровоз не дымил заметно. Управление огнем велось с наблюдательного пункта, который мог быть на расстоянии до 2 верст от бронепоезда и соединялся с ним телефонной линией. При командире на наблюдательном пункте должны были находиться: офицер-наблюдатель, телефонисты и еще человека три из команды для охраны. Скорость стрельбы могла доходить для 42-линейного орудия — до трех выстрелов в минуту, а для 6-дюймовых орудий она не превышала одного выстрела в шесть минут. Запас снарядов на бронепоезде «Иоанн Калита» был в течение июля 1919 г. достаточный.

23 июля легкий бронепоезд «Слава Офицеру» вышел на позицию и попал под сильный обстрел красных. Взрывом неприятельского снаряда был убит на бронепоезде подпоручик Голицынский и несколько человек ранено. 26 июля прибыл на Курское направление бронепоезд «Офицер», участвовавший перед тем во взятии узловой станции Готня. В составе одной бронеплощадки он занимал позицию у станции Сажное, а 29 июля в составе трех бронеплощадок вышел на разведку в сторону следующей к северу станции Беленихино. Не доезжая 2 верст до этой станции, бронепоезд был обстрелян тяжелым бронепоездом красных и отошел обратно на станцию Сажное без потерь. 31 июля бронепоезд «Офицер» получил приказание занять к полудню следующего дня станцию Прохоровка, примерно в 25 верстах к северу от станции Сажное, и удерживать ее до подхода нашей пехоты. Ему должен был оказать поддержку тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита». В 22 часа бронепоезд «Офицер» вышел в направлении станции Беленихино и приступил, пользуясь темнотой, к починке железнодорожного пути.

На рассвете 1 августа бронепоезд «Офицер» незаметно подошел на расстояние 2 верст к двум бронепоездам красных, которые стояли севернее станции Беленихино, и открыл по ним огонь из своих трех орудий. Неприятельские бронепоезда стали поспешно отходить, не стреляя. Бронепоезд «Офицер» преследовал их, развивая полный ход. Позднее было установлено, что один из этих двух советских бронепоездов был бронепоезд «Черноморец». Он считался сильнейшим неприятельским бронепоездом на этом участке фронта, был вооружен дальнобойными морскими орудиями и часто вступал в бой с нашими бронепоездами. Его уклонение от боя 1 августа объяснялось, по-видимому, тем, что он был захвачен врасплох, когда на нем был почти израсходован запас снарядов. Сохранился текст обращения по телеграфу командира этого советского бронепоезда к его начальству. Командир требовал в самых грубых выражениях скорейшей доставки снарядов. Уходившие бронепоезда красных миновали станцию Прохоровка, не останавливаясь. Преследуя неприятеля, бронепо-

 

Упрощенное схематическое изображение железнодорожной сети района бронепоездов Добровольческой армии летом и осенью 1919 года.

езд «Офицер» ворвался на станцию, где находились поездные составы с пехотой красных. Они были расстреляны в упор пулеметным огнем с бронепоезда. Многие красноармейцы не успели даже одеться и спасались бегством в одном белье. На станции Прохоровка были захвачены пленные, жилые составы, поезд-баня, аптека, полковая канцелярия, цейхгауз и составы с боевыми припасами. Немедленно были произведены маневры, и часть вагонов с военными грузами была прицеплена к вспомогательному поезду. Между тем бронепоезда красных остановились на закрытой позиции и начали обстреливать станцию Прохоровка из 105-милиметровых орудий. С окраины селения и из-за кустов советская пехота открыла по бронепоезду «Офицер» ружейный и пулеметный огонь, а затем повела наступление в сторону входных стрелок станции. Подошедший тяжелый бронепоезд «Иоанн Калита» не мог сразу оказать поддержку, так как не успел найти удобный наблюдательный пункт и имел лишь ограниченный угол обстрела. Ввиду этого бронепоезд «Офицер» был вынужден временно отойти со станции Прохоровка к ее входному семафору. Через час подошла наша пехота. Бронепоезд «Иоанн Калита» открыл огонь по бронепоездам красных. Наше наступление возобновилось. Преследуя снова отходящие неприятельские бронепоезда, бронепоезд «Офицер» одновременно обстреливал с бортов цепи пехоты красных и дошел до следующей станции Ельниково. Здесь бронепоезд был встречен огнем взвода 42-линейных орудий. Но он продолжал продвигаться дальше, зашел во фланг стрелявших орудий и заставил их замолчать. При дальнейшем продвижении бронепоезд «Офицер» подошел к узловой станции Ржава (до войны 1914 года она носила название «Клейнмихелево» и находилась примерно в 25 верстах к северу от станции Прохоровка). Бронепоезд застиг врасплох и обстрелял еще неразвернувшуюся пехоту красных. Красноармейцы залегли и не решались даже стрелять. Фронт противника был таким образом прорван. Бронепоезд «Офицер» ворвался на станцию Ржава в сопровождении своего вспомогательного поезда и тяжелого бронепоезда «Иоанн Калита». У бугров, занятых пехотой красных, было оставлено охранение из состава команды бронепоезда «Иоанн Калита». В это время происходила эвакуация станции. Часть поездных составов красных отошла на запад по железнодорожной ветке на Обоянь. Нами были захвачены вагоны со снарядами, патронами и винтовками, канцелярии двух советских полков и часть эшелона артиллерийского снабжения, уходившего под нашим огнем по главной линии на Курск. Оборудование станции Ржава было немедленно снято, произведены маневры, и еще несколько вагонов с военным грузом прицеплено к вспомогательному поезду. Между тем красные при поддержке двух батарей повели в месте прорыва фронта наступление на оставленное нами охранение с пулеметным взводом. Пребывание наших бронепоездов на станции Ржава в большом удалении от остальных наших войск становилось опасным. Под сильным огнем противника колонна наших поездов прорвалась обратно к станции Ельниково. На подъеме вспомогательный поезд, шедший вторым, получил два попадания снарядами и был разорван на две части. Вагоны, бывшие в хвосте, покатились на шедший сзади бронепоезд «Иоанн Калита». Однако крушение было предотвращено, и покатившиеся под уклон вагоны были снова сцеплены с составом вспомогательного поезда. С наступлением темноты бронепоезда пришли на станцию Прохоровка, вывезли захваченные там поездные составы и отошли дальше, в Белгород. За день 1 августа бронепоезд «Офицер» прошел с боем до 45 верст и захватил три станции с находившимися на них воинскими составами. Однако прорыв фронта красных и смелое проникновением наших бронепоездов глубоко в расположение противника не были использованы.

