Издание Обще-Кадетского Объединения под редакцией А.А. Геринга
Thursday October 19th 2017

Номера журнала

НЕЧТО О “ЗВЕРИАДЕ”. – Н. Косяков



Недавно мне довелось прочесть о споре, ко­торый вели два бывших кадета. Спор касался происхождения «Звериады», известной кадет­ской песни. Заинтересовал меня этот спор еще и потому, что оба спорщика были кадетами моего Первого кадетского корпуса. Одна сторо­на утверждала, что первый автор этой песни был Лермонтов и происходит она, таким обра­зом, из Николаевского кавалерийского учили­ща, вернее из Школы гвардейских подпрапор­щиков и кавалерийских юнкеров, другая счи­тала родиной «Звериады» наш корпус и авто­ром ее Рылеева.

Я полагаю, что этот спор разрешить труд­но, но он навел меня на некоторые воспомина­ния, касающиеся судьбы нашей «Звериады» Первого корпуса.

Она представляла собой толстую книгу в которую каждый выпуск вписывал еще звериаду своего выпуска. В седьмом классе, обычно, был особый «хранитель звериады». Чтобы она не попала в руки воспитателей, было издавна решено, чтобы «хранитель» держал ее у себя дома.

Сборный зал Первого кадетского корпуса

В мае 1915 года, на выпускные экзамены прибыл, как он это делал нередко, Великий Князь Константин Константинович. Как и обычно, не сопровождаемый никем, он вошел в класс, принял рапорт дежурного по классу, попросил преподавателя продолжать экзамен, а сам прошел на «камчатку» и сел на одной из незанятых парт. Это он делал всегда, но тут случай сыграл роковую роль: он попал на место «хранителя звериады», который в это время отвечал у доски, а звериада лежала в его парте. Он принес ее из дому, имея в виду внести в нее звериаду нашего выпуска и затем передать ее следующему седьмому классу. Ве­ликий Князь открыл парту и, увидев странный футляр, открыл его, стал перелистывать кни­гу и заинтересовался ее содержанием. Он уже не слушал ответы несчастного «хранителя» был потревожен только вопросом экзаменато­ра: «Не угодно ли Вашему Императорскому Высочеству задать несколько вопросов?». Ве­ликий Князь, по-видимому, машинально отве­тил: «Нет. Отлично и так». Изумленный этим ответом экзаменатор несмотря на немалое «плаванье» плохого математика был принуж­ден поставить ему довольно крупную отметку.

Возвратившийся к своему месту «храни­тель» был встречен вопросом Великого Князя: «Это — твое?» «Так точно, Ваше Император­ское Высочество, — выпускное». «Можно взять почитать? Я верну потом». Бедному ка­дету ничего не оставалось, как «разрешить». Событие это может быть и было бы скрыто, если бы звериаду Великий Князь вернул, но…

В четверг 2 июня мы, находившиеся в это время в лагере корпуса в Петергофе, были по­ражены известием о смерти Великого Князя. Как нам говорили, в кабинете Великого Князя на письменном столе нашли раскрытую тет­радь нашей звериады. Таким образом был рас­крыт секрет пропажи нашей звериады. Как будто звериада была возобновлена следующим выпуском, 168-м, но уже по памяти. Следую­щий за ним 169-й выпуск считал, что так как нас переименовали в военную гимназию и мы перестали быть кадетами, то звериаду следую­щему выпуску передавать не нужно, мы же, 170-й выпуск, несмотря ни на что, ни на то, что у нас отняли погоны и кокарды, продолжа­ли считать себя кадетами и возобновили зве­риаду. Для этого возобновления, ночью, в де­кабре, была устроена специальная торжествен­ная процессия из спальни по нижнему кори­дору, по большой лестнице в ротный зал. Каж­дый нес свечу. Думаю, что случайные прохо­жие были немало удивлены мельканием свечей в верхнем этаже корпуса. В начале, кажется, апреля корпус перестал существовать и, ко­нечно, с ним кончилась и наша звериада.

Н. Косяков

Первый Кадетский корпус

© ВОЕННАЯ БЫЛЬ


Голосовать
ЕдиницаДвойкаТройкаЧетверкаПятерка (1 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading ... Loading ...




Похожие статьи:

Добавить отзыв