Статьи из парижского журнала "Военная Быль" (1952-1974). Издавался Обще-Кадетским Объединением под редакцией А.А. Геринга
Wednesday May 18th 2022

Номера журнала

ТРИ АТАКИ. – Полковник Ден



Из боевой хроники 17 драгун. Нижегородского Его Величества полка.

АТАКА 5-ГО ЭСКАДРОНА 3 АВГУСТА 1914 ГОДА.

3 августа 1914 года 5-й эскадрон нашего пол­ка должен был выступить в Лович, а на следу­ющий день за ним должны были последовать и другие эскадроны. В Ловиче должны были со­браться все полки нашей дивизии, но судьбе бы­ло угодно задержать нас на один день в Скерневицах, чтобы в этот день вписать новую блестя­щую страницу в боевую историю полка.

Ранним утром, 8 августа, было получено в полку донесение о том, что с запада, по направ­лению к Скерневицам, двигается около эскадро­на германской кавалерии. Выступление на Ло­вич было отложено и были приняты меры для перехвата и уничтожения этого эскадрона. 5-му эскадрону было приказано выступить вдоль же­лезнодорожной линии Скерневицы-Петроков и, обнаружив неприятеля, атаковать его, стараясь отбросить в направлении на север. В случае не­обнаружения противника, двигаться прямо на Лович. 3 эскадрону — следовать, сначала, по до­роге на Лович, а потом свернуть на запад и, в случае обнаружения неприятеля, атаковать его, отбрасывая к югу. 2-му эскадрону — следовать правее 3-го, сообразуясь с его движением и дей­ствиями, а остальным трем эскадронам — оста­ваться в Скерневицах.

Вот как разыгралось славное дело 5-го эс­кадрона.

Выступив по указанному ему направлению, князь Чавчавадзе вскоре встретил команду пе­хотных разведчиков, при которой находился разъезд от 4-го нашего эскадрона с подпрапор­щиком Мирошниченко. Последний доложил, что, по сведениям жителей, неприятельская конница двигается вдоль полотна железной дороги, навстречу 5-му эскадрону. Князь Чав­чавадзе продолжал движение во взводной ко­лонне по лощине той же дороги, а поручика князя Бебутова выслал с десятью драгунами на разведку в южном направлении. Справа, севернее дороги, находились разбросанные де­ревни и фольварки.

Было около часа дня, когда правый дозор­ный унтер-офицер Рыбник донес, что в дерев­не, расположенной к северу от железной до­роги, замечен неприятель и, почти тотчас же, оттуда раздались выстрелы по нашим дозор­ным. Эскадрона немцы видеть не могли, так как он шел ложбиной. Князь Чавчавадзе, ехавший по правому берегу лощины и также заме­тавший неприятеля, дал знак о построении фронта и повел эскадрон, загнув его левым пле­чом, галопом в направлении выстрелов. Уви­дев, что противник расположен укрыто за стро­ениями, князь Чавчавадзе спешил эскадрон, но, через несколько минут, заметив какую-то неуверенность у немцев, часть которых стре­ляла, а часть садилась на коней, и услыхав го­лос унтер-офицера Неменко «Ваше Сиятель­ство! в атаку!» быстро снова посадил людей и скомандовал: «За мной! Марш, марш!»

Эскадрон бросился вперед и вдруг очутил­ся перед глубокой впадиной железной дороги. Но ничто уже не могло остановить порыва бро­шенной в атаку части. Несмотря на большую крутизну железно-дорожной выемки, эскадрон ринулся вниз и в один миг очутился на противуположной стороне, после чего, под огнем не­приятеля, бросился к деревне, до которой оста­валось еще около полуверсты. Князь Чавчавад­зе взял направление на левый край деревни и, подскакав к ней первый, остановился перед не­ожиданно выросшим перед ним забором, за которым он увидел собиравшихся в группы немцев, готовившихся открыть по нему огонь в упор. Положение было критическое: переско­чить забор с места — невозможно, поворачивать — еще хуже. К счастью, в этот момент мимо князя пронесся вахмистр эскадрона подпрапор­щик Козлов, который с налета перескочил за­бор, влетел в кучу немцев и первым же уда­ром отрубил кисть руки одному из них. Тут же начали подскакивать остальные драгуны, и немцы, растерявшись, стали частью садиться на коней и удирать в поле, частью засели в до­мах и отстреливались. С этого момента участь германского эскадрона была решена.

Оставив вахмистра Козлова с 4-м взводом выбивать немцев из занятых ими домов, князь Чавчавадзе с первым полуэскадроном бросился преследовать бежавшего неприятеля. Во время этого преследования много немцев было изруб­лено.

Между тем, поручик князь Бебутов, вы­сланный на разведку, не обнаружив никого и услышав стрельбу, немедленно повернул на выстрелы и присоединился ко взводу вахмист­ра Козлова, выбивавшему немцев из деревни. Находившийся тут же вольноопределяющий­ся граф Федор Медем, под которым в начале атаки была убита лошадь и который сам был легко ранен в шею, услыхав крики немцев и поняв их приказание садиться на коней, сейчас же доложил об этом князю Бебутову, который, посадив людей, пустился в догонку за бежав­шим противником. Много неприятельских всад­ников было изрублено и при этом преследова­нии.

Вернувшийся из погони, командир эскад­рона приказал графу Медему собрать раненых и тела убитых немцев. Последних оказалось около 60-ти, а раненых и взятых в плен толь­ко 6. Не щадила Нижегогородская шашка не­приятеля. Кроме того, было захвачено 40 ло­шадей.

Во время стрельбы в деревне был убит ун­тер-офицер Фербером командир германского эскадрона майор граф Штольберг, сидевший на дереве и наблюдавший за бывшим в тот день солнечным затмением. Все произошло так бы­стро, что он не успел сойти во время с дерева. На нем нашли ценные документы, по которым открыли в Варшаве целую шпионскую органи­зацию.

Захваченные в этом деле пленные показали, что они составляли особый эскадрон, имевший задачей произвести важную разведку в Вар­шавском направлении.

Потери нашего эскадрона — 6 драгун раненных пулями, из которых один вскоре скончался.

Собрав людей, князь Чавчавадзе намеревал­ся вести свой эскадрон в Скерневицы, когда к нему подошли, вышедшие оттуда на выстрелы, остальные эскадроны с командиром полка и полк, князем Меликовым. Все вместе верну­лись в Скерневицы.

За это лихое дело ротмистр князь Чавча­вадзе был награжден Георгиевским оружием, а наиболее отличившиеся — вахмистр Козлов, унтер-офицер Плетнев, Макаров, Неменко, Рыбкин и драгун Анучкин — Георгиевскими крестами.

Верховный Главнокомандующий донес об этом деле Государю следующей телеграммой: «Не смел бы беспокоить донесением о мелком деле, но решаюсь это сделать, как Державному Шефу Нижегородцев. 70 отборных германских разведчиков с офицером были встречены эска­дроном Нижегородцев. Результат: кроме 6 взя­тых в плен, все изрублены. Нижегородцы — четыре ранены пулями, два тяжело, холодным оружием ни одной царапины. Генерал-адъютант Николай».

Полковник Ден

Добавить отзыв