За несколько дней перед этим бронепоезд «Офицер» принял участие в наступлении наших войск вдоль соседней линии Белгород — Готня, которое началось 23 июля. На следующий день 24 июля бронепоезд «Офицер», двигавшийся в голове колонны наших бронепоездов, подошел к станции Готня, где был встречен сильным огнем бронепоездов красных. Несмотря на это бронепоезду «Офицер» удалось починить поврежденный путь и двинуться дальше в атаку на неприятеля. Нашим снарядом было подбито головное орудие советского бронепоезда «Воля». Ведя бой с пехотой красных, бронепоезд «Офицер» вошел на станцию Готня. В это время к станции подходил по линии Северо-Донецкой железной дороги со стороны Харькова наш недавно сформированный легкий бронепоезд «Дроздовец», командиром которого был капитан Рипке. По ошибке он открыл огонь по бронепоезду «Офицер». Снаряды его, к счастью, не причинили вреда, и недоразумение вскоре выяснилось. К вечеру бронепоезд «Офицер» преследовал отходящих красных в западном направлении на расстоянии около 7 верст, вплоть до станции Свекловичная, где был разобран путь. Отступающие части красных, обстрелянные из пулеметов, рассеялись. 26 июля на станцию Готня прибыл с Курского направления бронепоезд «Слава Офицеру» и на следующий день продвинулся до станции Юсупово, в 15 верстах к северу от станции Готня. Оказалось, что советские войска уже покинули станцию Юсупово, и на ней оставались лишь несколько женщин. Однако 29 июля, когда наступление наших войск прекратилось, красные перестали отходить и сами перешли в наступление на станцию Юсупово. Они были отброшены огнем бронепоезда «Слава Офицеру» и подошедшего бронепоезда «Иоанн Калита».

После участия во взятии Полтавы легкий бронепоезд «Орел» получил приказание идти на станцию Богодухов, на линии Харьков — Ворожба, в 75 верстах от Харькова, где и поступил в распоряжение командира Дроздовского полка. 17 и 18 июля бронепоезд выезжал к разъезду Спицын, примерно, в 20 верстах к северо-западу от Богодухова. Там бронепоезд нес службу охранения на участке 4-го батальона Дроздовского полка и вел орудийную перестрелку с бронепоездами противника. 19 июля бронепоезду «Орел» было приказано произвести разведку расположения артиллерии красных в направлении на станцию Кириковка. В 6 часов вечера бронепоезд в составе небронированного паровоза, двух орудийных площадок и одной пулеметной площадки вышел с разъезда Спицын и миновал 2-ую будку, где находилось сторожевое охранение от 14-ой роты Дроздовского полка. Продвинувшись еще на 1 версту в сторону противника, бронепоезд «Орел» оказался на открытом месте и попал под обстрел двухорудийной 42-линейной батареи красных и советского бронепоезда. Этот бронепоезд вел огонь по бронепоезду «Орел», а 42-линейная батарея сосредоточила между тем свой огонь по 2-ой будке и метко пристрелялась к железнодорожному полотну. Так как расположение артиллерии противника было обнаружено, и задача таким образом выполнена, то бронепоезд «Орел» начал отходить, отстреливаясь. Красные открыли частый заградительный огонь по железнодорожному полотну близ 2-ой будки. Вскоре 42-линейный снаряд пробил крышу площадки 1-го орудия бронепоезда «Орел» и разорвался внутри, вблизи от начальника орудия поручика Дахнова. Внутренняя деревянная обшивка площадки загорелась. Начали рваться патроны в пулеметных лентах. Опаленные чины команды орудия стали спрыгивать с площадки, срывая с себя горящую одежду. На горящей боевой площадке остались только смертельно раненный, с оторванными ногами, поручик Дахнов и подпоручик Дарий. Последний успел сообщить по телефону на паровоз о необходимости остановить бронепоезд и отцепить площадку, так как взрыв находившихся на ней снарядов угрожал всей боевой части. После остановки бронепоезда и в условиях крайней опасности, ибо взрыв бронеплощадки мог произойти каждую секунду, к ней подбежали поручик Безъязычный и вольноопределяющийся Кечеджи. Тогда подпоручик Дарий вынес с площадки тяжело раненного поручика Дахнова, передал его подбежавшим и спрыгнул на полотно. Одновременно с этим командир вспомогательного поезда номер 6 подпоручик Марошкин быстро отцепил от состава горящую боевую площадку. Бронепоезд немедленно двинулся назад, и почти тотчас же произошел взрыв площадки 1-го орудия. Взорвались 119 снарядов 75-милиметрового калибра. Несмотря на жестокий обстрел, бронепоезд остановился, и раненый поручик Дахнов и обожженные солдаты были помещены в пулеметную площадку. После этого бронепоезд отошел в Богодухов. По прибытии туда вечером поручик Дахнов был отправлен в Харьков, где на следующий день умер от ран. Через несколько дней была получена благодарность за самоотверженную службу от командира 1-го корпуса генерала Кутепова.

23 июля легкий бронепоезд «Орел» находился на позиции у разъезда Спицын, куда прибыл из Харькова и тяжелый бронепоезд «Грозный». Эти бронепоезда вместе с легким бронепоездом «Слава Офицеру» вошли в состав 4-го бронепоездного дивизиона. От разъезда Спицын наши бронепоезда двинулись вперед, поддерживая наступление Дроздовского полка. Части его были направлены в обход на запад, в сторону Ахтырки. Бронепоезда была вынуждены остановиться, не доходя до станции Кириковка, для починки железнодорожного пути. Починка продолжалась до наступления темноты, и бронепоезда смогли подойти к станции Кириковка лишь во второй половине дня 24 июля. Бронепоезд «Грозный» был обстрелян легкой батареей противника, но попаданий не было. Бронепоезд «Орел» вошел на станцию Кириковка и своим огнем отогнал красную пехоту с батареей, которая находилась к востоку от станции. Бронепоезд «Грозный» стал на позицию и огнем своих тяжелых орудий заставил отойти советский бронепоезд, приближавшийся к железнодорожному мосту через реку Ворскла. Вечером части Дроздовского полка отбросили красных за реку. 25 июля бронепоезд «Орел» вследствие неисправности орудия отправился в Харьков. На позицию у станции Кириковка вышел один тяжелый бронепоезд «Грозный». Ему была дана задача произвести разведку пути и моста через Ворсклу. По типу своих боевых площадок тяжелый бронепоезд не был приспособлен к выполнению таких задач. Однако бронепоезд «Грозный» двинулся на рассвете в сторону моста. Головное тяжелое орудие было заряжено «на картечь», и на контрольной площадке были установлены два пулемета. Оказалось, что красные ночью подорвали мост через Ворсклу и отошли. К вечеру части Дроздовского полка при поддержке бронеавтомобилей перешли в наступление восточнее Кириковки. В это время с бронепоезда «Грозный» был замечен небольшой отряд красных, возвращавшихся к мосту. Пулеметным огнем с бронепоезда красные были отогнаны.

Части 1-ой Кавказской дивизии сосредоточились около 15 июля к узловой станции Верховцево, в 70 верстах к западу от Екатеринослава, и оттуда начали наступление дальше на запад, на Пятихатки. В наступлении приняли участие легкие бронепоезда «Генерал Шкуро» и «Генерал Шифнер-Маркевич» и тяжелый бронепоезд «Непобедимый», прибывший из Александровска. 23 июля произошел упорный бой между нашими и неприятельскими бронепоездами у станции Граново, на линии Верховцево — Пятихатки. Во время боя бронепоезд «Генерал Шкуро» сошел с рельс, но продолжал отстреливаться, находясь под сильнейшим артиллерийским огнем бронепоездов противника. Сошедшая с рельс часть бронепоезда была поставлена обратно на рельсы при помощи подошедших двух паровозов. В это время бронепоезд «Непобедимый», открывший огонь с расстояния в 11 верст, подбил бронепоезд красных «Товарищ Раскольников». Наш снаряд попал в котел неприятельского паровоза и вызвал его взрыв. Команда красных бежала с бронепоезда, командир его застрелился, а боевой состав был вывезен в наш тыл бронепоездом «Генерал Шифнер-Маркевич». 27 июля бронепоезда «Генерал Шифнер-Маркевич» и «Непобедимый» участвовали совместно с партизанским полком во взятии станции Користовка. Упорный бой против трех неприятельских бронепоездов закончился взятием советского бронепоезда и вполне оборудованного вспомогательного поезда. За две недели наступления наши войска продвинулись от станции Верховцево до станции Користовка (к юго-западу от Кременчуга) на 80 верст, считая по прямой линии.

Легкий бронепоезд «Генерал Гейман», получивший позднее название «Доброволец», находился 14 июля на станции Верховцево и был направлен по линии железной дороги, проходящей южнее Пятихатки по дуге через узловые станции Долгинцево и Долинская. 17 июля бронепоезд «Генерал Гейман» прибыл на станцию Долгинцево, примерно в 90 верстах от Верховцево, не обнаружив противника. Бронепоезд оставался на станции Долгинцево несколько дней, пока происходила починка моста через реку Ингулец, а 23 июля прибыл на станцию Долинская и поступил там в распоряжение генерала Склярова. Район около станции Долинская был занят так называемыми «махновцами». За 10 дней бронепоезд «Генерал Гейман» продвинулся по железной дороге на расстояние 150 верст.

Таким образом, в течение второй половины июля 1919 года наибольшее продвижение войск Добровольческой армии и ее бронепоездов произошло на ее левом фланге, к западу от Днепра. Советские войска в этом районе по большей части уклонялись от упорной обороны. Но с точки зрения задач, указанных так называемой «Московской директивой» Главнокомандующего, это направление как раз имело наименьшее значение.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

В конце июля и начале августа 1919 года произошли важные события на фронте Кавказской армии генерала Врангеля и на примыкавшем к ней правом фланге Донской армии. 27 июля Донской конный корпус генерала Мамонтова прорвал фронт советских войск к востоку от узловой станции Таловая и двинулся на север, в глубокий тыл неприятеля. Но в то же время наступление Кавказской армии, успешно развивавшееся после взятия Царицына в течение почти месяца, было остановлено упорными советскими контратаками в районе примерно на 80 верст к северу от Камышина. С 1 августа началось наступление сильной советской группы войск Шорина с целью отбросить Кавказскую армию к Царицыну, а правофланговый корпус Донской армии — за среднее течение Дона.

В течение июля 1919 г. в районе Царицына находился 1-ый бронепоездной дивизион в составе легких бронепоездов «Генерал Алексеев» и «Вперед за Родину» и тяжелого бронепоезда «Единая Россия». Дивизионом командовал полковник Скопин. Бронепоездам была поручена оборона Царицына от возможного нападения речной флотилии красных со стороны Астрахани. Поэтому легкие бронепоезда несли по очереди сторожевую службу близ Волги на станции Ельшанка, примерно в 5 верстах к югу от Царицына.

В конце июля бронепоезда «Генерал Алексеев» и «Единая Россия» получили приказание отправиться в распоряжение начальника группы Донских бронепоездов на узловую станцию Поворино, на расстоянии примерно в 300 верст к северо-западу от Царицына. Они прибыли на станцию Поворино 30 и 31 июля. Бронепоезд «Вперед за Родину» продолжал сторожевую службу близ берега Волги южнее Царицына и перешел на станцию Сарепта. За этот период были постепенно отремонтированы орудийные площадки бронепоезда. В частности, железные шариковые подшипники пулеметных башенок были заменены стальными. Когда выяснилась опасность нападения другой советской речной флотилии, находившейся выше по течению Волги, бронепоезд «Вперед за Родину» перешел на станцию Банная, на северной окраине Царицына.

По прибытии на станцию Поворино бронепоезд «Единая Россия» был отправлен на восток, в сторону Балашева. 1 августа бронепоезд «Единая Россия» участвовал в бою у станции Байчурово, примерно в 40 верстах от Поворино, на участке 22-го Донского казачьего полка. Станция Байчурово была нами оставлена. На бронепоезде был ранен один офицер. От 2 до 5 августа происходили бои у станции Кардаил, примерно в 20 верстах к востоку от Поворино. Во время этих боев бронепоезд «Единая Россия» действовал совместно с донскими бронепоездами «Атаман Самсонов» и «Генерал Мамонтов». Красным удалось занять большое село Пески в 3 верста хот станции Кардаил. 7 августа части 1-го Донского корпуса пытались отобрать у красных село Пески при поддержке бронепоездов и танков. После артиллерийской подготовки танки продвинулись далеко вперед. Красные начали отходить. Однако наша пехота не только не перешла в наступление, но и сама стала отходить. Танки были принуждены вернуться в исходное положение, и станция Кардаил была нами оставлена. Выяснилось, что советские войска ведут наступление не только на узловую станцию Поворино, но и на станцию Алексиково, находящуюся в 25 верстах южнее, чтобы таким образом перерезать железнодорожную линию Поворино — Царицын. Около 19 час. бронепоезд «Единая Россия» пришел на станцию Поворино, где не было видно никаких наших частей. По приказанию командира дивизиона бронепоезд «Единая Россия» присоединил к себе свой «резерв» (то есть несколько вагонов для жилья команды) и отправился на юг, в сторону станции Алексиково. Не доходя 3 верст до станции Алексиково, бронепоезд должен был остановиться из-за крушения шедшего впереди состава. Однако 13 августа бронепоезд «Единая Россия» благополучно вернулся в Царицын.

Между тем бронепоезд «Генерал Алексеев» был отправлен 31 июля на запад, по железнодорожной линии Поворино — Лиски. По прибытии на станцию Новохоперск, примерно в 50 верстах к западу от станции Поворино, там был оставлен «резерв» бронепоезда. В течение недели, с 1 по 7 августа, бронепоезд «Генерал Алексеев» отправлялся из Новохоперска в западном направлении и производил разведку района вдоль железнодорожной линии вплоть до станции Колено, примерно на расстоянии в 30 верст. Незадолго перед тем близ этого участка произошел прорыв советского фронта частями конного корпуса генерала Мамонтова. Оборона красных была расстроена, и была нарушена связь их отрядов с тылом и с командованием. Войска конного корпуса генерала Мамонтова не имели возможности уводить с собой многочисленных взятых в плен красноармейцев. После разоружения им только указывалось направление для окончательной сдачи в плен. Бронепоезд «Генерал Алексеев» встречал группы красных, которые искали войска «белых», чтобы им сдаться. Но были и некоторые части красных, которые сохранили боеспособность. По мере того, как войска конного корпуса генерала Мамонтова уходили дальше на север в сторону Тамбова, эти советские части приводились в порядок и старались вновь восстановить свой фронт. Бронепоезду «Генерал Алексеев» была дана задача рассеивать встречающиеся группы красных, готовые оказывать сопротивление. Во время своих действий на железнодорожной линии к западу от Поворино бронепоезд не встречал никаких наших частей, ни пехотных, ни конных. Наше командование не использовало благоприятное положение, создавшееся после прорыва корпуса генерала Мамонтова, для нанесения красным флангового удара из района этого прорыва.

Между тем, начавшееся 1 августа наступление советских армий Шорина продолжало развиваться с успехом для красных, и они вскоре заняли Камышин. 3 августа бронепоезд «Генерал Алексеев» наткнулся на разобранный красными путь в нескольких верстах к западу от Новохоперска. Головная бронеплощадка сошла с рельс. Чины подошедшего вспомогательного поезда приступили к ее подъему. Во время этой работы красные открыли по бронепоезду редкий артиллерийский огонь с большого расстояния. Обстрел этот не причинил вреда, и через час бронеплощадка была поднята. С 4 по 7 августа происходили боевые действия в районе станции Некрылово, около 10 верст к западу от Новохоперска. Бронепаровоз был послан в тыл, на станцию Поворино, для небольшого ремонта, и бронепоезд «Генерал Алексеев» выходил на разведку и в бой с обыкновенным паровозом. 7 августа к вечеру бронепоезд возвратился после очередного выезда на станцию Новохоперск. Поздно вечером неожиданно прибыл из Поворино находившийся там для ремонта бронепаровоз. Вольноопределяющийся — механик бронепаровоза доложил командиру бронепоезда, что он ушел со станции Поворино, когда станция эта спешно эвакуировалась. Бой шел уже у самой станции. Командир бронепоезда «Генерал Алексеев» полковник Шамов приказал немедленно идти на узловую станцию Поворино в следующем порядке: впереди — один бронепаровоз, за ним — боевой состав бронепоезда с обыкновенным паровозом и с прицепленными» к нему вагонами «резерва», а позади — вспомогательный поезд. При движении через последнюю станцию перед Поворино присоединился еще короткий поездной состав коменданта этой станции. Около 2 часов ночи на 8 августа поезда подошли тихим ходом к станции Поворино. Бой там уже кончился, и царила полная тишина. Было ясно, что станция оставлена нашими частями и занята красными, ничем не выдававшими своего присутствия. В полной боевой готовности поезда начали входить на большую узловую станцию. У одной из входных стрелок был обнаружен стрелочник. Его взяли на шедший впереди бронепаровоз для того, чтобы он помог выйти на Царицынское направление. Станция была полностью освещена, но, кроме этого стрелочника, не было видно ни одного человека. Позднее было выяснено, что красные занимали станцию Поворино, но притаились. Им сначала не было известно, что к западу от станции Поворино отрезан наш бронепоезд. А потом они не хотели портить пути, рассчитывая на скорый подход своих бронепоездов. Когда бронепоезд «Генерал Алексеев» уже подходил к выходным стрелкам, позади раздался сильный грохот от столкновения поездных составов. Прибежавшие чины вспомогательного поезда сообщили, что шедший последним комендантский состав врезался в их поезд. При создавшейся обстановке нельзя было тратить время на поднятие состава и очистку пути. Поэтому команда вспомогательного поезда и комендантская команда были приняты на состав бронепоезда, и движение продолжалось. Когда командир бронепоезда убедился в том, что удалось выйти на нужное направление, он приказал отпустить стрелочника со станции Поворино. Бронепоезд пошел тихим ходом в сторону станции Алексиково. Где-то еще шел бой, но настолько далеко, что выстрелов орудий не было слышно, и только отблески вспышек от выстрелов отражались на ночном небе наподобие зарниц. Несколько верст было пройдено в полной тишине. Для большей безопасности вперед была пущена дрезина, на которую поместились офицер и четыре солдата бронепоезда. Вдруг впереди дрезины раздалось несколько ружейных выстрелов. Дрезина была остановлена, снята с рельс и погружена на контрольную площадку боевой части бронепоезда. Впереди пошел бронепаровоз. Когда было пройдено около 200 шагов, в темноте было обнаружено начало какой-то цепи, укрывавшейся в канаве близ железнодорожного полотна. Два офицера бронепоезда соскочили с бронеплощадки и схватили солдата, находившегося на фланге цепи, с возгласом: «Какой части?» Оказалось, что это донская сотня охранения, оставленная отошедшими от станции Поворино частями. Командир сотни дал некоторые сведения об обстановке, и бронепоезд продолжал движение к станции Алексиково. На рассвете 8 августа бронепоезд подошел к этой станции. Перед нею стояло несколько составов, так как паровоз одного из отходивших от Поворино поездов сошел с рельс всеми скатами. Не было возможности поднять его, и еще ночью была начата постройка обводного пути. По окончании этой постройки бронепоезд «Генерал Алексеев» смог войти на станцию Алексиково, где был оставлен «резерв». В тот же день 8 августа бронепоезд получил боевое задание: вернуться для разведки к станции Поворино. Примерно в 6 верстах от Поворино бронепоезд «Генерал Алексеев» вошел в длинную выемку, обсаженную густым кустарником. Было замечено, что полотно впереди засыпано землей. Как только с боевого состава спустился офицер, чтобы осмотреть полотно, по нему был открыт пулеметный огонь из кустов. Открыло огонь и скрытое в кустах неприятельское орудие. Несколько снарядов разорвалось в непосредственной близости от бронепоезда. Еще один снаряд пробил борт передней бронеплощадки и врезался в сложенные на ней снаряды, однако, к счастью, не разорвался. Но несколько гильз было разбито, порох из них рассыпался по полу и загорелся. Командир бронепоезда приказал команде бронеплощадки сойти с нее и затем отдал приказание: «Полный ход назад!» На некотором расстоянии бронепоезд был остановлен. Тогда командир бронепоезда полковник Шамов и два офицера быстро поднялись на бронеплощадку, вошли внутрь и погасили начавшийся пожар. Находившееся в засаде орудие красных больше не стреляло. Но открыла огонь советская батарея от Поворино. Бронепоезд «Генерал Алексеев» вел с ней перестрелку в течение дня.

Около 3 августа началось наступление советской группы войск Селивачева, которая должна была содействовать наступлению группы Шорина. Она атаковала 3-ий Донской корпус, составлявший соседний с Добровольческой армией левый фланг Донской армии. При численности около 10.000 человек этот корпус растянулся на фронте до 200 верст и не оказал красным упорного сопротивления. Несмотря на советское наступление, которое начинало угрожать правому флангу Добровольческой армии, наши бронепоезда, находившиеся на линии Белгород — Курск, стремились оборонять недавно занятую нашими войсками узловую станцию Ржава, в 75 верстах к северу от Белгорода. 5 августа тяжелый бронепоезд «Грозный» прибыл на позицию Корниловского полка у станции Ржава, где уже находился легкий бронепоезд «Слава Офицеру». В последующие дни бронепоезд «Грозный» выезжал на позицию по очереди с тяжелым бронепоездом «Иоанн Калита». В это время бронепоезд «Грозный» перешел из состава 4-го бронепоездного дивизиона во 2-ой бронепоездной дивизион, которым командовал полковник Фролов. 8 августа бронепоезд «Грозный» поддерживал наступление наших войск на город Обоянь, в 30 верстах к западу от станции Ржава. Бронепоезд в составе трех тяжелых орудий вышел на рассвете на позицию за семафор станции Ржава и обстреливал отходящие колонны красных. В этот день стрельба велась в необычных условиях, «по траверсу», то есть перпендикулярно к платформам тяжелых орудий. При силе отдачи от выстрелов возникала некоторая опасность опрокидывания платформ на бок. Затем 5-дюймовое орудие бронепоезда было отправлено к разъезду Сараевка, севернее станции Ржава, для поддержки батальона Корниловского полка и обороны разъезда.

Центр и левый фланг Добровольческой армии продолжали в начале августа 1919 г. наступление в северо-западном направлении. 5-ый конный корпус генерала Юзефовича продвигался в общем направлении от Полтавы на Конотоп и Бахмач. 2-ой армейский корпус наступал вверх по течению Днепра к Киеву. Бронепоездам было трудно поддерживать наши войска при этом наступлении, так как отходившие красные взрывали многочисленные железнодорожные мосты, а на починку их при ограниченных технических средствах требовалось значительное время. После ремонта на паровозостроительном заводе в Харькове легкий бронепоезд «Орел» прибыл 2 августа на узловую станцию Ромодан, примерно в 200 верстах к востоку от Киева. Там же находился в это время легкий бронепоезд «Витязь». В течение нескольких следующих дней бронепоезд «Орел» производил боевые выезды в сторону станции Лубны, на Киевском направлении, при поддержке тяжелого бронепоезда «Князь Пожарский». Наши бронепоезда вели частые перестрелки с артиллерией и бронепоездами красных.

К западу от Днепра советские войска отходили в начале августа перед нашими наступающими частями. Этот постепенный отход прикрывался многочисленными красными бронепоездами, с которыми нашим бронепоездам приходилось часто вступать в бой. После взятия узловых станций Користовка и Знаменка в районе на 150 верст к западу от Екатеринослава легкий бронепоезд «Генерал Шкуро» получил 2 августа приказание идти в Елизаветград, примерно в 50 верстах от Знаменки. Были получены сведения, что местное население восстало там против большевиков. Подойдя без боя на 17 верст к Елизаветграду, бронепоезд был вынужден остановиться, так как путь был загроможден сошедшим с рельс брандер-паровозом, то есть паровозом, отправленным со специальной целью вызвать крушение. Для следования дальше надо было построить обходный путь. В это время со стороны Елизаветграда подошел поезд с белым флагом. На поезде приехали представители от города Елизаветграда и местного крестьянства. Получив от прибывших сведения и воспользовавшись обходным путем, бронепоезд «Генерал Шкуро» пошел дальше к Елизаветграду. Между тем приехавшие на поезде представители приступили к восстановлению телеграфной линии. Вблизи от станции Елизаветград бронепоезд встретил заставу крестьян-повстанцев. Они были вооружены преимущественно вилами и имели нарукавный отличительный знак: повязки из жгута соломы. Бронепоезд был восторженно встречен населением Елизаветграда.

Было много желавших поступить в Добровольческую армию и, в частности, на бронепоезд. Из них были приняты на бронепоезд «Генерал Шкуро» один офицер и один солдат. Бронепоезд простоял на станции Елизаветград 4 часа, произвел разведку и отошел на станцию Пятихатки, где находился состав его «резерва». С утра 3 августа бронепоезд снова отправился в Елизаветград, куда вскоре прибыл начальник дивизии генерал Шифнер-Маркевич со штабом. Между тем продолжалось наступление 1-ой Кавказской конной дивизии из района Знаменки вдоль правого берега Днепра в общем направлении на Киев. Дивизию поддерживали: тяжелый бронепоезд «Непобедимый» и легкие бронепоезда «Генерал Шифнер-Маркевич» и «Генерал Шкуро», прибывший от Елизаветграда. 4 августа бронепоезд «Генерал Шкуро» получил приказание отправиться со своим вспомогательным поездом к станции Цибулево, примерно в 30 верстах к северо-западу от Знаменки, для починки подорванного моста. Когда эта работа была окончена, бронепоезд двинулся для разведки к станции Фундуклеевка, находящейся в 20 верстах от станции Цибулево, и рассеял орудийным и пулеметным огнем отходящую от станции Цибулево конницу красных. Не доходя полутора верст до станции Фундуклеевка, бронепоезд подошел к линии окопов противника и был обстрелян из них пулеметным огнем. По бронепоезду стреляла также артиллерия противника, находившаяся у Фундуклеевки. Бронепоезд «Генерал Шкуро» открыл огонь по окопам и по батарее, которая вскоре снялась с позиции и ушла. После этого к станции Фундуклеевка подошли два бронепоезда красных, начавших обстреливать наш бронепоезд. В тылу был замечен разъезд красных, направлявшийся к полотну железной дороги, по-видимому, с целью взорвать путь. Заднее орудие бронепоезда открыло огонь по разъезду, и бронепоезд несколько отошел. В это время неприятельским снарядом был перебит путь вблизи от бронепоезда. Не успев остановиться, бронепоезд сошел с рельс. Послав дрезину для связи с находившимся позади нашим бронепоездом «Генерал Шифнер-Маркевич», сошедший с рельс бронепоезд «Генерал Шкуро» продолжал вести частый огонь по окопам красных и по станции Фундуклеевка, где находились советские бронепоезда. Под огнем бронепоезда пехота противника, находившаяся в окопах, оставила их и отошла, а на станции загорелся пакгауз. После нескольких попаданий наших снарядов в эшелоны красных, пехота их в беспорядке вышла из вагонов и разбежалась. Затем отошли и бронепоезда противника. Высланная с бронепоезда «Генерал Шкуро» разведка дошла до станции Фундуклеевка и привела оттуда железнодорожных рабочих для поднятия бронепоезда на рельсы. К вечеру бронепоезд был поднят и вместе с прибывшим бронепоездом «Генерал Шифнер-Маркевич» и с вспомогательным поездом занял станцию Фундуклеевка.

5 августа бронепоезд «Генерал Шкуро» продолжал участвовать в наступлении к узловой станции Бобринская совместно с частями, находившимися под командой начальника Терской казачьей дивизии. В 8 часов к станции Фундуклеевка подошла разведка от 7-го и 8-го пластунских батальонов, посланная для связи с бронепоездами. За ней прибыли эшелоны с означенными батальонами. Бронепоезд «Генерал Шкуро» двинулся в сторону следующей станции Каменка, в 10 верстах от Фундуклеевки, и вскоре вступил в бой с бронепоездом красных. Этот бронепоезд начал отходить. Бронепоезд «Генерал Шкуро» его преследовал и, не останавливаясь, ворвался на станцию Каменка. Там на запасном пути стоял под парами эшелон с погруженной трехорудийной гаубичной батареей, с конским составом, обозом, пулеметными повозками, телефонным и другим имуществом. Эшелон был захвачен и передан потом в артиллерийский дивизион Терской казачьей дивизии. Продолжая преследование неприятельского бронепоезда, бронепоезд «Генерал Шкуро» прошел еще 10 верст до станции Райгород и оставался вблизи нее до наступления темноты. За этот бой всем чинам бронепоезда была объявлена благодарность в приказе по 3-му конному корпусу, а офицеры бронепоезда представлены к производству в следующие чины. 6 августа бронепоезд «Генерал Шкуро» совместно с пластунами занял станцию Райгород, а затем вместе с тремя пластунскими батальонами продолжал наступление к узловой станции Бобринская, в 15 верстах от Райгорода. Бронепоезд «Генерал Шкуро» должен был вести бой с бронепоездами противника, которые отходили, взрывая железнодорожные пути. Уже в темноте, имея перед собой свою пешую разведку, бронепоезд занял станцию Бобринская и оставался на ней ночью. Были захвачены около 20 пленных. На следующее утро на станцию Бобринская подошли наши пластуны. Бронепоезд «Генерал Шкуро» произвел разведку на расстоянии около 10 верст до станции Смела, в сторону моста через Днепр, а затем возвратился на станцию Бобринская. 8 августа бронепоезд «Генерал Шкуро», исправляя подорванный путь, продвинулся на 30 верст до узловой станции Цветково и соединился там с «Волчьей» сотней, действовавшей в тылу красных. В ночь на 9 августа бронепоезд оставался на станции Цветково, а 10 августа был сменен бронепоездом «Генерал Шифнер-Маркевич» и отправился в Екатеринослав.

Находившийся на узловой станции Долинская, примерно в 120 верстах к северу от города Николаева, в распоряжении генерала Склярова легкий бронепоезд «Генерал Гейман» продвинулся 2 августа по линии Долинская — Николаев до станции Казанка, в 25 верстах к югу от Долинской. Там бронепоезд вступил в бой с отходившими советскими войсками и был передан в подчинение командира 2-го Лабинского полка Кубанского казачьего войска. 3 августа бронепоезд вел бой с бронепоездом красных «Товарищ Свердлов» и оттеснил его к станции Новый Буг, на 25 верст южнее Казанки. Во время преследования, пройдя разъезд Добровольский, бронепоезд «Генерал Гейман» попал внезапно под обстрел батареи противника. На бронепоезде был убит механик паровоза, ранены два офицера и повреждено орудие. После возвращения на станцию Долинская бронепоезд отправился в Екатеринослав для замены орудия.

На Северном Кавказе продолжалось в разных местах тревожное положение. После восстания ингушей во второй половине июня 1919 г. вспыхнуло восстание в горном Дагестане. В августе восстали чеченцы под предводительством Узун-Хаджи. Появились также шайки так называемых «зеленых», занимавшихся разбоем и мелкими партизанскими нападениями. Все это заставляло командование держать на Северном Кавказе отряды наших войск численностью в несколько тысяч человек и содействовавшие им бронепоезда. Легкий бронепоезд «Терец» получил 24 июля приказание начальника Южной группы войск Северного Кавказа отправиться со станции Грозный на станцию Дербент. Пройдя около 270 верст, бронепоезд прибыл в Дербент и вошел в состав его гарнизона. Но уже 27 июля бронепоезд «Терец» был вызван обратно в Грозный. Там был получен телеграфный приказ двигаться дальше во Владикавказ. Пройдя поэтому еще 120 верст, бронепоезд получил во Владикавказе новое приказание идти через Армавир в Туапсе для борьбы с зелеными. 30 июля бронепоезд «Терец» прибыл в Туапсе и был там включен в отряд генерала Филимонова, продвинувшись по железной дороге от Владикавказа до Туапсе на 580 верст. 3 августа было получено телеграфное распоряжение вернуться в Дербент, и бронепоезд отправился туда в тот же день. 7 августа бронепоезд «Терец» опять прибыл в Дербент и вошел там в состав гарнизона. За четыре дня бронепоездом было пройдено около 900 верст.

Легкий бронепоезд «Святой Георгий Победоносец», приказ о формировании которого был отдан Главнокомандующим еще в апреле 1919 г., должен был получить боевую часть, строившуюся на заводе «Кубаноль» в Екатеринодаре. 22 июля постройка бронеплощадок была закончена. Однако приемочная комиссия при тщательном осмотре признала их негодными. Части брони были плохо скреплены между собою. В некоторых местах оказались злоумышленно вставленные вместо крепких болтов куски дерева. 25 июля бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» был отправлен из Екатеринодара в Юзово. Там бронеплощадки, построенные на заводе «Кубаноль», были сданы на местный завод для их переделки. Бронепоезд получил вместо них старые бронеплощадки, принадлежавшие ранее бронепоезду «Генерал Корнилов», а именно три орудийные и одну пулеметную площадку. 29 июля бронепоезд «Святой Георгий Победоносец» был назначен в распоряжение командующего войсками Черноморского побережья генерала Филимонова и 2 августа прибыл в Туапсе. В течение августа бронепоезд нес службу по охране железнодорожной линии Армавир — Туапсе от нападений зеленых и назначался для сопровождения пассажирских поездов.

Каждая воинская часть и каждый бронепоезд Добровольческой армии, которые приходилось оставлять на Северном Кавказе, были бы весьма нужны на главном фронте Вооруженных сил Юга России. Этот фронт продолжал расширяться, а формирование новых войск и постройка новых бронепоездов происходили на нашей стороне слишком медленно по отношению к развивавшимся военным операциям, которые имели громадное значение.

(Продолжение следует)

Анд. Алекс. Власов

ЛЕГКИЙ БРОНЕПОЕЗД Орудия во вращающихся башнях, на закрытых бронеплощадках. Пулеметы в башенках на крыше. Между двумя бронеплощадками — контрольная платформа.

 

© ВОЕННАЯ БЫЛЬ


Голосовать
ЕдиницаДвойкаТройкаЧетверкаПятерка (Не оценивали)
Loading ... Loading ...




Похожие статьи:

Добавить отзыв